— Я тут всё прикинула, Анна Сергеевна.
— Что именно ты прикинула?
Анна смахнула крошки со стола влажной салфеткой. Сполоснула пальцы под краном.
— Ваш диван отлично встанет здесь, на кухне.
Милана обвела просторное помещение наманикюренным пальцем. Окинула взглядом окно, газовую плиту, вытяжку.
— А нам с Игорем нужна большая спальня. Та, что на втором этаже. С балконом. Нам там комфортнее будет.
— Комфортнее.
Анна не спрашивала. Она просто повторила слово. Бесцветно. Без выражения.
— Ну да. Вы же всё равно рано встаёте.
Невестка поправила идеальную укладку. Потянула вниз край короткой футболки.
— Будете нам завтраки готовить. Места тут полно. Диван раскладывается. Тепло, опять же. Рядом плита. А нам пространство нужно. Для развития. И вообще, мы молодая семья, нам личная жизнь нужна. Вы же понимаете.
Игорь мялся у дверного косяка. Сутулился. Прятал глаза.
— Игорёк.
Анна посмотрела на сына поверх очков, висящих на цепочке.
— Ты тоже так считаешь? Что мать должна на кухне спать в собственном доме?
— Мам, ну ты пойми ситуацию.
Сын почесал затылок. Переступил с ноги на ногу.
— Нам правда тесно на съёмной было. Хозяйка цену задрала без предупреждения. На пятнадцать тысяч сразу! Платить нечем. У меня на работе сокращения, премию урезали. Кредит за машину висит. А у тебя целый дом простаивает. Три комнаты. Мы же семья. Надо помогать друг другу в трудные времена.
— Семья.
Анна кивнула на три огромных дорожных чемодана в прихожей. Рядом громоздились несколько набитых мусорных мешков с обувью и зимними куртками.
— Вы, значит, уже всё решили. Без меня. Собрали вещи, приехали и распределили комнаты. В моём доме.
— А чего тут долго решать?
Милана бесцеремонно отодвинула стул и села. Не дожидаясь приглашения. Положила телефон на стол экраном вверх.
— Вы одна в таких хоромах живёте. Зачем вам столько места на пенсии? Только убирать тяжело, суставы болят небось. А мы молодые. Нам кабинет нужен. Игорь будет новые бизнес-идеи генерировать. Ему тишина требуется для максимальной концентрации.
— Бизнес-идеи.
Анна аккуратно сложила кухонное полотенце. Расправила края.
— Те самые идеи, на которые я три года назад отдала свои пенсионные накопления?
Игорь дёрнулся.
— Мам, ну зачем ты опять начинаешь. Прогорело дело. Бывает. Кризис в стране. Никто не виноват, рынок просел.
— Никто. Кроме меня, видимо.
Анна упёрлась руками в край столешницы.
— Я вам тогда кругленькую сумму сняла со счёта. На первый взнос за хорошую двушку бы с головой хватило. Можно было ипотеку взять и жить спокойно, коммуналку платить. А вы всё спустили.
— Мы вложили в развитие!
Милана вздёрнула подбородок.
— Мы сняли коворкинг в центре. Купили технику нормальную. Apple, между прочим. Не на старье же работать. Просто партнёры подвели. Недобросовестные оказались, с поставками кинули. Вы в современном бизнесе не понимаете ничего. Всю жизнь на заводе отсидели от звонка до звонка в бухгалтерии.
— Отсидела.
Анна не повышала голос.
— И на этот дом заработала. Сама. Две смены брала. По выходным отчёты частникам сводила. Без всяких партнёров, коворкингов и макбуков.
— Ну вот мы и будем его беречь.
Невестка снисходительно улыбнулась. Постучала длинными ногтями по столу.
— Я тут уже присмотрела перестановку. Эти ваши горшки с фикусами мы выбросим на веранду. Они пыль собирают и вид портят. Я аллергик. Поставим кофемашину нормальную. Диван этот старый перетянем, ну или чехол на маркетплейсе закажу. И шторы эти жуткие с цветочками снимем.
— Шторы снимем.
— Конечно.
Невестка потянулась к вазе с яблоками. Выбрала самое крупное, краснобокое. Откусила.
— Завтра мы свои вещи наверх переносим. А вы пока шкаф в коридоре освободите полностью. Нам много полок понадобится, у меня одних сумок пятнадцать штук. Мы пошли заказывать доставку еды из ресторана. Вы же роллы не едите?
— Не ем.
Анна проводила взглядом парочку, скрывшуюся в гостиной. Из комнаты тут же донеслось недовольное бормотание Миланы о том, что роутер старый и вай-фай ловит слабо.
Ближе к полуночи Анна сидела за тем же кухонным столом. Перед ней лежал планшет. На экране светился открытый чат с риелтором Ритой.
Скрипнула половица. На кухню проскользнул Игорь. В мятой домашней футболке, босиком.
— Не спишь?
— Заснёшь тут с вами.
Сын присел на край столешницы. Потёр лицо руками.
— Мам. Ты на Милу внимания не обращай.
— Не обращать?
— Ну она резкая бывает. Характер такой, пробивной. Девушка с амбициями. Зато она меня мотивирует не сидеть на месте.
— Мотивирует. Это я заметила.
Анна невозмутимо пролистывала страницы на экране, не поднимая глаз.
— Прямо по головам идёт. Особенно по моей.
— Мам, ну правда. Нам критически тяжело сейчас.
Игорь наклонился вперёд. Голос стал просящим, интонации — как у подростка.
— У меня с работой вообще не клеится. Начальник зверь, требует невозможного, планы ставит конские. Зарплату задерживают второй месяц. А за кредит за машину отдай. Миле на ногти и ресницы отдай, она же не может неухоженной ходить, у неё статус. Кредитка уже выпотрошена под ноль.
— А ты не пробовал жене сказать, что денег нет? Что нужно пояса затянуть и ресницы отклеить?
— Ты что!
Игорь замахал руками в испуге.
— Она же меня сожрёт живьём. Скажет, что я неудачник. Что все её подруги нормально живут, мужья их по курортам возят, а она в подержанной машине трясётся и на скидки в магазинах смотрит. Я не могу так рисковать нашими отношениями.
— А ты кто? Победитель по жизни?
Сын с обидой скривил рот.
— Нормально ты родного сына поддерживаешь. Ничего не скажешь. Спасибо, мамочка.
— Я тебя тридцать два года поддерживаю, Игорёк.
Анна отодвинула планшет в сторону.
— Сначала от армии отмазывала, справки по врачам собирала. Потом в институт платный тянула. Репетиторов оплачивала, чтобы хоть сессии закрывал. Потом свадьбу вам играла, чтобы перед новыми родственниками, перед сватьей, стыдно не было.
— Ну мы же не просили шикарную!
— Да что ты говоришь.
Анна смерила сына тяжёлым взглядом.
— А кто кричал, что Миланочка хочет выездную регистрацию у воды с аркой из живых роз? Кто требовал ресторан с панорамными окнами и кавер-группу? Я ради этого потребительский кредит брала под бешеный процент. Полкилометра нервов вымотала.
— Ну отдали же потом.
— Половину. И то через три года, когда инфляция всё съела.
Игорь опустил голову. Расковырял пальцем подсохшее пятнышко от чая на столе.
— Мам. Ну пусти нас на второй этаж. Миле там правда удобнее будет. У неё вещей тьма, ей гардеробная нужна. А тебе зачем целая спальня в двадцать квадратов?
— Спать.
— Ну на диване поспишь на кухне. Тебе какая разница? Ты же на пенсии уже. Тебе покой нужен, вот на кухне у окна и будет покой.
— На кухне. Где вы будете до двух ночи холодильником хлопать и сериалы смотреть.
— Мы тихо будем! В наушниках. Честное слово даю. Мы же не звери какие-то, всё понимаем.
— Игорёк.
Анна медленно и отчётливо произнесла каждое слово.
— Иди спать. На свой надувной матрас в гостиной. Завтра тяжёлый день будет.
— Почему тяжёлый?
— Увидишь.
Утром в дверь позвонили. Долгим, настойчивым звонком. На часах было ровно девять.
Милана выскочила из гостиной в одном коротком шелковом халатике. Сонная, помятая, злая.
— Кого там принесло в такую рань? Мы же спим! У нас законный выходной!
Анна открыла дверь. На пороге стояла Рита. Риелтор. Строгий костюм, папка в руках. Рядом переминалась с ноги на ногу молодая пара.
— Привет, Аня.
Рита поправила лёгкий шарф на шее.
— Мы не рано? Клиенты очень просили с утра посмотреть ещё раз при дневном свете. Им дом срочно нужен. Деньги на руках, задаток готовы прямо сейчас внести. Ипотека в банке одобрена вчера вечером.
— Проходите.
Анна отступила в сторону, освобождая проход.
— Обувь можно на коврике оставить.
Милана плотнее запахнула халат на груди.
— Анна Сергеевна! Это что за люди? У нас вообще-то частная жизнь! Я не накрашена! Что за проходной двор вы тут устроили?
— А ты иди оденься.
Анна бесцветно посмотрела на невестку.
— Нечего перед чужими людьми в исподнем светить.
— В смысле перед чужими?
Из гостиной высунулся всклокоченный Игорь.
— Мам, кто это? Что происходит вообще?
— Покупатели.
Анна повела гостей через холл, не обращая внимания на сына.
— Вот здесь у нас кухня. Просторная. Светлая. Плита газовая, новая. Вытяжку месяц назад меняла, тянет отлично.
Парень из пары одобрительно цокнул языком. Осмотрел углы.
— Класс. Метраж хороший. Светло. А диван тут зачем стоит?
— Это гости привезли на время.
Анна кивнула в сторону остолбеневших Игоря и Миланы.
— Они на днях съезжают окончательно. Так что тут будет свободно. Можно большой обеденный стол поставить на шесть персон.
— Кто съезжает?!
Милана заголосила. Голос взлетел до ультразвука.
— Вы в своём уме? Мы никуда не поедем! Мы только вчера вещи распаковали! Мы тут жить будем!
— Сложите обратно.
Анна невозмутимо открыла дверцу шкафчика под мойкой, показывая трубы клиентам.
— Трубы пластиковые. Не текут. Счётчики новые стоят, поверка в прошлом году была. Котёл тоже на гарантии.
Игорь подскочил к матери. Схватил за локоть.
— Мам! Ты что творишь? Какая продажа? Какой задаток? Мы же договорились вчера!
— Обычная продажа. Мы ни о чём не договаривались.
Она аккуратно, но твёрдо высвободила руку.
— Дом висит в продаже уже месяц. Просто покупатель не находился. А теперь нашёлся. Предварительный договор. Деньги на аккредитив. Основной договор на следующей неделе подпишем.
— А мы?! Куда нам идти со своими вещами?
— А вы взрослые люди. Сами разберётесь. Вы же хотели пространство для развития. Ищите.
Милана преградила дорогу к лестнице на второй этаж. Сцепила пальцы перед собой. Лицо пошло красными пятнами.
— Я не пущу туда никого! Это наш дом! Моего мужа! Вы не имеете права за спиной такие дела делать! Я в суд подам на вас!
— Твоего мужа здесь только старые роликовые коньки на балконе.
Анна посмотрела на невестку сверху вниз, хотя была ниже ростом.
— Дом оформлен на меня. Куплен десять лет назад, до вашего брака. Никто из вас здесь даже не прописан. Никаких долей у вас нет. Так что подвинься, девочка. Людям нужно спальню показать. Ту самую. Большую и с балконом.
— Игорь! Сделай что-нибудь!
Милана нервно дёрнула мужа за рукав.
— Она нас на улицу выгоняет как собак! Скажи ей! Ты мужик в конце концов или кто?
Сын беспомощно заморгал. Перевёл взгляд с жены на мать.
— Мам... Ну как же так. Мы же семья. Твоя плоть и кровь. Ты не можешь вот так просто взять и продать всё, оставив нас на теплотрассе.
— Семья не выселяет мать на кухню, Игорёк.
Анна повернулась к риелтору.
— Рита, пойдёмте наверх. Там отличный вид на сад и крыша утеплена.
Покупатели ушли через час. Довольные, осмотрев всё до чердака. Предварительный договор подписали прямо на кухонном столе. Рита пересчитала задаток и забрала копии документов для подготовки основной сделки в банке.
В доме стоял гул от ругани.
— Вы не посмеете.
Милана сидела на наспех собранном чемодане. Злая. Растрёпанная. Тушь потекла под глазами.
— Я внука вам рожу вообще-то! Вы родного внука на мороз выкидываете! Бабушка называется! Да вы его никогда не увидите! Я запрещу!
— Вчера ты говорила, что вы только планируете, и то лет через пять, когда на ноги встанете.
Анна спокойно складывала свои личные вещи в небольшую спортивную сумку. Документы, лекарства, пару кофт.
— Вы слишком быстро размножаетесь, когда вам это выгодно. Не переживай, я навязываться с пирожками не буду.
— Вы чудовище. Просто монстр.
Невестка скривила губы в гримасе.
— Нормальные матери всё детям отдают. Последнее с себя снимают. На трёх работах пашут, лишь бы деточке хорошо было. А вы родного сына в коммуналку отправляете.
— Он сам себя туда отправляет.
Анна застегнула молнию на сумке одним уверенным движением.
— В тридцать два года пора бы уже научиться за себя отвечать. И за свою амбициозную жену. И за свои кредиты.
Игорь привалился плечом к дверному косяку. Смотрел в пол, ковыряя линолеум пальцем ноги.
— Мам. Мы правда не потянем аренду сейчас. Совсем. У нас ни копейки за душой. И занять не у кого, всем должны.
— Найдёте комнату. Общежитие снимете у вокзала. На окраине дешевле.
— Комнату?! В общаге?!
Милана подскочила с чемодана как ужаленная.
— Я не буду жить в коммуналке с алкашами, тараканами и соседями-зеками! Я привыкла к нормальным условиям! Игорь, ты обещал мне коттедж загородом! Ты говорил, мы тут хозяевами будем, когда мать подвинется!
— Значит, пойдёшь работать, Милана.
Анна надела легкую ветровку.
— Говорят, труд облагораживает. Ногти, правда, пострадают немного. Заодно бизнес-идеи из головы выветрятся. Будете оба работать по графику — снимете нормальную однушку.
— Я вам этого никогда в жизни не прощу!
Невестка задохнулась от злости. Схватила свою дорогую сумку.
— Вы нас предали! Нож в спину воткнули! Поняли? Ноги нашей у вас не будет!
— Переживу как-нибудь.
Анна достала из кармана ключи. Положила один комплект на обувницу у зеркала.
— У вас ровно три дня на сборы. В пятницу Рита приедет принимать дом перед сделкой. Покупатели берут его с мебелью, и банк требует пустую жилплощадь. Так что ничего лишнего из техники не прихватите.
Она сделала паузу, глядя сыну прямо в глаза.
— Если ваши вещи останутся здесь в пятницу утром, я вызову наряд полиции. Напишу заявление, что в моём доме находятся посторонние лица без прописки. Выведут с вещами во двор. Позориться перед соседями или уехать тихо — решайте сами.
— А вы куда?
Игорь растерянно моргнул. До него только сейчас дошёл смысл происходящего.
— Ты сейчас уходишь? На улицу?
— Я?
Анна скупо улыбнулась.
— Я давно мечтала переехать поближе к предгорьям. Воздух там чище. Суставы не так болят на перемену погоды. Я там полгода назад небольшой домик присмотрела. Маленький, без лишних спален для гостей. Задатка как раз хватит, чтобы его забронировать и начать оформление. Остальное получу после продажи и положу на счёт в банке.
Прошёл месяц.
Анна сидела на деревянной веранде своего нового небольшого дома. Разбирала семена для весенней посадки. Воздух здесь и правда был другим. Дышалось легко, без надрыва и вечного чувства долга.
В кармане завибрировал телефон. Сообщение от старой знакомой, бывшей соседки.
«Видела твоих вчера на остановке в промзоне. Мила орала на Игоря прямо при людях благим матом. Требовала денег на такси, сумкой в него кидалась. А он только отмахивался и что-то мямлил себе под нос. Комнату они там сняли, что ли? Вид у обоих потрёпанный, Милка без укладки».
Анна прочитала текст. Заблокировала экран.
Делать нечего. У каждого своя жизнь. Своя мера ответственности. И свой комфорт.
Она открыла пакетик с семенами бархатцев. Весной под окном будет очень красиво.
