Представьте, что Апокалипсис, предсказанный Иоанном Богословом, всё-таки, несмотря на общий скепсис, состоялся.
Легионы Тьмы и Силы Света сошлись на поле боя. По итогу битвы праведники отправились на небо, грешники – в огненное озеро, как им всем было и положено.
А на истерзанной и больше никому не нужной Земле остались те, кто был ни холоден, ни горяч, но тёпл – и потому не заслужил ни Рая, ни Ада.
Обычные люди.
С тех пор прошло двести лет.
И я когда-нибудь допишу этот роман, но пока - только рассказ.
-Ну, хорошо, - с отвращением сказал чёрный. - Трое суток вы упрямо волочились следом - и вот, наконец, я ваш. Что, стоило оно того?
-А то, как же, - глядя в пылающие алым бешенством глаза, отозвался Пеко. - Князь даёт за твою вонючую голову триста фартингов.
-Невелика цена, - с отвращением выплюнул демон. -Продешевили вы, парни.
Воняло от него и впрямь жутко - серой и гниющей плотью. Будто и нет двадцати шагов между охотниками и дичью, будто стоишь с ним лицом к лицу. Да благословит, тот, кто покинул наш мир, эту вонь: не будь её, упустили бы тварь.
-Я... - Тут дыхание сбилось, и снова кольнуло за грудиной, но уже не так остро и грубо, как в прошлый раз. Сейчас боль просто напоминала: она тут, ждёт неподалёку.
-Что ты сказал, охотник?
-Я, разумеется, предпочёл бы серебро Нового Вавилона, но ты нагадил в землях тех, кто платит за работу красной медью. И сказать по правде, я зол на тебя за это. А как злы мои парни, лучше тебе и не знать, уголёк.
К кадыку подкатил шершавый комок со вкусом гнилого жира и крови. Пеко приложил к губам перчатку и закашлял, давясь сухим и колючим воздухом. Чёрный завозился на камне, готовясь к прыжку наудачу: почуял слабость.
-Спокойней... - попросил его Милито. - Всё равно не успеешь.
-Твой Старший знает, что болен? - вкрадчиво поинтересовался демон, перестав ёрзать. - Знает, что умрёт, и скоро?
-Тебе что с того? Уж тебя-то точно переживёт.
-Так, скорее всего, и будет, - согласился демон, покорно сложив руки на колени. Длинные тонкие пальцы сплетались и расплетались, как обугленные птичьи лапы в жарком пламени. - Но, раз уж триста фартингов почти ваши - может, поднимем ставки?
-О чём ты?
-Сделка... - мягко сказал демон, и его глаза медленно наполнились чернотой. - Очень выгодная для всех.
Утро выдалось на диво прохладным, а небо - безоблачным. Внизу, у подножия, солнце в этот час начинало палить так, что капли пота на щеках высыхали, едва успев выступить. Приходилось вставать на днёвку, пережидая самые жаркие часы, а тварь тем временем продолжала удаляться всё дальше и выше.
Адская жара была нипочём бывшему обитателю ада, однако ночью чёрный становился слеп, как и все. Темноту он предпочитал пережидать, отлёживаясь в неглубоких пещерах. Охотники выходили в сумерках, ведомые едва заметным запахом серы, находили неприметные следы и следовали по ним.
За трое суток сделали не меньше пяти десятков колёс. Немало – если брать в расчёт, что шли большей частью вверх по склону.
На второй день Милито обмолвился, что такая работа стоит куда дороже трёхсот фартингов. Пеко заметил, что с людьми Князя лучше не торговаться. А что подумал Джи, никто не узнал: Люди Камня так же молчаливы, как и те, кому они молятся.
-Сделка? - Пеко в который раз притворился, будто удивлён.
-Почему бы тебе не пощадить меня? – предложил демон.
Скрестив руки на груди, он сидел на валуне, откатившемся в сторону от тропы. Камень был сплошь покрыт ржавым горным лишайником - будто язвами. Ещё несколько таких же, поменьше, были выставлены полукругом возле ног сидящего. Похоже, нарочно: так чёрный коротал время в ожидании своей судьбы, идущей по пятам.
-Ты можешь предложить за свою неумытую рожу что-то дороже трёх сотен?
На перчатку лучше было бы не смотреть, а сразу вытереть выплюнутый ком о шерстяную накидку. Но Пеко, поморщившись, всё же взглянул. За последний месяц дела стали только хуже. Сначала зелёная слизь с красными прожилками, потом плотные чёрные сгустки, и вот, наконец, алая, свежая кровь. Всего за один месяц.
-У меня нет фартингов. - Тварь попыталась улыбнуться, но лучше бы она не пыталась. - Они ни к чему таким, как я. Вот что я предлагаю: вы свяжете мне руки, засунете в рот кляп, и потом мы, все вместе, отправимся в Новый Вавилон.
-И к чему нам такая обуза?
-Там я могу насладиться ещё парочкой фермеров - эти будут пожирнее тощих северян. Тогда за мою голову тебе заплатят серебром. Подобные мне не заходят так далеко на юг, нет. Потому южные охотники ленивы, а лордов легко напугать. Если не будете дураками, парни, то выручите за мою голову не меньше двадцати палок серебра.
-До Вавилона не меньше месяца пути.
-Хорошо. Значит, я проживу этот месяц, - оскалился демон.
Сверху на тропу посыпались мелкие камни: пробирающийся по гребню Джи сделал вид, что оступился. Нарочно - чтобы чёрный не глупил. Бежать ему было некуда: узкое ущелье заканчивалось отвесной каменной стеной. Ублюдок мог бы уйти по гребню и подарить себе ещё сутки - но не стал, понадеялся на свой змеиный язык. Всегда эти твари, прижатые к стенке, торгуются до последнего - смех, да и только.
-Я могу не прожить этот месяц, - покачал головой Пеко. - Так что сделки не будет.
-Ты ещё довольно силён... - начал было чёрный.
-Да её бы и не было в любом случае.
-Как твоё имя, охотник? - вкрадчиво спросил демон, и его глаза в третий раз сменили цвет, став бледно-зелёными, словно у тухлой рыбы.
Насколько же эта тварь, лишённая былых сил, навсегда заточённая в мешок из мяса и костей, всё-таки похожа на человека... Кожа на щеках и лбу выглядит обугленной, а вместо носа чёрная впадина... Но издали ни в жизнь не отличишь от простого фермера. Да и тряпки на нём фермерские - снял с тех бедолаг, которыми неделю назад закусил.
-Что тебе до моего имени, чёрный?
-Просто интересно.
-Меня зовут Пеко.
-Охотник Пеко, - задумчиво повторил демон. - Я слышал о тебе. Человек с блестящим револьвером и каменным сердцем. Что ж, тогда мне, наверное, следует отозвать своё предложение о сделке.
-Рад, что ты всё понимаешь. Не следовало тебе убивать тех фермеров.
Чёрный привстал с камня. Милито качнул ему дулом дробовика - сядь на место.
-Мне просто надоело прятаться. Надоело сосать козью кровь и облизывать росу с камней. В этих поганых землях каждый день происходит одно и то же. Никаких великих дел, никакой великой цели... Только бы найти пищу и не перейти дорогу парням вроде тебя. А ведь не так давно... Когда мой господин посетил этот мир во всём своём блеске...
-Твоего господина больше нет, - сказал Пеко, взводя курок. - Сядь на свой камень, и, может, проживёшь ещё минуту.
Демон и не подумал подчиниться. Стоял, пригнувшись, и раскачивался на пятках: раздумывал, прикидывал шансы. С места они могут прыгать шагов на двадцать. Приличное расстояние, можно успеть всадить в него пару пуль. Сколько же раз это уже происходило - только оставивший этот мир Бог знает.
Конечно, тварь быстра и опасна, как любой зверь. Но рядом с левым локтем небрежно качается ствол дробовика, а наверху, невидимый за стеной колючего кустарника, уже натянул свой лук Джи. Всё кончится быстро - как всегда.
-Если бы господин был здесь, мы сейчас говорили бы по-другому.
-Но у тебя не хватило духа последовать за ним в огненное озеро, - добавил Милито, сплюнув под ноги. - Что теперь толку скулить, тварь?
-Когда всё случилось, меня никто не спросил, хочу ли я в озеро, - огрызнулся демон, почёсывая синим ногтем волосатую грудь. - Всем было не до меня. Хорошие парни отправились на небо, плохие - в огонь, а те, кто надеялся Его перехитрить, застряли тут навсегда. Каким же я был дураком: разве Его перехитришь?
-Мне надоело его слушать, - признался Милито. - Прикончим болтливую тварь. Не хочу я больше ни в какой Новый Вавилон. Пусть будет триста фартингов, медь так медь - считай, что я передумал, Старший…
-Давно следовало найти кого-то похожего на вас, парни, - весело оскалился чёрный. - Сделайте это быстро, парни: стреляйте в голову.
-Твоя голова нам ещё пригодится. Как насчёт сердца? Знаешь, где оно у тебя?
-Вот тут, сбоку, - с отвращением ткнул в бок демон. - С тех пор, как нас облекли в плоть, оно стучит, и стучит, не переставая. За много лет я так и не привык к этому стуку. Уж не знаю, как вы, люди, живёте с ним. Не промахнись, охотник…
-Хорошо, - ответил Пеко, отступая на шаг: куда удобнее ждать прыжка, упираясь ногой в тяжёлый камень. - Давай заканчивать.
-Сейчас, - пообещал чёрный, разминая шею. Позвонки похрустывали, глаза были полуприкрыты, но из уголков рта уже вовсю лезли тонкие костяные иглы. - Подожди ещё немного - я почти готов…
Слева послышался металлический щелчок и негромкий выдох: Милито, задержав дыхание, взвёл курки. Хорошо - подумал Пеко. Пусть сегодня он возьмёт тварь сам.
Я уже слишком стар для всего этого.
***
Ночь была тёплой - несмотря на то, что на южных склонах гор в эту пору часто бывает свежо. Немного свежести не помешало бы: стоит спуститься ниже, и снова начнётся пустыня. Да такая, что все северные перед ней покажутся навеки потерянным раем.
Джи завернулся в одеяло и вовсю храпел, безмятежно посвистывая. Пеко помешал палочкой потухшие угли, а когда это занятие наскучило, поднялся на ноги и шагнул в темноту. Где-то там, у сваленной в кучу поклажи, сидел в дозоре Милито. Вроде шагов двадцать до него, а отсюда не видно даже контуров фигуры. Стареют глаза, стареет и остальное тело - да так быстро, что это злит уже не на шутку.
-Иди спать, я сам покараулю.
-Не хочу спать, - лениво протянул Милито, затянувшись самокруткой. Получилось так вкусно, что Пеко крякнул, почесал горло и полез за пазуху, в потайной карман, где лежал кисет с табаком и свёрнутые сухие листья.
-Ну, как знаешь. Этот давно там торчит?
Шагах в ста вниз по склону начинался самый настоящий лес, достаточно густой для такой высоты. Голые стволы горных сосен таяли во мраке, а между ними настойчиво маячило, трепетало на ночном ветерке что-то прозрачное. Для утреннего тумана было ещё рановато. И ночной ветерок не мог сдвинуть эту дымку ни на шаг, как ни старался.
-Давно, - ответил Милито, выдыхая дым. Пеко, не спеша, собрал крупинки табака в дорожку, примял лист пальцем и начал осторожно сворачивать.
-Чего хочет?
-Я не разговаривал с ним. Ждал, пока ты проснёшься.
-Зачем?
-Ты - Старший, - пожал плечами Милито.
-Пусть пока торчит, - рассудил Пеко, задумчиво разминая самокрутку. - Тихо?
-Тихо, - безразлично отозвался Милито. - Те, что посильнее, идут стороной. А те, что послабее, запаха боятся. Эй, тварь! Хоть какой-то прок от твоей вони!
-Ты же, вроде, хотел обменять мою голову на медь? - язвительно ответили из кожаного мешка у левого сапога Милито. - Хорошо бы вам было сейчас без моей вони. Сладко спали бы, парни. Так сладко, что, может, к утру и не проснулись.
-Дай прикурить...
Милито поднёс тлеющий окурок к лицу Пеко.
-Чего ты эту дрянь с собой таскаешь? – спросил охотник, откашлявшись после долгой и восхитительной затяжки. - Бросил бы к поклаже.
-Пусть. И правда ведь отгоняет всякую мелочь. Хотя и надоел уже, если честно.
-Не жалко будет расставаться?
-Если на перевале торговцы купят эту голову за серебро, потерплю.
-Может, всё же стоило продать её за медь?
-Ты сам решил иначе, - ответил Милито, щелчком отбросив докуренную самокрутку. Пеко поглядел, как окурок падает сквозь ночь, роняя жёлтые искры.
-Если ты был не согласен, почему не сказал?
-Ты - Старший. Мы идём, а ты ведёшь.
-Я просто хочу вернуться в то место, где всё началось, - сказал Пеко после долгой паузы. - И как можно быстрее: силы стали покидать меня. Этот городок называется Браунвилль. Он на самом краю мира. Дальше только яд и оплавленный песок.
-Ты там родился?
-Я родился в другом месте. Ты слышал что-нибудь про Людей Колеса?
-Нет... Я слышал про Людей Повозок. И про Лошадиных Людей. Эти Люди Колеса - тоже какие-нибудь бродяги?
-Нет, - покачал головой Пеко. - Ремесленники и фермеры. Ими правят восемь лордов, которые не в ладах друг с другом. Может, сейчас лордов стало уже меньше, не удивлюсь. Самое забавное - их вера. Эти Люди убеждены, что после смерти дух умершего вселяется в тело только что родившегося ребёнка. Если умирает лорд, то начинают искать ребёнка, в которого он переродился. Такую веру называют Колесо.
-Не самая глупая вера, - отозвались из мешка. - Подходящая для ловких парней, привыкших дурить фермеров. Эй, а вдруг наш ребёнок станет лордом? Да у него золотая голова - у того, кто это придумал.
-Заткнись, - беззлобно сказал Милито и, не глядя, ткнул в мешок носком сапога. - Знаешь, Пеко, мне всё равно, куда тебе надо. Мы в Престоне верим только в себя и в знания древних людей. Так легко скатиться в непотребство, скажешь ты... Да, легко. Поэтому мы всегда держим слово. Считай, что это моя вера, если хочешь.
-Хорошо. - Пеко положил руку на промокшее от росы плечо Младшего. - Очень скоро я освобожу тебя от всех клятв. Чем займёшься потом?
-Буду стрелять всякую дрянь. Всё равно я больше ничего не умею.
-Давай, охотник Пеко, - донёсся из мешка сварливый голос. - Давай, расскажи им, почему решил вернуться! Они столько раз рисковали ради тебя своими жизнями! Ладно, я, глупая голова, отрезанная от тела... Но уж им-то ты обязан рассказать обо всём!
-Заткнись, сказал! - Милито пнул мешок сильнее, на этот раз каблуком. Похоже, попал по губам: изнутри раздалось сырое чавканье, потом обиженное фырканье, и голос умолк. – Старший, это не моё дело. Про себя, если не хочешь, не говори.
Вместо ответа Пеко поднёс палец к его лбу.
-Это что у тебя? И вот это - на правой руке?
-Ты знаешь - что, - сухо сказал Милито.
-Ответь на вопрос.
-Это - метка Зверя, - раздражённо выплюнул молодой охотник. - Такие он нанёс нашим предкам... Тогда, давно… Тем, кто выступил на его стороне.
-Тогда что эти метки делают на наших с тобой лбах? Почему они на наших руках, если это было давно и не с нами? Почему они никогда не заживают?
-Я не знаю. Для красоты, может.
-Чтобы вы помнили, что навеки прокляты, - прорычали из мешка. - И ваши предки, и ваши потомки - все прокляты!!! Он забрал на небо только своих, оставив остальных подыхать тут! Ни рая вам, ни даже ада, жалкие люди! Только страдания и потом - небытие!
-Не надо, - Пеко остановил руку Младшего: тот уже занёс над непослушным мешком рукоятку револьвера. – Ведь эта башка стоит денег. И к тому же – она права…
-Я уже давно жалею, что не разбил её пулей... – Разозлённый Милито глубоко вздохнул, приходя в себя. На его лбу собрались полоски ранних морщин. – Так зачем ты идёшь в этот город на краю света?
-Там живут люди, у которых таких меток нет.
-Во-от как... - заинтересованно протянул Младший. - Что, правда?
-Ты мне не веришь?
-Пожалуй, я поверю тебе, Пеко. - Молодой охотник потянулся за новой травинкой, взамен изжёванной. - Только если у этих людей нет меток Зверя - почему их оставили здесь, на земле? Почему не взяли на небо?
Над лесом поднялось лёгкое серое сияние, ранний признак наступающего рассвета.
-Они очень много лет надеются туда попасть. До сих пор надеются. Так и зовут себя - Люди Надежды. Молятся Тому, кто давно покинул нас, даже соблюдают какие-то древние обряды. Я повидал много народов: это один из самых странных. Скоро рассвет, Милито. Иди спать, я покараулю.
-Тебе самому нужны силы.
-Не силы. Время. Завтра кончится день, потом ещё один, а потом ещё. Так мало времени - я не могу думать ни о чём другом. В детстве его было так много, а теперь оно почти кончилось. Я хотел бы успеть дойти до Браунвилля, пока ноги носят меня.
-Почему их оставили? - в недоумении повторил Милито, который, казалось, не слушал старика, думая о своём. - Раз у них нет меток Зверя? Он должен был забрать их с собой. Не понимаю. Странные дела.
-Как и всё, что он сделал, - согласился Пеко, глядя в светлеющее небо.