Среди старых дач Болшева дача С.Н. Дурылина – не самая старая. В 1936 году построена. Но одна из самых примечательных. Тут даже музей открыли. Мемориальный. Этому самому С.Н. Дурылину.
Кто такой С.Н. Дурылин? Я сам не знал. Пока сюда не заехали.
Оказывается, писатель, богослов, театральный и литературный критик. Широко известный в узких кругах. Даже книги про его жизнь и деятельность писали.
В серии "Жизнь замечательных людей".
Родился Сергей Николаевич в 1886 году. В зажиточной купеческой семье. Учился в IV Московской мужской гимназии. Но не доучился. Был "обуян честнейшим и бестолковейшим народничеством: слез с народной спины и стал зарабатывать уроками".
Репетитором недоучившийся гимназист был. неплохим. Среди его учеников были народный артист Игорь Ильинский, Борис Пастернак. Нобелевский лауреат потом вспоминал: «Это он переманил меня из музыки в литературу…»
В 1910 году Дурылин поступил в Московский археологический институт. Но потом в религию потянуло. Был в 1912-18 годах секретарем Московского религиозно-философского общества памяти В.С. Соловьева.
А в 1915 году поехал в Оптину пустынь. Решив уйти в монастырь. Но старцы не не благословили его на этот шаг. Мол, не готов еще.
Но в 1920 году все-таки стал священником. Служил в Боголюбской часовне, устроенной в Варварской башне Китай-города.
Не самое удачное время для священнослужителей. Дважды в ссылку отправляли. Первый раз- за «скрытую антисоветскую агитацию-деятельность". Второй- за "распространение среди верующих литературы антисемитского содержания".
После ссылки даже комнату в Москве получить не удалось. Зато удалось получить участок в Болшеве под дачу.
Вот туда мы и поехали.
Аккуратный заборчик.
Калитка заперта. Но есть звонок.
Задумчивая женщина пустила во двор.
Симпатичный домик.
Якобы, сам Дурылин спроектировал. На пару с другом – Шехтелем.
У входа- хозяйственные постройки, ледник.
Дом не очень большой. Но все равно вопрос. Откуда у бывшего ссыльного деньги?
Ну, во- первых, Сергею Николаевичу как раз в это время халтурка подвернулась. Заказ поступил от Ивановского драмтеатра. Переложить «Анну Каренину» в виде пьесы. Так, чтобы без паровоза и ипподрома. Но, чтобы смысл остался.
Получилось неплохо. Пьеса шла на сценах Кирова, Нижнего Новгорода, Костромы, Ярославля и даже во МХАТе.
А, во-вторых, стройматериалы практически даром достались. В то время как раз Страстной монастырь сносили. Вот оттуда и разжились. Двери, кирпичи, брёвна. Особенно арочными окнами гордились.
Ну и главным дачным атрибутом- верандой.
Участочек небольшой. На котором «при строительстве дачи были оставлены нетронутыми русские берёзы, дубки и другая растительность».
Среди этой растительности была высокая ель росла.
18 мая 1942 года хозяин с гостями сидели на круглой веранде. мирно пили чай. Отмечали именины хозяйки. И вдруг увидели несущийся на них самолет. Советский. Всех спасла та самая ель. Смягчила и отвела удар.
Никто не пострадал. Даже летчик- ас.
Сейчас не только ели нет. Почти ничего не осталось.
Старые деревья спилили. Новые не посадили.
В этом небольшом деревянном доме с мезонином и философ и его супруга прожили 18 лет.
Дурылин умер в 1954 году. Супруга- Ирина Алексеевна Комиссарова- продолжала жить в Болшево до 1976 года. После ее смерти Ирины дом по наследству достался ее младшей сестре. Которая передала дом Дурылина государству. В 1993 году. И вдруг через год умерла.
А в доме мемориальный музей создали.
Дом в длину вытянут. Система- коридорная.
У входа- телефон.
Это сейчас у каждого в кармане мобильник. А в то время- индикатор положения хозяина. А у входа- так не у каждого был. Соседи бегали. Позвонить просили.
Посетителей, интересующихся жизнью и деятельностью писателя и богослова немного.
Раз- два и обчелся.
Комнаток немного. Пускают, почему-то, не во все. На второй этаж- тем более.
При входе маленькая комнатка пенал.
Типа гостевая.
В витринах- старые книги.
Комната супруги- самая большая.
Она же- гостиная.
По стенам- картины- гравюры.
В углу, как и везде, иконка.
Детей у супругов не было. Некоторые считают, что брак был формальным. Чтобы иметь возможным по одной крышей жить. На самом деле супруга чем-то вроде домоправительницей была. Дурылин ее из последней ссылки привез. Ясности нет.
В смежной комнате- кабинет Сергея Николаевича.
Пишущая машинка.
После отсидок ученый и писатель в политику не лез. Занялся литературоведением. Но современных писателей не трогал. Чтобы, не дай бог, куда-нибудь не вляпаться.
Работал в Литературном музее, Институте мировой литературы, активно публиковался.
В 1944 году даже получил ученую степень доктора филологических наук.
- На какую же тему была его диссертация? – поинтересуется читатель.
А ни на какую. Не было диссертации. По совокупности работ присудили. Хотя он даже кандидатом не был. Короче, довольно странная история.
Зато степень позволила ему завкафедрой ГИТИСа стать.
Жизнь наладилась. Даже орден Трудового Красного Знамени получил. В 1949 году.
На стене кабинета- портрет хозяина.
- Нестеров – гордо сказал экскурсовод.
И грустно добавил: копия.
Другая стена- в книжных полках.
- У Дурылина еще весь подвал был книгами забит- пояснил экскурсовод.
- И где этот подвал?
- Да прямо под нами. Большой. Почти во весь дом.
Когда-то на этом месте усадьба Одоевского была. Похоже, дом на старом фундаменте поставлен. Но, почему-то, скрывабт этот факт.
Кухни нет. Печка прямо в коридор выходит.
Зато рядом- веранда.
Якобы за этим столом собирались Святослав Рихтер и Борис Пастернак, актеры Александра Яблочкова и Василий Качалов, художники Роберт Фальк и Федор Булгаков.
Предметы нехитрой обстановки.
На полке буфета- книга.
И для детишек, оказывается, философ писал.
На видном месте- документ.
Протокол заседания Президиума Мытищинского Райисполкома. «Об отводе земельного участка писателю Дурылину С.Н. под строительство жилого дома в с. Болшево».
Решение- положительное.
- Ну, правильно – скажет читатель – Главный документ – на видном месте.
Вот только новоселье Дурылины в 1936 году справили. А документ каким числом датирован? 31 марта 1937 г.
И потом. Кто такая Знаменская А.А.? Согласно протоколу, бывшая владелица участка. И почему-то, добровольно от него отказавшаяся.
Еще одно темное пятно в биографии писателя.
Спросить не у кого. Экскурсовод уже ушел.
До калитки нас проводила все таже грустная женщина.
- Да мы сами дорогу найдем.
- Калитку надо закрыть. Я ведь совсем одна остаюсь. – горестно вздохнула женщина.
После этого про судьбу обитателя будки спрашивать не стали.
Уходили, почему-то, тоже в печали. Захотелось что-нибудь Дурылинское прочитать.
«Отравить себя тютчевской мукой,/"Мёртвых душ" затаить в себе смех,/Вместе с пьяным томиться разлукой,/Вместе с грешным упасть в его грех./По Владимирке вёрсты измерить,/Всё принять, всё познать, всё простить,/ Это значит - в Бога поверить,/Это значит - Русь полюбить.».
P.S. О других прогулках и поездках смотри здесь