Глава 39
Роддом встретил их стерильной тишиной и запахом лекарств.
Анну сразу увели в предродовую палату, а Дима остался в коридоре, переминаясь с ноги на ногу и чувствуя себя абсолютно беспомощным. Мама суетилась рядом, пыталась его успокоить, но он не слышал ни слова.
— Дима, — мама взяла его за руку, — с ней всё будет хорошо. Роды — это естественно.
— Я знаю, — ответил он, но голос дрожал. — Я просто... я никогда так не боялся.
— Это потому что ты любишь, — сказала мама. — Любовь всегда со страхом.
Через полчаса пришла медсестра и сказала, что Анна просит его зайти. Дима рванул так, будто за ним гнались.
В палате было светло и как-то по-домашнему уютно — видимо, платное отделение старалось создать атмосферу. Анна лежала на кровати, бледная, но улыбающаяся. Рядом стоял монитор, на котором бежала кривая сердцебиения малыша.
— Привет, — выдохнула она. — Испугался?
— Ужасно, — честно признался он, подходя и беря её за руку. — А ты как?
— Нормально. Пока терпимо. Врач сказал, что первый период может быть долгим.
— Я с тобой, — сказал он, садясь рядом. — Всё время буду с тобой.
Схватки нарастали постепенно. Сначала Анна ещё могла разговаривать, шутить, даже смеялась над тем, как Дима суетится вокруг неё. Но потом боль стала сильнее, и шутки прекратились.
— Дыши, — напоминал он, гладя её по спине. — Как учили. Вдох-выдох.
Она дышала, сжимая его руку так, что кости хрустели. Но не жаловалась. Ни разу.
— Ты у меня сильная, — шептал он. — Самая сильная.
— Я устала, — прошептала она между схватками.
— Знаю, родная. Но осталось немного.
Время потеряло смысл. Часы тянулись бесконечно, и в то же время пролетали мгновенно. Дима считал схватки, подавал воду, вытирал пот с её лица, говорил какие-то глупости, лишь бы отвлечь.
— А помнишь, как мы встретились в библиотеке? — спросил он вдруг. — Ты искала книгу по архитектуре, а я рисовал тебя.
— Помню, — улыбнулась она сквозь боль. — Ты был такой... наглый.
— Я был влюблённый, — поправил он. — С первого взгляда.
— Врёшь.
— Не вру. Я тогда ещё не знал, что это любовь. Но когда ты ушла, я полчаса сидел и смотрел на дверь.
Анна рассмеялась и тут же застонала от новой схватки.
— Не смеши меня, — простонала она. — Больно.
— Прости, прости.
Пришёл врач, посмотрел, сказал, что пора. Анну начали готовить к самому главному.
— Дима, — она сжала его руку. — Не уходи.
— Я здесь. Я никуда не уйду.
Роды — это было самое страшное и самое прекрасное, что Дима видел в жизни. Он держал Анну за руку, вытирал её слёзы, шептал слова любви и молился всем богам, в которых никогда не верил.
— Тужься, — командовал врач. — Ещё, ещё!
Анна кричала, и от этих криков у него разрывалось сердце. Но он не мог ничем помочь, только быть рядом.
— Я люблю тебя, — шептал он. — Я люблю тебя, Аня. Ты справишься. Мы справимся.
И вдруг — крик. Тоненький, отчаянный, самый прекрасный звук на свете.
— Молодец, мамочка, — сказал врач. — Девочка. Здоровая, крепкая девочка.
Анна упала на подушку, обессиленная, но счастливая. Дима смотрел, как малышку забирают, обтирают, пеленают, и не верил своим глазам.
— Девочка, — прошептал он. — У нас девочка.
— Маша, — выдохнула Анна. — Наша Маша.
Им принесли крошечный свёрток. Дима взял его впервые в жизни — осторожно, боясь дышать. Из свёртка выглядывало сморщенное красное личико с закрытыми глазками.
— Привет, Маша, — сказал он тихо. — Я твой папа.
Маленький кулачок высунулся из пелёнки и схватил его палец. Дима замер, чувствуя, как по щекам текут слёзы.
— Она держит меня, — прошептал он. — Аня, она держит меня за палец.
— Она знает, что ты её папа, — улыбнулась Анна. — С самого начала знала.
Он присел на край кровати, держа дочку на руках, глядя на жену, и чувствовал, что сердце сейчас разорвётся от счастья.
— Спасибо тебе, — сказал он. — За всё. За неё. За нас.
— Это ты спасибо, — ответила Анна. — Что ждал. Что нашёл. Что построил этот дом для нас.
Они смотрели на крошечную Машу, и мир вокруг перестал существовать. Был только этот момент — момент рождения их семьи, их любви, их будущего.
Через час, когда Анну перевели в палату, пришла мама. Увидела внучку — и расплакалась.
— Машенька, — шептала она, гладя крошечную ручку. — Моя внученька.
— Мам, познакомься, — улыбнулась Анна. — Это Маша.
— Красавица, — мама вытирала слёзы. — В тебя, дочка.
— В нас обоих, — ответила Анна, глядя на Диму.
Вечером, когда все ушли и остались только они втроём, Анна кормила Машу грудью, а Дима сидел рядом и смотрел на них.
— О чём думаешь? — спросила она.
— О том, что теперь я отвечаю за двоих женщин, — улыбнулся он. — За тебя и за неё.
— Справишься?
— Справлюсь, — уверенно сказал он. — Вы моё всё.
Маша, наевшись, уснула. Анна переложила её в кроватку, и они долго стояли рядом, глядя на спящую дочку.
— Дима, — сказала Анна. — Мы сделали это.
— Мы сделали, — согласился он. — Самую главную работу в жизни.
Подписывайтесь на дзен-канал Реальная любовь и не забудьте поставить лайк))
А также приглашаю вас в мой Канал МАХ