Правительственная комиссия по законопроектной деятельности одобрила инициативу Министерства экономического развития, направленную на внесение изменений в Гражданский кодекс. Документ устанавливает четкие временные рамки для оспаривания итогов приватизации. Предлагается закрепить, что срок исковой давности по требованиям, связанным с нарушением приватизационного законодательства, не может превышать десяти лет со дня нарушения права.
Это решение стало результатом длительной законотворческой работы, начавшейся после поручения президента Владимира Путина, данного в августе 2025 года по итогам Петербургского международного экономического форума. Глава государства поручил с участием деловых объединений разработать поправки для защиты права собственности добросовестных приобретателей.
От решений КС до поручения президента
Необходимость законодательного урегулирования вопроса назрела на фоне противоречивой судебной практики и ряда значимых решений высших судебных инстанций. В октябре 2024 года Конституционный суд (КС) РФ вынес постановление, в котором разграничил подходы к срокам давности. Суд указал, что бессрочность возможности привлечения к ответственности (отсутствие сроков давности) применима в делах об имуществе, приобретенном в результате коррупционных нарушений. Однако этот принцип не распространяется на дела, основанные на нарушениях, допущенных в ходе приватизационных процессов.
Позже, в апреле 2025 года, КС РФ в определениях №913-О и № 914-О подтвердил, что суды вправе самостоятельно определять момент начала течения срока исковой давности по таким спорам, исходя из конкретных обстоятельств. Важным стало указание о недопустимости использования института исковой давности в качестве способа легализации имущества, незаконно приобретенного в ущерб интересам публичного собственника. В то же время КС подчеркнул, что момент, когда государство узнало о нарушении, не обязательно совпадает с датой приватизации или регистрации акционерного общества. Он может определяться, например, моментом завершения прокурорской проверки, выявившей нарушения.
Баланс публичных и частных интересов
Дополнительный импульс дискуссии придала позиция Верховного суда (ВС) РФ, изложенная в определении от 7 ноября 2025 года по делу о возврате акций Ивановского завода тяжелого станкостроения (ИЗТС). В этом решении ВС указал, что исковая давность не может служить препятствием для защиты публичного интереса, особенно когда речь идет о стратегически важных объектах, связанных с обороной и безопасностью государства. Формальное применение сроков давности в таких случаях, по мнению суда, фактически легализовало бы незаконное выбытие госимущества.
Этот правовой подход, при котором приоритет отдается публичным интересам в чувствительных сферах, создавал для бизнеса зону неопределенности, позволяя оспаривать сделки, совершенные десятилетия назад, всякий раз, когда надзорные органы обнаруживали новые, по их мнению, нарушения. Как отмечал партнер фирмы «Рустам Курмаев и партнеры» Дмитрий Клеточкин, существующая неопределенность позволяла «в любой момент, десятилетия спустя, оспорить сделки», а суды зачастую отсчитывали срок давности не от момента выбытия актива, а от даты проверки прокуратуры.
Механизм поправок: что предлагается изменить
Разработанный Минэкономразвития законопроект, одобренный правкомиссией, а затем и Советом по кодификации гражданского законодательства при президенте (заседание состоялось 27 февраля 2026 года), вносит изменения в статью 217 Гражданского кодекса РФ, посвященную приватизации государственного и муниципального имущества.
Ключевые параметры законопроекта, озвученные министром экономического развития Максимом Решетниковым и председателем совета Павлом Крашенинниковым, включают:
∎ Введение пресекательного срока: устанавливается, что срок исковой давности по требованиям, связанным с нарушением законодательства о приватизации, в любом случае не может превышать десяти лет со дня нарушения права.
∎ Сочетание сроков: общий трехлетний срок, исчисляемый с момента, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении, сохраняется. Однако новый законопроект устанавливает предельный 10-летний объективный срок, который считается со дня нарушения.
∎ Сфера применения: новые нормы будут распространяться на иски о возврате имущества, выбывшего из государственной или муниципальной собственности, а также на иные споры, связанные с приватизацией. При этом положения не затрагивают дела, связанные с антикоррупционными и антиэкстремистскими исками.
∎ Переходные положения: законопроект предусматривает, что новые правила будут применяться к требованиям, срок предъявления которых наступит после вступления закона в силу, а также к ранее возникшим требованиям, если судебные решения по ним еще не вступили в законную силу.
Реакция профессионального сообщества
В профессиональной среде законопроект оценивают как попытку навести порядок в правоприменительной практике, которая зачастую носила непредсказуемый характер. Партнер Forward Legal Карим Файзрахманов, комментируя предыдущие обсуждения, указывал, что в действующем законодательстве и так существует 10-летний объективный срок, однако вопрос часто упирается не в нормы закона, а в судебную практику.
В свою очередь, глава Российского союза промышленников и предпринимателей (РСПП) Александр Шохин выразил поддержку предложенным поправкам, увидев в них механизм защиты прав добросовестных приобретателей, которые годами развивали приобретенные активы, вкладывая инвестиции и создавая рабочие места. Совет по кодификации, поддержав концепцию, предложил доработать законопроект, уточнив формулировки для включения в понятие «имущество» также акций и долей в уставном капитале, а также установив единый момент для начала отсчета срока, чтобы устранить возможность двоякого толкования.
Мировая практика и признание решений
Вопрос о сроках давности в делах о приватизации имеет и международное измерение, о чем свидетельствует зарубежная судебная практика. В частности, Верховный суд Австрии (OGH) в решении от 11 августа 2015 года по делу о товарных знаках рассматривал вопрос применения российского законодательства о сроках исковой давности. Австрийский суд признал, что оценка действительности приватизационных процессов должна проводиться в соответствии с российским правом, а вопросы сроков давности подлежат тщательному изучению в контексте конкретных заявленных требований. Это дело демонстрирует, что установление четких и предсказуемых сроков давности на национальном уровне важно не только для внутреннего оборота, но и для признания российских правовых норм иностранными юрисдикциями при рассмотрении споров о правопреемстве активов.
Установление правовой определенности
Одобрение законопроекта правительственной комиссией и Советом по кодификации выводит его на финишную прямую перед внесением в Государственную думу. Предлагаемые изменения направлены на достижение двух целей, которые часто вступают в противоречие: с одной стороны, это защита публичных интересов и возврат незаконно выбывшего имущества, с другой – обеспечение стабильности гражданского оборота и предсказуемости правового поля для бизнеса. Установление 10-летнего пресекательного срока призвано устранить длящийся риск оспаривания итогов приватизации, прошедших десятилетия назад, тем самым создавая более благоприятные условия для долгосрочного инвестиционного планирования и капитализации активов. Вместе с тем, как отмечают разработчики, закон сохраняет механизмы защиты государства от коррупционных и экстремистских проявлений, оставляя их за рамками новых ограничений. Дальнейшее движение законопроекта в парламенте покажет, насколько точно удалось найти баланс между этими принципами, и как предлагаемые изменения будут скорректированы в ходе второго чтения с учетом поступающих отзывов и поправок.
© ДОМ.NEWS