Продолжают проводить линии

Продолжают проводить линии. Продолжают отождествлять себя с белым, а других – с черным.

***

Внизу конфликт набирает обороты. Кто-то толкнул кого-то. Кто-то крикнул что-то оскорбительное. Сейчас начнется драка, и каждая сторона будет уверена, что защищается, что реагирует на агрессию другой, что она – невинная жертва.

Я могла бы вмешаться. Иногда я так делаю – из любопытства, из скуки, из чего-то похожего на сочувствие. Превращаюсь в полицейского, в священника, в медиатора. Развожу их по углам, уговариваю, заставляю слушать друг друга.

Но я знаю, что это ненадолго.

Потому что завтра они найдут новый повод, новую линию раздела, новое оправдание своей праведности. И снова разделятся на черное и белое, на правых и виноватых, на святых и грешников.

И каждый, каждый без исключения, выберет белую сторону для себя.

***

Драка начинается. Кровь течет по мостовой – красная, одинаковая у обеих сторон. Сирены воют вдалеке. Кто-то плачет. Кто-то кричит о справедливости.

Я покидаю крышу и растворяюсь в сумерках.

Через сто лет, через тысячу лет они все еще будут делить мир на черное и белое. Все еще будут видеть в себе ангелов, а в других – демонов. Все еще будут удивляться, почему мир полон конфликтов, не замечая, что сами их создают этим делением.

А я буду наблюдать. И помнить.

Помнить, что единственная честность – это признать: в каждом из нас живет и свет, и тень. И граница между ними тоньше паутинки. И святость начинается не с провозглашения себя праведником, а с признания собственной способности к греху.

Но это слишком сложно для существ, которые живут всего несколько десятилетий.

Слишком страшно посмотреть в бездну внутри себя.

Проще нарисовать линию и сказать: зло там, а я здесь, на стороне света.

Проще. Но не честнее.

Не честнее.