Есть женщины, у которых внешне все благополучно: хорошее образование и не одно, есть карьера, есть отношения. Но внутри живет что-то, чему сложно найти название. Ощущение, что нужно постоянно доказывать свое право быть. Что расслабиться - опасно. Что если кто-то узнает тебя поближе - разочаруется. Тревога и чувство стыда вечные спутники.
Это не про "врожденную тревожность" и "такой характер". За этим почти всегда стоит конкретный ранний детский опыт. И начинается он с мамы.
Почему именно мама
Сразу оговорюсь, что у психологов нет задачи обвинить маму во всех смертных грехах.
Мать - это первый человек, через которого ребенок узнает себя. Буквально. Когда мама смотрит на девочку с теплом, интересом, принятием - девочка усваивает: я есть, и это хорошо. Мои чувства реальны. Мне можно хотеть. Мне можно быть собой. И тд и тп.
Это называется зеркалирование. И это вовсе не про идеальное материнство. Это про достаточно частый, достаточно теплый эмоциональный отклик.
Когда этого не было - формируется дефицит. Не поломка. Именно дефицит - который можно восполнить. Но сначала нужно его увидеть.
Например, нарциссическая холодная мать - это не обязательно мать-монстр. Это мать, у которой не было эмоциональной доступности. Которая видела в дочери не отдельного человека - а продолжение себя. Инструмент самоутверждения. Отражение своих ожиданий. Проекцию своих собственных травм со своей мамой.
Что происходит с самоценностью у такой девушки/женщины
Самоценность - это не уверенность в себе в смысле "я все могу". Это базовое ощущение: я имею право быть. Чувствовать. Ошибаться. Хотеть. Просто существовать - без необходимости это заслуживать.
Вот что я слышу на консультациях от женщин с такой историей: "Иногда кажется, что я вообще ни на что не имею права." Не как метафора. Как реальное телесное ощущение.
Когда мать не видит ребенка - ребенок не получает этого базового зеркала. И начинает строить ощущение себя через другое: через достижения, через соответствие, через угождение.
Я хорошая - когда успела, соответствовала, порадовала. Я существую - когда меня оценили.
Во взрослом возрасте это превращается в перфекционизм, выгорание, невозможность расслабиться. В ощущение, что отдыхать стыдно. Что если остановишься - окажется, что ты недостаточна.
Рядом с такой мамой не было места быть живой - только идеальной.
Внутренний критик как голос матери
У каждого из нас внутри есть голос, который комментирует происходящее. Он формируется в детстве - через то, как с нами разговаривали. Такой интроект.
Если мама говорила с теплом и принятием - внутренний голос примерно такой же. "Ничего страшного, справишься. Ты молодец."
Если мама критиковала, обесценивала, стыдила - внутренний голос звучит иначе. "Да как ты могла. Что ж ты за дура-то такая. Неумеха. Опять не так."
И вот это - не просто неприятные мысли. Это голос, который работает круглосуточно. Который комментирует каждое решение, каждый поступок, каждое проявление.
На консультациях я вижу: женщина приходит с запросом "хочу повысить самооценку" - и в процессе работы обнаруживает, что просто не умеет говорить с собой иначе. Потому что никогда не слышала другого голоса рядом.
Это меняется. Но не через аффирмации перед зеркалом)) А через реальную работу с тем, откуда этот голос взялся.
Как формируется представление о близости
Первый опыт близости - это мать. И этот опыт становится шаблоном для всех последующих отношений.
С нарциссической холодной матерью близость была искажена. С одной стороны - эмоциональная недоступность, отстраненность, ощущение что ты рядом, но тебя не видят. С другой - вторжение без границ, слияние, полное отсутствие личного пространства.
Два полюса. И оба болезненны.
Ребенок усваивает: близость - это либо пустота, либо поглощение. Третьего варианта нет.
Во взрослом возрасте это проявляется по-разному. Одни женщины держат всех на расстоянии - и не понимают, почему не получается настоящей близости. Другие растворяются в отношениях, теряют себя - и потом задыхаются.
Обе стратегии выросли из одного корня: близость небезопасна.
Про сексуальность - о чем говорят редко
Сексуальность - это расслабление. Это спонтанность, доверие телу, позволение себе получать удовольствие.
Все это невозможно там, где есть хроническое напряжение, страх быть замеченной, стыд за само наличие тела.
Нарциссическая мать часто транслировала что-то из этого: критику внешности, стыжение за проявление женственности, конкуренцию, ноги кривые, грудь маленькая, что-то еще. Иногда явную, иногда скрытую - но ребенок считывал: быть женщиной опасно. Проявляться - опасно. Привлекать внимание - опасно.
И взрослая женщина приходит с запросом "я не понимаю, почему со мной что-то не так в этой сфере" - не зная, что ответ лежит в очень раннем опыте.
Это прорабатывается. Медленно, аккуратно - но меняется.
Про отношения с другими женщинами
Мать вводит девочку в мир женщин. Показывает, как там устроено. Безопасно ли. Можно ли доверять.
Если мать конкурировала с дочерью, завидовала, обесценивала - девочка усваивает: в женском мире нет безопасности. Другие женщины - соперницы.
Во взрослом возрасте это может проявляться как постоянное сравнение себя с другими женщинами. Зашла в компанию - сразу взгляд: кто здесь красивее, успешнее, лучше меня? Это не просто неуверенность. Это усвоенная стратегия выживания из детства. Часто у такой женщины нет близких подруг - с кем можно поговорить без масок, просто быть собой.
Когда эта история прорабатывается - меняется что-то важное. Появляется возможность быть рядом с другими женщинами без постоянного внутреннего счетчика.
Про привязанность - почему сложно в отношениях
При дефиците материнского тепла и стабильности почти всегда формируется нарушение привязанности. Тревожное или избегающее - в зависимости от конкретного опыта.
Тревожное: постоянный страх потери, невозможность выдержать паузу в общении, ощущение катастрофы при любом признаке дистанции партнера.
Избегающее: как только кто-то становится по-настоящему близко - внутри срабатывает сигнал тревоги. Нужно отдалиться. Поссориться. Найти причину прервать контакт. Потому что слишком близко - это когда тебя увидят по-настоящему. А быть увиденной - страшно.
Оба варианта - не про отсутствие желания близости. Это про то, что психика не знает, как быть в близости безопасно.
И вот здесь самостоятельная работа почти не помогает. Потому что нарушение привязанности формируется в отношениях - и меняется тоже только в отношениях. В том числе терапевтических, где можно постепенно, в безопасном контакте, получить новый опыт.
Главная травма - и почему она не приговор
За всем описанным выше стоит одно ядро: неверие в то, что я достойна любви просто так. Без условий, без заслуг, без соответствия чьим-то ожиданиям.
"Кто я такая, чтобы меня любили?" - это не риторический вопрос. Это то, что реально живет внутри такой девушки/женщины.
Это формируется там, где тебя видели только через призму чужих потребностей. Где твои чувства игнорировались или обесценивались. Где любовь была условной.
Но вот что важно понять: это не правда о вас. Это правда о среде, в которой вы росли.
И это меняется через медленную, шаг за шагом, последовательную работу - где постепенно формируется новый опыт того, что быть собой - безопасно. Что твои чувства важны. Что тебя можно видеть - и не отвергнуть.
Если вы узнали себя в этом тексте - возможно, у вас впервые появились слова для чего-то, что давно ощущалось, но не называлось.
Это уже что-то важное.
Следующий шаг - не пытаться разобраться с этим в одиночку. Эти паттерны формировались в контакте с другим человеком. И меняются - тоже в контакте.
Автор: Золина Юлия Николаевна
Психолог, Клинический EMDR-гипноз-интегративн
Получить консультацию автора на сайте психологов b17.ru