Здесь нет ни остролистника, ни тиса.
Чужие камни и солончаки,
Проржавленные солнцем кипарисы
Как воткнутые в землю тесаки.
И спрятаны под их худые кроны
В земле, под серым слоем плитняка,
Побатальонно и поэскадронно
Построены британские войска.
Шумят тяжелые кусты сирени,
Раскачивая неба синеву,
И сторож, опустившись на колени,
На английский манер стрижет траву.
К солдатам на последние квартиры
Корабль привез из Англии цветы,
Груз красных черепиц из Девоншира,
Колючие терновые кусты.
Солдатам на чужбине лучше спится,
Когда холмы у них над головой
Обложены английской черепицей,
Обсажены английскою травой.
На медных досках, на камнях надгробных,
На пыльных пирамидах из гранат
Английский гравер вырезал подробно
Число солдат и номера бригад.
Но прежде чем на судно погрузить их,
Боясь превратностей чужой земли,
Все надписи о горестных событьях
На русский второпях перевели.
Бродяга-переводчик неуклюже
Переиначил русские слова,
В которых о почтенье к праху мужа
Просила безутешная вдова:
«Сержант покойный спит здесь. Ради бога,
С почтением склонись пред этот крест!»
Как много миль от Англии, как много
Морских узлов от жен и от невест.
В чужом краю его обидеть могут,
И землю распахать, и гроб сломать.
Вы слышите! Не смейте, ради бога!
Об этом просят вас жена и мать!
Напрасный страх. Уже дряхлеют даты
На памятниках дедам и отцам.
Спокойно спят британские солдаты.
Мы никогда не мстили мертвецам.
1939 г.
***
В статье, где цитируются отрывки из научной публикации о состоянии английских, французских и русских госпиталей, приведены факты, ярко свидетельствующие об одном: в XIX веке, когда газетчики уже могли рассказать в своих репортажах о вопиющем состоянии госпиталей и ужасных страданиях и рядовых, и офицеров, британскому правительству было всё равно, какие потери несут их граждане. Участь жён и невест мало волновала политиков. За 170 лет ничего не изменилось, разве что теперь новые политики не волнуются о чужих солдатах, которые летом 2025 года в рефрижераторах неделями стояли на границе с Россией. Но именно осмысливая эту печальную преемственность, начинаешь иначе воспринимать последнюю строку стихотворения Симонова. Он, безусловно, знал, что британские солдаты в большинстве своём погибли не от ран. Они были брошены на реализацию людоедских целей своего правительства, а что с ними могло случиться в Крыму и конкретно в Севастополе, политиков волновало мало. Так же было когда-то во время Наполеоновских войн; то же самое повторилось в годы Великой Отечественной войны.
Примечательно, что это самое кладбище было практически разрушено в годы ВОВ, а восстанавливалось усилиями крымского историка и краеведа Владимира Гурковича:
Юлия Н. Шувалова, 30 марта 2026 года
При цитировании и/или перепечатке ссылка на автора обязательна