первая часть
— Действительно, — подхватила вторая тётя. — Хватит бездельничать, взрослая жизнь началась. Вон мои Анька с Петькой со школы подрабатывают.
Вера вздохнула. Она понимала, что тётушки, скорее всего, просто пытаются успокоить собственную совесть: мол, не малолетнюю сироту из квартиры выгоняют, а помогают взрослой родственнице встать на ноги и определиться с будущим. Девушке вручили её долю от продажи квартиры, и Вера сразу же отнесла деньги в банк, открыла счёт.
Теперь на её имя числилась солидная сумма. Правда, на покупку жилья её всё равно не хватало, даже на крошечную комнату в коммуналке. Вера быстро нашла подходящую съёмную квартиру, сразу оплатила аренду за полгода. Маленькая, чистая, с видом на набережную, недалеко от университета. Зайдя внутрь, она первым делом рухнула на диван и разрыдалась.
Она плакала по родителям, которых почти не помнила, по бабушке, без любви и заботы которой теперь будет очень тяжело, по родной квартире, где, казалось, даже стены поддерживали и защищали. Вера остро ощущала своё одиночество и не представляла, как жить дальше. Ей было страшно, по‑настоящему страшно. Всё вокруг казалось пустым и чужим.
Мир стал тёмно‑серым. Девушка часами сидела у окна, без интереса глядя на улицу, почти ничего не ела. Горе какое‑то время полностью заполнило её жизнь. Наведывались подруги из прежней, беззаботной жизни, захаживали соседки со старой квартиры. Они пытались расшевелить Веру, пару раз вытащили её прогуляться по набережной.
Девушка послушно переставляла ноги, отвечала на вопросы, даже вроде бы улыбалась, а сама только ждала момента, когда её оставят одну, и можно будет больше не притворяться. И всё же время понемногу сделало своё дело. Вера смогла прийти в себя, вернулась в университет и взялась за учёбу с удвоенной силой.
Потом её направили на практику в гимназию на другом конце города. Дорога на автобусе занимала около часа в одну сторону, а ещё столько же обратно, но выбирать не приходилось. Зато сама гимназия сразу понравилась: светлая, просторная, современная. Коллектив встретил Веру тепло, а вскоре начались первые уроки.
И Вера вдруг поняла, что это её. Объяснять детям новое, учить их, видеть, как загораются глаза. Школьники слушали юную практикантку, раскрыв рты. Ей удавалось подать материал легко и увлекательно. Руководитель практики, опытная учительница, не уставала повторять, что у Веры редкий педагогический талант. Это радовало, придавало уверенность, наполняло её силами.
Девушка всерьёз задумалась о профессии учителя. Тем более, ей уже намекнули, что с радостью возьмут в эту же гимназию. И зарплату предлагали достойную — вполне хватило бы и на аренду, и на жизнь. Казалось, не зря она тогда поступила именно в педагогический, это была судьба. А дизайном можно заниматься в свободное время.
Вера уже попробовала брать мелкие заказы, и у неё неплохо выходило. Пока платили сущие копейки, но это был только старт. Однажды утром Вера, как обычно, заглянула в кабинет информатики: её руководитель практики часто начинала день там — пила чай с подругой перед первым уроком. Но в этот раз в кабинете оказался только незнакомый молодой мужчина, серьёзный, стильно одетый.
Он возился с системным блоком и обернулся, услышав, как открылась дверь. Почему‑то Вера смутилась под взглядом его тёмных глаз.
— Доброе утро, — широко улыбнулся незнакомец.
Улыбка была открытой, дружелюбной, живой. Вера невольно залюбовалась его красивым лицом.
— Здравствуйте, — ответила она.
— Я Константин Древин. Тут никого нет и какое‑то время не будет. Я сеть настраиваю.
— Ясно, — кивнула Вера и уже собиралась выйти, как парень окликнул её:
— Подождите.
Вера с неожиданной радостью задержалась: уходить из кабинета информатики совсем не хотелось.
— Вы… вы такая красивая…
Парень поднялся из‑за стола и медленно подошёл ближе. В его голосе слышалась искренность, и эта простота подкупала. Домашняя девушка, не слишком привыкшая к мужскому вниманию, почувствовала, как заливается румянцем. Поведение незнакомца смущало, но одновременно было приятно.
— Спасибо за комплимент, — пробормотала Вера и робко улыбнулась.
Повисла короткая пауза, но парень тут же взял инициативу на себя:
— А меня, кстати, Кирилл зовут. Я здесь случайно, по работе. И вдруг… вы… Вы учительница?
— Практику прохожу, — ответила Вера и снова смущённо замолчала.
Однако очень скоро она почувствовала себя рядом с Кириллом свободно и спокойно. У парня оказался отлично подвешен язык, он легко втянул девушку в непринуждённую беседу. За каких‑то пять минут они обсудили и неожиданность своей встречи, и особенности современной школы.
Кирилл немного шутил, улыбался, ненавязчиво демонстрировал эрудицию и то и дело делал Вере комплименты. К моменту, когда прозвенел звонок, девушка уже чувствовала себя настоящей принцессой. Ей нравилось то ощущение, которое возникало рядом с этим парнем.
— Ну, мне пора на урок, — спохватилась Вера. — У меня сейчас шестой «А». Те ещё непоседы. Весь класс вверх дном перевернут, если вовремя не явлюсь.
— А в каком кабинете? — уточнил Кирилл.
— В тридцать пятом.
— Хорошо, — кивнул он.
Все сорок минут урока Вера чего‑то ждала, хотя и сама не понимала чего. Внутри жило лёгкое предчувствие чуда. Девушка дала детям небольшую самостоятельную работу и, пока они писали, сидела за столом и вспоминала разговор с Кириллом. Ей до дрожи хотелось снова увидеть этого весёлого, приятного молодого человека. Тянуло к нему — такое с Верой происходило впервые.
После урока он ждал её у кабинета, всё с той же широкой улыбкой на лице. Вера подошла ближе.
— Я закончил свою работу, но подождал тебя. Мы же не успели обменяться телефонами, а я не могу просто так отсюда уйти, — сказал Кирилл.
Вера почувствовала облегчение: интуиция её не подвела, она действительно понравилась ему, и он, как настоящий мужчина, делал первый шаг.
— Так ты оставишь мне свой номер? — с надеждой заглянул ей в глаза Кирилл.
— Конечно, — улыбнулась девушка.
Она продиктовала цифры, Кирилл тут же набрал их и сделал дозвон.
— Вот и отлично. Теперь обязательно позвоню и приглашу тебя на самое романтичное свидание в мире.
Он не обманул. Каждое их свидание оказывалось особенным. Несколько раз Кирилл водил Веру на вечерние прогулки по городским крышам — от открывающихся видов захватывало дух. Вера делала множество снимков, стараясь сохранить эту красоту, а он только улыбался и рассказывал интересные истории о старых улицах и домах. Он так много знал!
Они гуляли по парку, лазили по заброшенным зданиям, как‑то раз даже прошлись по старому кладбищу. Конечно, были и обычные походы в кафе или кино, но Кирилл умел сделать жизнь яркой, насыщенной, особенной. И друзья у него были под стать — весёлые, остроумные, раскованные.
Вера впервые за долгое время чувствовала себя по‑настоящему счастливой. Наконец‑то она была не одна, наконец‑то кому‑то нужна. Кирилл часто оставался ночевать в её съёмной квартире.
И Вера обожала эти моменты: с ним они были почти как семья. Она просыпалась в объятиях Кирилла, с удовольствием готовила ему завтрак, а он брал на себя всю «мужскую» работу по дому — чинил кран, прибивал полку для книг, подклеивал обои в спальне. Вера любила смотреть на спящего Кирилла: обычно она просыпалась раньше. Длинные тёмные ресницы, красивое лицо, добрый, любящий, заботливый, свой, родной.
Как‑то всё у них закрутилось очень быстро, но Веру это не смущало, а наоборот радовало. Так приятно было чувствовать себя его любимой девушкой. Рядом с Кириллом она ощущала спокойствие и уверенность. Он много рассказывал о себе, не пытаясь ничего скрывать. Воспитывала его мама, учительница математики. Отец ушёл из семьи, когда сыну было лет пять–шесть, и больше не появлялся.
Сначала мама уклонялась от разговоров о бывшем муже, но когда Кирилл подрос, всё‑таки узнал, почему родители развелись. Отец встретил молодую красавицу из обеспеченной семьи — яркую, модную, свободную. Между ними вспыхнул роман, и… Конечно, жизнь с красивой и богатой казалась проще, чем с женой, которая постоянно чего‑то требует. Он недолго мучился сомнениями и сделал «очевидный» выбор.
— Жаль это слышать, — вздохнула Вера.
— Да ничего не жаль, — улыбнулся Кирилл. — Нам с мамой и так неплохо жилось. Она, правда, много работала, чтобы меня поднять. Папаша‑то исчез с концами, даже алименты не платил — тогда такое прокатывало. Но ничего, справились. Я ей помогал, как мог: пока она на работе, я и дома приберусь, и ужин приготовлю, и уроки, само собой, сделаю. А как начал подрабатывать, так совсем хорошо стало.
Потом Кирилл вырос, окончил местный университет по престижному направлению — информационные технологии. Он с детства интересовался компьютерами, интернетом, программированием, и хобби логично превратилось в профессию. Теперь Кирилл работал в крупной компании. Пока ещё стажёром, недавно только получил диплом, но способного парня уже заметили, ценили и готовили к повышению.
Вере нравилось слушать о его работе, хотя она совсем не понимала всех этих программ, серверов и платформ. Просто в такие моменты Кирилл выглядел особенно увлечённым и вдохновлённым: глаза горели, на лице появлялась мягкая улыбка. Это казалось невероятно притягательным.
С их первой встречи прошёл почти год. Кирилл получил обещанное повышение и смог позволить себе купить новый автомобиль прямо из салона. Вера забыла, что такое толкаться в переполненных автобусах: у неё появился личный водитель, всегда готовый отвезти её в любую точку города. Она окончила университет и осталась работать в той самой гимназии, где проходила практику. Теперь и у неё была своя, вполне достойная зарплата.
Вера чувствовала себя по‑настоящему взрослой и самостоятельной. Она больше не была бедной одинокой сироткой. У неё было всё, что нужно для счастья: образование, работа, деньги, жильё, пусть и съёмное. И самое главное — рядом был любимый человек.
— А ты знаешь, какой сегодня день? — спросил Кирилл одним чудесным воскресным утром.
Вера лихорадочно перебирала в голове даты. День рождения у Кирилла зимой, в августе вроде никаких особых праздников нет.
— Ага… — растерялась она. — Забыла?
Кирилл смотрел на неё, хитро прищурившись. Он не улыбался, но было видно, что еле сдерживается.
— Ну да, забыла, — честно призналась Вера.
Ей стало по‑настоящему интересно, что любимый придумал на этот раз.
Кирилл улыбнулся и произнёс:
— А сегодня годовщина нашего знакомства. В этот день мы с тобой впервые встретились.
Вера нахмурилась, пытаясь вспомнить детали. Практику она проходила в сентябре, это точно, школьные занятия уже шли. Значит, с датой он, скорее всего, ошибся. Но спорить не стала. Годовщина — так годовщина, тем более Кирилл наверняка подготовил сюрприз.
Так и оказалось. После завтрака они выехали за город. Машина долго ехала по полупустому шоссе, а Вера, устроившись поудобнее, любовалась пейзажем: огромные поля, залитые сочной зеленью и яркими цветами, аккуратные рощицы, небо, будто вымытое. Как художник и дизайнер, она буквально впитывала эти впечатления, в голове одна за другой вспыхивали идеи для будущих картин. Жаль только, не догадалась прихватить с собой скетчбук — сколько чудесных набросков можно было бы сделать по дороге.
Кирилл остановил машину на обочине, вдоль которой тянулась посадка. Место показалось Вере совершенно обычным: пустынно, тихо, только одинокий столбик с табличкой и какими‑то цифрами — координаты, что ли.
— Приехали, — широко улыбнулся Кирилл.
Вера растерянно огляделась. Казалось, он откровенно наслаждается её недоумением. Затем просто взял её за руку и уверенно повёл в сторону зарослей. Они прошли узкую рощицу и вышли к полю — и у Веры перехватило дыхание.
Ей показалось, что она очутилась в сказке. Изумрудная мягкая трава, а посреди — изящная беседка с плотными розовыми шторами. Внутри накрыт стол на двоих. Неподалёку — музыканты с флейтами и скрипками, во фраках, несмотря на жару. Чуть дальше возвышался огромный ярко‑красный воздушный шар с плетёной корзиной; из неё уже махал рукой какой‑то мужчина. Над всем этим — пронзительно голубое небо с белыми пушистыми облаками. Только что они ехали по пыльному шоссе, а теперь оказались в этом нереальном, фантастическом пространстве.
— Что это? — тихо спросила Вера, оборачиваясь к Кириллу.
Парень смотрел на неё с такой нежностью и любовью, что у неё внутри всё дрогнуло. Под этим взглядом Вера буквально таяла, и почему‑то вдруг захотелось плакать. Он устроил всё это для неё. Только для неё.
— Взойдёмте на борт воздушного судна, мадам, — галантно протянул он руку.
— А то скоро стемнеет, — добавил уже обычным тоном.
Вера никогда прежде не летала на воздушном шаре. Да и в самолёте ни разу не была. Сначала ей было не по себе: корзина слегка покачивалась, казалось, вот‑вот перевернётся. Но пилот выглядел спокойным и уверенным, а Кирилл обнимал её за талию и с интересом смотрел по сторонам. Он явно не переживал, и со временем его спокойствие передалось и Вере.
Она позволила себе расслабиться и сосредоточиться на том, что открывалось взгляду с высоты птичьего полёта. Земля внизу напоминала огромное лоскутное одеяло: ровные квадраты подсолнечных полей сменялись кукурузными, где‑то вдали серебрилась извилистая речка, по шоссе ползли крошечные, как муравьи, машины, а город на горизонте казался игрушечным. От этой красоты захватывало дух.
— Нравится? — спросил Кирилл, наблюдая, как Вера жадно оглядывается по сторонам.
— Ещё бы! — горячо откликнулась она. — Спасибо тебе огромное.
— Это тебе спасибо, — мягко ответил он. — За нежность, заботу, любовь. За то, что вообще появилась в моей жизни.
От его слов по всему телу Веры разлилось приятное тепло.
— Я не встречал таких, как ты, — продолжал Кирилл. — Никогда. Искренних, нежных, добрых. Мне повезло, что я увидел тебя тогда, в гимназии. Страшно представить, что этой встречи могло и не быть. Всё ведь случилось случайно.
продолжение