Алексей проснулся затемно — за окном ещё горели фонари, а будильник показывал 4:30. До международных соревнований по триатлону оставалось четыре месяца. В прошлом году он занял четвёртое место, проиграв бронзу всего две секунды. Та боль не прошла до сих пор.
— В этот раз никаких «почти», — сказал он себе и налил чёрный кофе.
Он составил новый график: плавание с 6 до 8, работа, затем бег в обед, вечером — силовая и ещё один круг на велосипеде. Спать — пять с половиной часов. Выходных нет. Никаких поблажек.
Первые три недели казалось, что крылья выросли. Алексей бил личные рекорды на каждой тренировке. Пульс в аэробной зоне, мышцы слушались, голова горела. Он перестал звонить маме — не хотел отвлекаться. Девушка ушла, бросив фразу «ты бежишь не к победе, а от себя». Он лишь пожал плечами.
К концу второго месяца колени начали ныть по ночам. Сначала Алексей игнорировал — растяжка, лёд, обезболивающие. Потом боль стала пронзать суставы на каждом приседании. Он просто увеличил нагрузку на спину — раз колени не идут, значит, корпус должен быть железным.
Спина сдалась через неделю. Не резко — постепенно, как старая пружина. Сначала дискомфорт в пояснице, потом прострел при попытке наклониться, потом утром он не смог завязать шнурки без стона. Но график есть график. Алексей затянул поясницу эластичным бинтом и побежал — медленнее, но побежал.
Самое страшное пришло незаметно. Примерно на восьмидесятый день тренировок он понял, что не чувствует радости. Вообще. Кофе не бодрил, музыка не заводила, финишная черта перестала быть целью — просто ещё одна точка на карте боли. Он лежал вечером на полу гостиной, смотрел в потолок и механически перебирал в голове: колено — пять уколов гиалурона? спина — МРТ? нервы — к психологу? Но вместо этого он просто ставил будильник на 4:30.
За три недели до старта Алексей упал на беговой дорожке. Не споткнулся — нога просто отказалась делать следующий шаг. Колено распухло до размера грейпфрута. Врач в травмпункте долго молчал, глядя снимки.
— Мениск, связки, хроническое перенапряжение. И это только колени. Спина — протрузии на двух уровнях. Вы, молодой человек, себя не готовили — вы себя разрушали. О соревнованиях забудьте. Ближайшие полгода — покой и восстановление.
Алексей вышел из больницы в сумерках. Сел на лавочку у входа и приуныл — впервые за много лет. Не от боли в коленях. От пустоты. Он убил в себе спортсмена раньше, чем вышел на старт. И главное поражение случилось не на международной арене — а в собственной голове, где здравый смысл проиграл одержимости. Околомедицинские истории прогнозируют: человек на пределе своих возможностей быстрее добежит до инвалидности, нежели до победы.
Часы на его запястье показывали 22:47. Он снял их и положил на скамейку. Чужому человеку, который завтра наденет их и решит, что чем больше — тем лучше.
Но это уже совсем другая история.