— Марина, ты опять морковь на крупной терке трешь?
— Здравствуйте, Галина Ивановна. Да, Артему так больше нравится.
— Артему? Артем с детства не выносит вареную морковь кусками. Она же в супе будет как бревна плавать. Дай сюда, я перетру.
— Не нужно, я справлюсь. И это не для супа, а для зажарки. Она размягчится.
— Зажарка... Ох, Марина. Масло-то хоть оливковое взяла? Артему нельзя жирное, у него со школы изжога. Ты же знаешь?
— Знаю. Я использую минимум масла, на антипригарной сковороде.
— «Антипригарная» — это химия одна. Вот у меня чугунная, от мамы еще досталась, — вещь! А это... игрушки. Ты бульон-то процедила?
— Зачем? Я снимала пену, он прозрачный.
— Снимала она... Там же костная пыль остается! Всегда нужно через марлю. В два слоя. Дай-ка посмотрю... Господи, Марина, ты что, туда целую луковицу кинула? С шелухой?!
— Это для цвета, Галина Ивановна. Так во всех рецептах пишут.
— «В рецептах»... В интернете твоем пишут? Там и не такое напишут. Моя свекровь, Царствие ей небесное, говорила: лук должен быть резаный, мелкий, чтоб его и видно не было. Артем лук не ест.
— Он ест его в моем исполнении.
— Он просто тебя обидеть не хочет. Мальчик у меня деликатный. Кстати, почему у вас в холодильнике шампанское стоит? Посреди недели?
— Вчера был вторник. У нас была маленькая годовщина — полгода со свадьбы.
— Полгода... Великое событие. А посуду помыть после «события» сил не хватило? В раковине три бокала.
— Третий — Лизы, она заходила поздравить. Я помою сразу после обеда.
— Лиза... Эта твоя подруга, которая в разводе? Марина, я тебе сто раз говорила: не пускай в дом разведенок. У них аура тяжелая. Еще не дай бог на Артема глаз положит.
— Галина Ивановна, Лиза крестная нашей будущей собаки. Какая аура?
— Собаки? Вы решили завести собаку? В однокомнатной квартире?
— Мы пока просто обсуждаем.
— Обсуждают они... А шерсть? А гулять кто будет? Артем на двух работах, ты в своем компьютере целыми днями. Бедное животное будет выть, соседи жаловаться начнут. Нет, Марина, пока я жива — никакой собаки.
— Галина Ивановна, при всем уважении, это наша квартира.
— Ваша? А деньги на первый взнос кто давал? Напомнить?
— Мы помним и очень благодарны. Но это не дает вам права выбирать нам домашних животных.
— Вот она, современная благодарность! Я им — всё, а мне — «не ваше дело». Ты и суп этот так же варишь: тяп-ляп, лишь бы отвязаться. Соли-то, соли сколько бухнула!
— Я еще не солила.
— Не солила? А почему он такой соленый? Я попробовала с ложки.
— Вы попробовали из кастрюли? Моей ложкой?
— Своей ложкой! У меня всегда с собой в сумочке чистая, я же знаю, как вы тут... хозяйничаете. Так почему он соленый?
— Наверное, потому что вы пять минут назад в него что-то подсыпали, пока я за полотенцем ходила? Я видела отражение в духовке, Галина Ивановна.
— Я... я просто хотела помочь! Сбалансировать вкус. Ты же совсем не чувствуешь специй.
— Положите ложку на стол.
— Что? Ты как со мной разговариваешь?
— Положите. Ложку. На стол. И идите в комнату. Сейчас придет Артем, и мы будем обедать.
— Я не буду это есть! Это отрава! Ты специально меня провоцируешь, чтобы я ушла!
— Я просто хочу сварить суп. Сама.
— Вари! Вари свои «бревна»! Только не плачь потом, когда он попросит меня приготовить ему нормальные домашние щи.
— Галина Ивановна?
— Что еще?
— Дверь в комнату закройте, пожалуйста. Сквозняк.
***
— Марина, ты слышишь? Ключ в замке повернулся! — Галина Ивановна мгновенно преобразилась, ее голос стал тише и резче. — Быстро, встань так, чтобы свет от вытяжки падал тебе на лицо. Лицо сделай несчастное, как будто ты сейчас разрыдаешься.
— Я и так сейчас разрыдаюсь, — прошептала Марина, поправляя фартук. — У меня от этой зажарки глаза щиплет.
— Идеально! Артем, заходи, дорогой! Мы тут с Мариночкой как раз обед довариваем... То есть она варит, а я... ну, как могу, помогаю.
Дверь на кухню распахнулась. Артем замер на пороге, переводя взгляд с кипящей кастрюли на жену и мать.
— Опять? — выдохнул он, доставая из кармана телефон. — Мам, ну мы же договаривались.
— Артем, — Марина всхлипнула (на этот раз почти натурально), — Галина Ивановна просто сказала, что мой суп — это «помои для скота». И что я специально хочу тебя отравить...
— Я такого не говорила! — Галина Ивановна картинно прижала руку к сердцу. — Я сказала «недостаточно наваристо для мужчины в расцвете сил»! Артем, сними это! Сними, как она на меня смотрит!
Артем нажал кнопку на экране.
— Снято! — выкрикнул он. — Девчонки, это был лучший дубль за неделю. Марина, слеза в конце — просто Оскар. Мам, фраза про «костную пыль» из прошлой части — это вообще разрыв, в комментариях под видео до сих пор драка идет.
— Да? — Галина Ивановна мгновенно расслабилась и заглянула в телефон сына. — Сколько просмотров у последней серии нашей «Кухонной драмы»?
— Уже сто пятьдесят тысяч за два часа, — Артем довольно потер руки. — Рекламодатели в личку стучатся. Марин, тот бренд кастрюль готов платить двойной тариф, если в следующей серии мама одну из них об пол грохнет.
— Не мою любимую! — Марина выключила плиту. — Возьмем ту, старую, со сколом. Галина Ивановна, вы были великолепны. Но с солью вы реально переборщили, я видела, как вы туда вторую ложку сыпанули, пока я «в отражение духовки» смотрела.
— Для искусства ничего не жалко, деточка, — свекровь весело подмигнула. — Артем, а что там с комментариями? Меня уже все прокляли?
— О-о-о, там тебя ненавидят всем интернетом, мам. Пишут: «Беги, Марина, от этой мегеры!».
— Чудно, — Галина Ивановна довольно поправила прическу. — Значит, вечером заказываем суши? А то этот суп есть действительно невозможно, я туда еще и соды бахнула для эффекта пузырьков.
✅ Если понравился рассказ, то подпишитесь, пожалуйста. 🙏 Впереди Вас ждут ежедневно новые интересные рассказы.
Если не затруднит, то поставьте пожалуйста ❤️. А комментарий вообще осчастливит 💬.
Ваша поддержка очень нужна новому каналу 😊