Когда смотришь старые военные сводки, легко представить, что главное на войне — это смелость, командирский крик «Вперёд!» и красное знамя над рейхстагом. Но любой фронтовик вам скажет: без патронов вся храбрость заканчивается быстро. Настоящая война — это ещё и бесконечная арифметика железа и пороха. Сколько у тебя в подсумке? Хватит ли на полчаса боя? Донесут ли следующий ящик?
Вопрос боезапаса в Великую Отечественную — один из самых запутанных. Одни говорят, что выдавали по три патрона на брата. Другие — что склады ломились. Правда, как всегда, посередине, но с очень резкими перепадами: от голодного 1941 года до нормального 1945-го.
О чём вообще речь: носимый запас, возимый и «тот, который обещали»
Сначала важно разделить на две вещи: что солдат нёс с собой и какой запас был у части.
Носимый боезапас — это патроны и гранаты, которые боец брал прямо в бой. У стрелка это были обоймы в подсумках, у автоматчика — магазины или диски в сумке, у пулемётчика — диски или ленты.
Но этим всё не ограничивалось. У роты и батальона был ещё запас патронов в ящиках — на повозках, машинах или санях. Ещё дальше находились полковые и дивизионные склады.
В идеале всё работало так: солдат стреляет своим запасом, а потом ему быстро подносят новый. Но на войне так было не всегда. Подвоз срывался, повозки разбивали, склады могли сгореть. И тогда у бойца оставалось только то, что он уже нёс на себе.
Поэтому, когда говорят о боезапасе, нужно уточнять: сколько полагалось по норме и сколько реально было у солдата в руках перед боем. И ещё важно, о каком оружии идёт речь: у винтовки, автомата и пулемёта запас был разный.
Винтовка Мосина: «трёхлинейка» и её полсотни патронов
Самым обычным бойцом Красной армии почти всю войну был стрелок с винтовкой Мосина образца 1891/30 года, калибра 7,62 мм. Обычно перед боем он нёс с собой 50–60 патронов. Но в 1941 году, особенно в первые месяцы войны, часто выдавали меньше — иногда только 30–40. Позже, к концу 1942 года, когда военные заводы наладили работу, нормой для стрелка стали примерно 60 патронов.
Часть этого запаса боец носил в подсумках на ремне. Обычно это были две сумки по 5 обойм в каждой. Всего — 50 патронов. Ещё около 10 патронов могли лежать в вещмешке или в кармане шинели.
По расчёту такого запаса должно было хватать на бой. Но если бой затягивался, патроны быстро заканчивались, и их приходилось беречь.
Пример из 1942 года: под Ржевом стрелок 158-й стрелковой дивизии вспоминал, что перед атакой давали по 60 патронов. После трёх часов перебежек и перестрелок у многих оставалось по 10–15. Подносчики с ящиками гибли на нейтралке. В итоге на четвёртый час боя отделение стреляло только для прикрытия, а не для подавления.
Автоматчик: ППШ, 71 патрон в барабане и вечная жажда патронов
Пистолет-пулемёт Шпагина (ППШ) с его знаменитым дисковым магазином на 71 патрон стал символом советской пехоты с 1942 года. Но автоматчиков в роте было не так много — сначала 3–4 человека, к концу войны до 12–15.
Носимый запас: обычно 2 диска. Один в оружии, второй в сумке. Это 142 патрона. Плюс россыпью могли дать ещё 20–30 в карманах. Но проблема в другом. ППШ стрелял очередями по 5–10 патронов. За пару атак можно было расстрелять оба диска за 10–15 минут. Поэтому автоматчику постоянно требовалась подпитка. В штурмовых группах при них часто выделяли по одному-двум бойцам с рюкзаками, набитыми дисками.
Конкретный случай: в Сталинграде, в боях за завод «Красный Октябрь» (ноябрь 1942), автоматчики лейтенанта Симонова получали перед атакой по 3 диска — 210 патронов. Но после часа уличной драки у половины не оставалось ни одного. Тогда командиры ввели правило: каждый десятый боец в группе идёт только как подносчик патронов.
К концу войны появился ППС (пистолет-пулемёт Судаева) с коробчатыми магазинами на 35 патронов. Их носили 4–6 штук — 140–210 патронов. Но удобнее: магазины легче, не заедают.
Пулемётчик: ДП-27 и его тяжёлые диски
Ручной пулемёт Дегтярёва (ДП-27, «ДП» — Дегтярёва пехотный) — основа огневой мощи взвода. Диск на 47 патронов. Вес одного диска — около 2 кг. Пулемётчик нёс сам пулемёт (около 9 кг) и 2–3 диска. Второй номер расчёта — ещё 3 диска. Итого на расчёт — до 6 дисков, примерно 280 патронов.
Но в реальном бою ДП «ел» диск за минуту-полторы непрерывной стрельбы. Поэтому каждый пулемёт имел возимый запас: в повозке или на санях — ящики по 12 дисков (564 патрона). На Курской дуге в 1943 году пулемётные расчёты часто получали приказ: «Беречь патроны, стрелять только прицельно». Потому что подносить новую партию под артогнём было самоубийством.
Старший сержант Степан Павлович Лиховидов, пулемётчик 237-й стрелковой дивизии, в бою 12 июля 1943 года под Прохоровкой израсходовал 14 дисков (658 патронов) и сменил три позиции. Его расчёт носильщиков погиб, но он отбил две атаки. За это получил орден Красной Звезды.
Противотанковое ружьё (ПТРД и ПТРС): бронебойщики с 20 выстрелами
Отдельная каста — бронебойщики. Они ходили с ружьями Дегтярёва (ПТРД, однозарядное) или Симонова (ПТРС, магазинное). Калибр 14,5 мм. Патрон весил почти 200 граммов.
Носимый запас: обычно 10–20 патронов в специальной сумке. Больше нести физически тяжело: само ружьё весило 17–20 кг, плюс патроны по 0,2 кг — 4 кг за 20 штук. Но на войне патроны для ПТР были дефицитом. В 1941 году под Москвой бронебойщики иногда получали по 5 штук на ствол. К 1943 году норма поднялась до 30 патронов на ружьё (из них 15 носимых).
Почему так мало? Потому что стреляли по танкам с дистанции 100–300 метров, редко больше. Эффективный выстрел — в борт или в смотровую щель. Часто требовалось 3–4 попадания, чтобы вывести средний немецкий Pz.IV. То есть 20 патронов — это на 5–6 атак танков. Если противник бросал 20 машин, бронебойщик быстро становился просто пехотинцем с тяжёлой трубкой.
Гранаты: Ф-1, РГД-33, «лимонка» и бутылки с горючей смесью
Патронами сыт не будешь. В ближнем бою, в окопах, в домах главное — граната. У советского пехотинца самая массовая была Ф-1 («лимонка») с осколочной рубашкой. Вес 600 граммов, радиус поражения — до 30 метров.
Норма: обычно 1–2 гранаты на бойца. Перед штурмом укрепрайонов могли выдать по 3–4. Но бывало и больше. В наступательной операции «Багратион» (июнь 1944) в некоторых полках раздавали по 5 Ф-1 на автоматчика.
Кроме осколочных, были противотанковые — РПГ-40 (1,2 кг, кумулятивная) и бутылки с горючей смесью («КС», зажигательная). РПГ-40 давали по 1–2 на отделение. Бутылки — перед ожидаемой танковой атакой. В обороне Сталинграда осенью 1942 года бойцы истребительных противотанковых групп получали по 5–7 бутылок. Это было отчаянием и эффективностью одновременно: загоревшийся немецкий танк часто оставался на поле.
Как менялся боезапас по годам: от голода к достатку
Почему одному хватало, а другому нет? Живой пример из доклада
В архивах сохранился доклад командира 112-й стрелковой дивизии полковника Некрасова за август 1943 года. Он сравнивал два полка. Один полк за сутки боя израсходовал 35 000 винтовочных патронов при норме расхода 50 000 — экономили. Другой полк сжёг 80 000 — стреляли бездумно. Но при этом второй полк взял высоту, а первый нет. Вывод командира: патроны надо не беречь, а уметь их вовремя подносить.
Вместо итога: что чувствовал солдат
За этими цифрами стояла не формальность, а вопрос выживания. Когда патроны заканчивались, солдат оставался почти беззащитным. Поэтому важно было не только выдать боезапас, но и вовремя поднести новый.
Красная армия этому училась всю войну: от нехватки патронов в 1941 году до более стабильного снабжения в 1944–1945-м.