На моем столе лежат 30 тетрадей седьмого класса с контрольными диктантами. Их нужно проверить, проанализировать ошибки и завтра выдать детям результат. Но я смотрю не в тетради. Я смотрю в бесконечную таблицу Excel, от которой уже рябит в глазах.
Время 15:30. Уроки закончились. Завуч скинула в рабочий чат сообщение с тремя восклицательными знаками: «Срочно!!! До 16:30 сдать отчет по охвату школьников патриотическими мероприятиями! И обновите данные по горячему питанию! Кто не сдаст — лишение стимулирующих!»
И вот я, учитель русского языка и литературы, сижу и работаю бесплатным статистом для управления образования.
Давайте посчитаем, на что уходит мое время после уроков. За сегодня я обязана сдать:
- Мониторинг отсутствующих (кто болен, кто с соплями, кто уехал с родителями).
- Отчет по питанию (кто съел платную котлету, кто льготную, кто принес контейнер из дома).
- Сводку по дополнительному образованию (кто из класса ходит на бисероплетение, кто на самбо, а кто просто дышит воздухом — с указанием номеров СНИЛС и регистрацией на спецпорталах).
- И гвоздь программы — та самая простыня на 40 колонок: процент вовлеченности в патриотические акции, количество посещенных музеев и выученных гимнов.
На эту цифровую макулатуру у меня уходит ровно полтора часа. Бессмысленного, неоплачиваемого времени.
Представьте себе хирурга, к которому вы легли на сложную операцию. Вы лежите на столе под наркозом, счет идет на минуты, а врач сидит в углу операционной и судорожно заполняет Excel: сколько метров бинта ушло в отделении за месяц, каков уровень патриотизма у медсестер и сколько санитарок сегодня съели бесплатную кашу. А когда звонит главврач и требует отчет немедленно, хирург подбегает к вам, наспех чикает скальпелем за три минуты, зашивает кривым швом и бежит отправлять письмо.
Вы бы доверили своего ребенка такому врачу? Вы бы разнесли эту больницу по кирпичику и написали в прокуратуру.
Но в школе это считается нормой. Родители искренне возмущаются в чатах: «Виктория Александровна, почему вы так формально относитесь к проверке? Почему вы не расписали моему Петечке правила на полях, где он ошибся? Вы же педагог!».
Да потому что системе плевать на Петечкины причастные обороты! Департаменту не нужны грамотные дети, умеющие мыслить. Наверху нужны зеленые ячейки в отчетах и красивые 100% на графиках для губернатора. Учителей целенаправленно превратили в низкоквалифицированных операторов по вбиванию данных.
И когда я наконец открываю тетради в шесть вечера, у меня уже физически не фокусируется зрение. Я механически чиркаю красной ручкой ошибки. Без индивидуального подхода. Без души. Потому что всю душу выпили отчеты.
В тот день я закрыла Excel, не сохранив данные. Написала завучу: «Отчета не будет, у меня 60 непроверенных тетрадей» — и выключила компьютер. Стимулирующей надбавки в 2000 рублей меня за это, конечно, лишили. Зато я честно проверила диктанты.
А родители до сих пор уверены, что учителя после уроков пьют чай и радуются жизни на налоги граждан.