— Ты время вообще видела? Солнце уже высоко, а она всё бока отлеживает! — резкий голос свекрови раздался прямо над ухом.
Я с трудом открыла глаза. Спина ныла после вчерашней прополки сорняков. Руки гудели от тяжелых ведер с водой. Мы приехали на дачу к матери Андрея всего на два дня. Я хотела просто выспаться после тяжелой рабочей недели. Но мой отдых закончился в ту же секунду, когда мы перешагнули порог этого старого деревянного дома.
— Вставай давай, клубника сама себя не польет, — продолжала командовать Надежда Ивановна. Она специально громко гремела пустыми железными ведрами прямо у двери нашей комнаты.
— Андрей еще спит, — тихо ответила я, пытаясь сфокусировать взгляд на часах. На циферблате было ровно шесть утра.
— Мальчик за неделю на своей работе сильно вымотался. Ему нужно сил набираться. А ты чего разлеглась? Давай на выход!
Мой муж, который весь последний месяц просидел в офисе за просмотром смешных видеороликов, сейчас сладко спал на соседней подушке. А я, отработав пять смен подряд в поликлинике на ногах, должна была бежать на чужие грядки. И так происходило абсолютно каждый наш приезд.
Я молча натянула старые спортивные штаны и вышла на деревянное крыльцо. Утренняя свежесть совершенно не бодрила. Она только сильнее раздражала. Надежда Ивановна уже стояла у огромной бочки с водой. На ее лице застыло привычное недовольное выражение.
— Вера, ты чё, глухая? Лейку в зубы — и на грядки! У нас тут не санаторий, а ты не пансионерка! — заявила свекровь, сунув мне в руки тяжелую пластиковую бадью.
— Надежда Ивановна, я вообще-то тоже работаю, — ответила я, стараясь держать себя в руках. — И приехала сюда подышать свежим воздухом. Я не нанималась батрачить на ваших шести сотках с самого рассвета.
— Ишь ты, батрачить она не хочет! — громко фыркнула женщина и уперла руки в бока. — Семья — это общий труд. Мой сын тебя полностью содержит. Он терпит твой сложный характер. Мог бы и получше жену найти. А ты ради матери родного мужа пару несчастных грядок полить не можешь.
Фраза про то, что муж меня содержит, сильно резанула слух. Андрей получал в два раза меньше меня. А последние три месяца он и вовсе отдавал половину своей зарплаты на выплату какого-то сомнительного старого долга. Жили мы в моей просторной однокомнатной квартире. Я купила ее сама еще за пять лет до нашего знакомства.
Я ничего не ответила свекрови. Просто поставила зеленую лейку на землю и развернулась. С меня хватит. Зайду в дом, разбужу мужа, и мы уедем в город прямо сейчас. Пусть сам поливает мамину любимую клубнику.
Я зашла обратно в комнату. Андрей спал, раскинув руки в стороны. На маленькой тумбочке непрерывно вибрировал его телефон. Экран загорался раз за разом. Я никогда раньше не проверяла чужие вещи. Но сейчас аппарат назойливо жужжал по деревянной поверхности. Это могло разбудить весь дом.
Я потянулась к телефону, чтобы просто отключить звук. На ярком экране висело новое уведомление из банковского приложения: «Перевод 50 000 рублей успешно выполнен. Получатель: Виктория».
Всю сонливость сняло как рукой. Я быстро разблокировала экран. Пароль я знала давно, он состоял из даты моего рождения. Я открыла переписку с этой самой Викторией.
«Котик, спасибо за денежку. Жду тебя завтра у себя вечером. Купи то полусладкое, которое мы пили в прошлый раз. С женой когда уже решишь вопрос?» — писала она.
Я прокрутила экран чуть ниже и увидела ответ Андрея. Он отправил его вчера вечером, как раз в тот момент, когда я полола траву за домом.
«Скоро всё решу, малыш. Пусть пока коммуналку полностью оплачивает и продукты покупает. Мне сейчас очень выгодно у нее пожить. Я же на новую машину коплю, ты знаешь».
Никаких слез не было. Истерики тоже. Только холодное осознание того факта, с каким подлым и расчетливым человеком я делила еду и постель. Мои честно заработанные деньги уходили чужой женщине. Я ведь откладывала эти средства на наш совместный отпуск. Я переводила их ему на общий счет для сохранности.
Я аккуратно положила телефон обратно на тумбочку. Достала из шкафа свою вместительную сумку. Начала методично и быстро скидывать туда свои вещи. Косметичку, зарядное устройство, одежду. Затем открыла его рюкзак, нашла связку ключей от моей квартиры и сунула их глубоко в карман своей куртки.
Шум от моих сборов разбудил Андрея. Он лениво приоткрыл один глаз и сладко потянулся на кровати.
— Вер, ты чего там гремишь? Мать просила кусты собрать, иди помоги ей, — пробормотал он хриплым со сна голосом.
— Я еду домой, — коротко бросила я и застегнула молнию на сумке.
— В смысле домой? Мы же до самого воскресенья приехали. Что за психи с утра пораньше? — он сел на кровати и с явным недоумением посмотрел на меня.
— Викуля твоя пусть кусты собирает. И вино заодно покупает. На те пятьдесят тысяч, которые ты ей вчера перевел с нашего общего счета.
Лицо мужа мгновенно вытянулось. Он судорожно схватил свой телефон с тумбочки. Его глаза испуганно забегали по комнате.
— Вер, ты всё не так поняла! Это по работе перевод! Это старый долг подрядчику. Я тебе сейчас всё нормально объясню!
— Оставь свои нелепые сказки для новой девушки, — я закинула тяжелую сумку на плечо. — Ключи от квартиры я уже забрала. Твои шмотки соберу в мусорные пакеты и выставлю сегодня вечером на лестничную клетку. Если попытаешься ломиться в мою дверь — я сразу вызову наряд полиции.
Я решительно вышла из комнаты. В тесном коридоре меня уже ждала Надежда Ивановна. Она явно подслушивала под дверью. Теперь она стояла с перекошенным от злости лицом и преграждала мне путь к выходу.
— Ты куда это намылилась? Ишь, какая важная стала! В чужой телефон залезла без спроса! Да мой сын от такой неряхи давно должен был уйти! Ты же ни готовить вкусно не умеешь, ни в огороде помочь не хочешь!
Я остановилась прямо перед ней. Внимательно посмотрела на эту крикливую женщину. Посмотрела на Андрея, который трусливо выглядывал из-за ее спины и молчал.
— Подаю на развод, — произнесла я четко и очень громко. — И выселяю вашего прекрасного сына из моей квартиры. Теперь он полностью в вашем распоряжении. Можете вместе поливать грядки и копить на машины.
— Ты не имеешь никакого права! Он там прописан по закону! Он муж! — закричала свекровь и попыталась схватить меня за рукав куртки.
— Его временная регистрация закончилась еще месяц назад. Я ее специально не стала продлевать, — усмехнулась я, убирая ее руку. — Счастливо оставаться на природе.
Я вышла за калитку быстрым шагом. Я даже не обернулась на их громкие возмущенные крики и ругательства. Дорога до электрички заняла двадцать минут. Всю дорогу я чувствовала только невероятную легкость. Словно с моих плеч упал огромный тяжелый мешок с камнями.
Через три месяца нас официально развели. Судебный процесс прошел быстро и без лишних проблем. Делить нам было совершенно нечего. Квартира принадлежала только мне.
Андрей первое время пытался названивать с незнакомых номеров. Он караулил меня у подъезда после работы. Долго просил прощения и рассказывал жалостливые истории про страшную ошибку. Говорил, что Виктория его нагло обманула и бросила. Но дверь моей квартиры для него закрылась навсегда.
Его вещи я действительно выставила на площадку в тот же самый вечер. Он забрал их глубокой ночью. Трусливо озирался по сторонам, чтобы случайно не столкнуться со мной на лестнице.
Сейчас я сижу на своем чистом светлом балконе. Пью свежевыжатый сок из апельсинов. На улице светит яркое солнце. В моей жизни больше нет чужих грядок, постоянных упреков и наглого предательства.
Я наконец-то начала тратить заработанные деньги только на себя. Записалась в бассейн, обновила гардероб, купила новую мебель в комнату. Я поняла одну очень простую вещь. Иногда нужно вовремя сказать жесткое «нет», чтобы перестать тащить на себе тех людей, которые слишком удобно устроились на твоей шее. Мой дом снова стал моим личным безопасным местом, где правила устанавливаю только я.