Я обожаю финалы. Люблю, когда вся интрига, все нервы, все недели ожидания сходятся в одной точке, и ты сидишь перед экраном с чашкой чая, и сердце колотится, как будто это лично тебя сейчас будут оценивать.
Финал «Суперстара» 28 марта я ждала с таким нетерпением, что даже отменила вечернюю прогулку. Девять участников, новые песни, голосование – казалось бы, что может пойти не так? А пошло. И ещё как. Стоило объявить итоговые оценки, как интернет буквально вскипел.
«Итоги подтасованы!» – писали зрители в комментариях. И эта фраза за несколько часов стала самой цитируемой в обсуждениях шоу. Люди были в ЯРОСТИ. И, честно говоря, я их понимаю.
Пять баллов за откровение: что сделали с Зарубиной
Давайте начнём с самого болезненного. Ольга Зарубина, женщина, которая стала главным открытием сезона. Помните, все знали её как исполнительницу про «теплоход», милую ретро-певицу, приятное ностальгическое воспоминание. А она взяла и выдала такой сложный современный фолк, что у зала отвисла челюсть.
Её финальная песня «Женщина одна» – это было НЕЧТО. Тонкое сплетение этники и эстрады, кристальный голос, смелость, которой позавидует любая молодая артистка. Она менялась на глазах с каждым выпуском, экспериментировала с жанрами и образами. И к финалу подошла абсолютным фаворитом.
И что? Пять баллов от жюри. ПЯТЬ. За лучшее, по мнению зрителей, выступление вечера – жалкие пять баллов. У меня в этот момент чай чуть не пролился на клавиатуру. Это не оценка, это пощёчина.
Я работаю с людьми и знаю, как выглядит несправедливость. Она выглядит именно так, когда ты сделал всё на максимум, а тебе говорят, что недостаточно. Без объяснений, без логики, без совести.
В сети тут же появились версии, что жюри испугалось конкуренции. Зарубина набирала обороты так стремительно, что её нужно было искусственно притормозить, чтобы не нарушить заранее написанный сценарий. Правда это или нет, судить не берусь. Но ощущение подвоха осталось.
Родственники вместо мастерства: странный аванс Макаревич
А теперь обратная сторона медали. Анастасия Макаревич. Её финальное выступление оставило, мягко говоря, двоякое впечатление. Песня про маленькую девочку с крыльями милая, трогательная, но для финала такого мощного шоу откровенно простая. Уровень утренника в хорошем детском саду.
И вот что многих возмутило. На сцене снова появилась маленькая племянница. До этого была сестра. Складывалось стойкое ощущение, что Макаревич раз за разом пытается «выбить» из жюри эмоциональные баллы за счёт родственников в кадре. Не голосом, не артистизмом, не мастерством, а умилением.
И это СРАБОТАЛО. Судьи оказались щедры. Щедрее, чем к Зарубиной с её безупречным вокалом. Щедрее, чем к Глызину с его глубоким манифестом. Вот и возникает вопрос, мы оцениваем вокальное мастерство или количество детей на сцене? Потому что если второе, давайте так и скажем. Хотя бы честно.
Георгиади: уход не укладывается в голове
Отдельная боль – Ксения Георгиади. Женщина, которой почти семьдесят семь, вышла на сцену с такой энергией и пластикой, что молодым впору конспектировать. Её финальная «По капле нежности» стала уроком достоинства, стиля и профессионализма.
Но вот незадача, в финале она участвовала лишь как почётная гостья. Покинула проект буквально за шаг до развязки. И многие до сих пор уверены, что её уход был преждевременным и не вполне добровольным.
На протяжении всего сезона у зрителей было стойкое ощущение, что Георгиади намеренно подбирали проходной материал. Словно пытались пригасить это яркое пламя, чтобы оно не затмило тех, кому были заготовлены места в финале. Если это правда, то это даже не несправедливость. Это цинизм.
Победитель, который заслужил, но при каких условиях?
Золотой кубок достался Шуре. И тут я скажу честно. Его финальное выступление «Сны» было действительно мощным. Эмоциональный накал, глубина, тот самый нерв, который отличает настоящего артиста от хорошего исполнителя. Шура доказал, что он уже давно не тот странный парень из девяностых. Он вырос в серьёзного, глубокого артиста.
Серебро у Жана Милимерова тоже заслуженно. Его «Сядь со мной рядом» было маленьким кино на сцене. Редкое сочетание таланта, обаяния и позитива. Виктор Салтыков замкнул тройку, его «Звездопад» окутал зал волшебной атмосферой.
Но вот в чём проблема. Даже когда победитель заслужил победу, общее впечатление от шоу портится, если путь к ней был нечестным. Занизили Зарубину – завысили Макаревич – убрали Георгиади. И на выходе зритель получает ощущение, что итоги были написаны заранее, а голосование – это лишь красивая декорация.
Шоу, которое мы заслуживаем?
Я помню времена, когда этих артистов крутили из каждого утюга. Сташевский, Глызин, Челобанов, Зарубина – они были саундтреком нашей молодости. И когда такие люди выходят на сцену, рискуют, показывают НОВЫЕ песни вместо того, чтобы в тысячный раз спеть проверенные хиты, – это заслуживает уважения. Настоящего, а не показного.
Влад Сташевский с его «Половиной сердца» звучал так свежо, будто ему снова двадцать пять. Алексей Глызин с «Кто ты будешь?» выдал настоящую философию на сцене. Челобанов остался верен себе – дерзкий, несистемный, настоящий. Каждый из них заслужил честной оценки. Каждый.
Но судейская коллегия, похоже, жила в параллельной реальности. Пьеха искал изъяны там, где их не было. Понаровская придиралась к «глубине» у артистов, которые глубже большинства современных звёзд. А оценки скакали так, будто их определяли не профессионализмом, а каким-то внутренним сценарием, к которому у зрителей доступа нет.
Настоящие звёзды не гаснут – это правда. Но им хотя бы не нужно мешать светить. А в этом финале, увы, создалось именно такое ощущение.
Как вы считаете, Зарубина стала жертвой несправедливого судейства, или её пять баллов были заслуженными, а мы просто не разглядели чего-то, что увидело жюри?