Все части повести будут здесь
Конечно, те, кто вошли в этот список, были огорчены и пытались отстоять своё право на работу, но Ольга ничем не могла им помочь – ей поступили указания, и она их выполняла.
Встретившись с Алёной, Богдана узнала, что той тоже повезло – она осталась работать у себя в цехе. Но подруги крепко задумались – в такое непростое переменчивое время нужно было подумать о том, что необходима какая-то подработка.
Ночь, как и многие предыдущие, была почти бессонной. Вообще, в последнее время Богдана очень тревожно спала, то и дело просыпалась, а потом засыпала снова, а утром вставала с тяжёлой головой. То ли сказывались все навалившиеся проблемы, то ли что-то не давало ей спокойно спать – было непонятно.
Часть 28
Было понятно только одно – тот, кто сейчас убегал, прекрасно знал, что в эти дни на комбинате выдают зарплату, и ему будет, чем поживиться.
Богдана старалась как следует разглядеть удаляющуюся фигуру и ругала себя за беспечность и легкомыслие. Хорошо, что в сумке не было хотя бы документов, но это мало утешало – там в кошельке как раз лежала вся зарплата, и сейчас она с ужасом думала о том, на что же они с Сашкой будут жить целый месяц.
За невесёлыми мыслями в голове она даже не сразу поняла, что её опередил бегущий следом за вором человек, фигура которого была ей очень знакома. Стараясь успеть следом, она сначала подумала, что это подельник воришки догоняет своего приятеля, но потом вдруг увидела, как парень догнал вора, сбил его с ног, несколько раз ударил кулаком в лицо и забрал сумку. Выглядел он здоровее него, и Богдана почему-то подумала, что сейчас он убежит с её сумкой. Но незнакомец приближался к ней, и скоро она с удивлением спросила:
– Вы?
А вот он, казалось, совсем не был удивлён и оставался невозмутимым.
– Здравствуй! – ответил Лев – вот, возьми сумку.
– Огромное спасибо! Вы буквально спасли меня и сына из лап голодной смерти на ближайший месяц – она пыталась пошутить, но вышло, по всей видимости, плоховато, потому что парень смотрел на неё с хмурым выражением лица.
– Пойдём на скамейку, меня беспокоит твоя нога. Я осмотрю. И перестань мне «выкать».
– Это просто царапины – пыталась протестовать Богдана.
– Нет, и не спорь, ногу нужно осмотреть, мало ли, вдруг где перелом.
– Я бы тогда идти не смогла.
– Ты в шоке просто, это пройдёт.
– У меня и правда сердце в пятки ушло.
Они присели на скамейку, и Лев осторожно и внимательно осмотрел её ногу, спрашивая всякий раз: «Больно? А тут?».
– Ладно, всё хорошо. Пойдём, я провожу тебя домой. Не хватало ещё каких-нибудь приключений на сегодня.
– Да нет, мне тут в детский сад надо, за сыном, здесь недалеко.
– И всё-таки пойдём, провожу хотя бы до сада.
– Спасибо тебе ещё раз огромное! Я уж думала, что плакали мои денежки.
– Аккуратнее надо быть в наше время. Сама же видишь, что вокруг творится. Далеко живёшь?
– Да нет, близко, посёлок же маленький, здесь трудно сказать про то или иное, что оно далеко находится.
– Я здесь сильно ничего не знаю, к Толику вот приехал, он мне обещал посёлок показать, но пока на работе, некогда ему, так что я сам хожу, осматриваюсь.
– Так ты просто гулял, когда у меня пытались сумку отнять?
– Да. Смотрю – парень тебя толкнул и побежал... Я – за ним, так и понял, что сумку вырвал у тебя. Только я тебя со спины не сразу узнал, хотя у тебя редкий цвет волос – ни с кем не перепутаешь.
Она смотрела изредко на его мужественный профиль, суровую, но в то же время красивую складку губ, и думала о том, что же такого скрывает этот красивый, и в то же время, загадочный, парень. Сейчас она уже не могла сравнивать его с Иваном – он спас её деньги, а она уже была готова приготовиться жить на голодном пайке, а заначку потихоньку тратить на еду и нужды сына. Они дошли до детского сада, и Богдана остановилась.
– Ладно, мне пора. Спасибо тебе ещё раз. Как я могу тебя отблагодарить?
Она вдруг испугалась своего вопроса – а ну, как сейчас предложит встретиться, не даром же с таким интересом смотрел на неё на дне рождения Алёны. Но он ответил:
– Благодарности не надо. Могу проводить тебя и сына до дома.
– Н-нет – замялась Богдана – спасибо, но не нужно...
Он, казалось, понимал всё без слов.
– Ладно – кивнул ей – пойду я. Если вдруг кто-то обидит – ты знаешь, куда идти и где меня искать.
– Хорошо! Спасибо тебе ещё раз!
Она, конечно, рассказала Алёне об этой случайной встрече, и та с восторгом заметила:
– Вот видишь, не такой уж он плохой и страшный, как ты говорила! А я, знаешь, стала чаще к Толику ходить с Маринкой, чтобы его увидеть, да только... Он на меня смотрит не как на девушку.
– А как на кого?
– Скорее, как на друга – разочарованно ответила Алёна – наверное, я ему не нравлюсь.
– Ты ещё встретишь своего человека, Алёна. А этот... Чак... он всё же со странностями. Несмотря на то, что спас мои деньги, я всё-таки думаю, что с ним нужно быть осторожнее.
– С ним Толик дружит, а он плохих друзей не заводит.
Богдана уже и забыла про этот случай, просто стала осторожнее, да и Лев скоро вылетел у неё из головы, тем более, захватили её другие заботы – домашние дела, Санька, огород, который они снова посадили и теперь тщательно ухаживали за урожаем.
Богдана даже и не подозревала, что пройдёт какое-то время, и она снова встретится со Львом – Чаком ещё не раз и при совершенно неожиданных обстоятельствах.
Жизнь менялась изо дня в день, приходя из магазина, тётя Маруся разочарованно разводила руками – дефицит многих товаров был очевиден, а то, что ещё лежало на полках магазина, вдруг стало постепенно подниматься в цене.
Богдана же, когда выезжала в город, замечала изменения, которые постепенно происходили в обществе – на улицах вдруг появились две категории людей, которые были отличны от простого народа. Первая категория – люди в грязной, замызганной одежде, с прозрачными бутылками мутной жидкости в руках, в пьяном, расхристанном виде, в рваной обуви. От них за версту несло сивухой и немытыми телами и называли таких простым словом «бомж».
И вторая категория – те, что носили голубые джинсы на мощных, накачанных бёдрах или модные широкие шаровары чёрного цвета и армейские ботинки. Они крутили что-то в руках, и смотрели на мир сквозь чёрные солнцезащитные очки, лениво разжёвывая во рту жвачку, которую начали продавать в магазинах – сплошь в ярких иностранных этикетках.
Такие люди – что первая, что вторая категории – часто сбивались в стайки, и Богдана старалась и тех, и других обходить стороной. Первые чаще всего просили у прохожих денег, суя прямо в лицо свои грязные, чёрные ладони и шамкая беззубыми пьяными ртами, а вторая категория делала недвусмысленные намёки, предлагая «пройтись» или «задружить».
Она чувствовала себя более – менее в безопасности, когда возвращалась в рабочий посёлок, который казался ей обособленным от всего остального мира. Но и тут уже то и дело ползли тревожные слухи о том, что там ограбили кого-то, залезли в дом, там на улице у женщины сумку снова вырвали... Невесёлых происшествий хватало, а участковые менялись, как перчатки, и потому никаких шагов для того, чтобы расследовать то или иное происшествие, не предпринималось.
– Как же мы в таком бардаке дальше жить будем?! – восклицала тётя Маруся – что творится – уму непостижимо. У нас ещё спокойно, а там, ближе к Москве, ох, что делается! Как в таких условиях детей растить?!
Но делать было нечего, приспосабливались - помогал огород, заготовки на зиму, Саньку кормили в детском саду, на комбинате продолжала работать столовая, и Богдана обедала там. Алименты на Саньку продолжали приходить, но сумма становилась всё меньше и меньше. В конце концов она узнала, что Тоня тоже подала на алименты, и теперь сумма делилась уже между двумя детьми.
– Неужели в себя пришла? - восклицала Алёна, услышав это – они все вместе сидели в уютной кухоньке тёти Маруси и пили чай – как-то на неё это не похоже, она же от Ивана млела, как поплывшая свечка! Наверное, он так и не женился на ней, вот она и решила его наказать таким образом!
Богдане и самой было интересно, чего это вдруг Тоня сподобилась пойти против Ивана, но выяснить это было не у кого. Да и встречаться ни с кем из посёлка не хотелось – так ей было спокойнее.
Зима в этом году была снежная и вьюжная, заметало так, что иногда с ног валило, Богдана старалась бегом добежать до детского сада, а потом они так же бегом бежали домой.
Начались перебои со светом – его отключали всё чаще, и тогда они вдвоём шли к тёте Марусе – так им было нескучно, сидели у печурки, глядя на языки пламени сквозь щель в дверце, а на столе оплывала свеча, отбрасывая длинную тень на стены домика. Богдана прижимала к себе сына, утыкалась ему в макушку и думала о том, что сейчас, несмотря ни на что, она счастлива.
В очень тяжёлый период входила страна – ни в чём не было порядка, царствовал разгул безнаказанности и свободы даже в том, в чём этого не должно было быть. Сменялись руководители на местах, сменялись те, кто с высоких трибун, потрясая руками с пальчиками-сосисками, унизанными золотыми перстнями, обещали людям выход из кризиса и хорошую жизнь простому народу, да только вот в жизнь этого народа так и не приходил просвет.
Самое необходимое теперь можно было купить на рынке по бешеным ценам – Богдана как могла, выкраивала деньги на мясо и курицу, да ещё помогала знакомая тёти Маруси, которая работала до пенсии где-то на снабженческих складах – через неё иногда можно было достать что-то необходимое, и Богдана с тётей Марусей старались выкроить деньги, чтобы совсем уж не сидеть без мяса, и другого нужного.
Рабочий день снова сократили до четырёх в неделю, и наконец сбылись самые худшие предчувствия – как-то раз руководством было объявлено, что платить сотрудникам зарплату нечем, и она будет выдана продуктами. Получив крупы, сахар, соль и худосочных кур, Богдана принесла всё это в дом, поставила на стол сумки и села рядом, сказав тихо:
– Что же дальше будет, тётя Маруся?
– Богдана девочка, ну... не переживай, как-нибудь выкрутимся. У меня какие-никакие сбережения имеются, у тебя тоже... Проживём, втроём-то нам не страшно.
Она улыбнулась ободряюще, и уже в который раз Богдана подумала о том, что это просто подарок судьбы – повстречать в жизни вот такого человека. Что бы она делала сейчас без тёти Маруси – она не знала.
Приходящие многочисленные соседки рассказывали тёте Марусе, что в городе появились какие-то группировки – сбиваются в стаи, когда и магазин могут обворовать, когда кого на улице грабят, а милиция поделать ничего не может. Называют себя эти группировки по-разному, и иногда дерутся не на жизнь, а на смерть в городском парке. А могут и на улице остановить и избить «чужака» – представителя другой группировки. Ещё рассказывали, что на рынках появились какие-то «смотрящие», собирающие дань с торговцев за то, что торгуют. А ещё – что прямо на улицах крадут молодых девчонок, усаживают в машину и увозят в неизвестном направлении. После этих рассказов тётя Маруся всегда боялась за Богдану. А та стала носить с собой острую бритвочку и нож – если что, сможет отбиться, даже не совсем умея владеть всем этим.
Однажды на работе Ольга, бригадир, оставила всех после смены. По её хмурому лицу сразу стало понятно – хочет сообщить что-то совсем нерадостное.
– Ребята – она наконец смогла прервать молчание – в бригаде нашей, как и в других, сокращение будет. Нечем зарплату платить, да и сами видите – работы совсем мало, как бы вовсе комбинат не закрыли и нас всех на все четыре стороны не отправили. Видите же, что творится... Я всеми силами пыталась воевать за нашу бригаду, но... бесполезно. Сказали вполовину урезать количество сотрудников. Те, кого сейчас назову – не обижайтесь, ничего личного, я все кандидатуры рассматривала под микроскопом. Конечно, самое большое значение имеет наличие маленьких детей... И потом – это ещё согласовать надо будет.
Она зачитала список, и Богдана с облегчением вздохнула – так хоть какая-то работа у неё будет, а там... там всё может и поменяться.
Конечно, те, кто вошли в этот список, были огорчены и пытались отстоять своё право на работу, но Ольга ничем не могла им помочь – ей поступили указания, и она их выполняла.
Встретившись с Алёной, Богдана узнала, что той тоже повезло – она осталась работать у себя в цехе. Но подруги крепко задумались – в такое непростое переменчивое время нужно было подумать о том, что необходима какая-то подработка.
Ночь, как и многие предыдущие, была почти бессонной. Вообще, в последнее время Богдана очень тревожно спала, то и дело просыпалась, а потом засыпала снова, а утром вставала с тяжёлой головой. То ли сказывались все навалившиеся проблемы, то ли что-то не давало ей спокойно спать – было непонятно.
Вот и в этот раз – лежала, думая о том, куда бы ещё устроиться в свободные дни, чтобы подработать. Работали они четырёхдневкой, пятница оставалась свободной, и Богдана всё размышляла – как бы увеличить свои скудные запасы денег. Куда пойти и что делать?
На улице в эту ночь был ветер, такой, что аж в трубе завывало. Сквозь шум ветра Богдане показалось, что кто-то ходит по двору, но она решила, что ей уже кажется от недосыпа. Чувствуя, как веки закрываются под тяжестью сна, она вдруг ясно услышала, как совсем близко, на веранде, разбилось со звонким треском окно. Испуганно вздрогнув, проснулся Санька, но Богдана, подойдя к его кроватке, осторожно зажала ему рот рукой, и приложила палец к губам. Ребёнок кивнул, и Богдана быстро встала и шёпотом сказала ему одеться, когда он сделал это, подтолкнула его под кровать, велела сидеть здесь тихо, не плакать и не бояться. Сама же, тоже одевшись, засунула в карман кофты нож и бритвочку и неслышно ступая, бросилась в сторону входа в дом тёти Маруси.
Продолжение здесь
Спасибо за то, что Вы рядом со мной и моими героями! Остаюсь всегда Ваша. Муза на Парнасе.
Девчонки, хотите от души посмеяться и заодно поверить в чудо? Почитайте историю про Тамару. В жизни она – такая же юморная, как в рассказе. В 50 лет она решила: хватит быть одной. И началось… финал, который растопит любое сердце. Рассказ лёгкий, смешной и очень тёплый. Свидания в 50: честный дневник безумной женщины.
Ссылка на канал в Телеграм:
Присоединяйся к каналу в МАХ по ссылке: https://max.ru/ch_61e4126bcc38204c97282034
Все текстовые (и не только), материалы, являются собственностью владельца канала «Муза на Парнасе. Интересные истории». Копирование и распространение материалов, а также любое их использование без разрешения автора запрещено. Также запрещено и коммерческое использование данных материалов. Авторские права на все произведения подтверждены платформой проза.ру.