-У меня есть все причины тебя ненавидеть!
Леля и Наташа стояли друг напротив друга в квартире, которая пять дней назад перестала быть их домом. И хотя Леля через полгода официально станет хозяйкой этой квартиры, дома их детства она все равно не получит. Он умер вместе с мамой. Теперь это только оболочка без души, без смеха, без радости. Мёртвые стены, внутри которые мёртвые шкафы с мертвой посудой, безликой холодной одеждой, из которой со временем окончательно выветрится ни с чем не сравнимый запах мамы.
И даже понимая это, Наташа с ненавистью смотрела на сестру, которая отвечала ей тем же. А ведь она получила все и благородно сказала минуту назад: «Можешь забрать о сюда все, что хочешь. На память»
-Я не виновата, что она решила оставить квартиру мне, - без тени сожаления выплюнула Леля. – И ты, между прочим, согласилась сама.
-А у меня был выбор? – с горечью парировала Наташа.
Мама позвала ее к себе где-то месяц назад. Отослала Лельку из дома под выдуманным предлогом. Чтобы поговорить с глазу на глаз.
-Наташ, - маме оставался жить один месяц, но тогда у нас еще была надежда. У Наташи была надежда. Она искала в Москве врачей, а Лелька на всякий случай купила на вещевом рынке «смертное». Недорогую темную юбку и кофту на пуговицах. Показала «обновки» сразу, как Наташа прилетела. Та закричала, хотела выкинуть. Леля не дала. «Ты не понимаешь. Она уходит. Как день уходит по чуть-чуть. Я просто принимаю неизбежное». По мнению, Наташи, неизбежной должна быть победа над болезнью. Мама ведь еще не старая. Шестьдесят шесть. В когда куплено «смертное», это уже поражение. Наташа никогда не проигрывала. До этого момента. – Наташа, - маме было трудно говорить, но еще сложнее подобрать слова. Когда Наташа догадалась, что она хочет сказать, не стала ей помогать. Из злости. Из вредности. – Наташа, прежде всего, не забывай – вы с Лелей самые близкие люди на свете. Только вы есть друг у друга. Особенно потом, - потом, когда ее не станет. Это она хотела добавить. – У тебя, Наташа, все хорошо – квартира, муж. Я за тебя спокойна. А Лелька, - ну, конечно, Лелька всегда была самая несчастная. Слабая. - Она непутевая. Ничего не нажила. Мне за нее страшно.
Наташа слушала молча. Под левой маминой рукой лежала папка с документами. Мама пододвинула ее к дочери только после того, как высказалась. Но Наташа еще раньше догадалась, что там. Отказ от наследства.
-Мне будет спокойно уходить, если я буду знать, что она хоть как-то устроена. Пусть ей останется квартира. Ты не обижаешься? Мне кажется, так будет справедливо. Честно. Ты знаешь, как я люблю вас обеих.
Справедливо или спокойно? Уйти с чистой совестью. И оставить старшую дочь с открытой раной, не оказав первую помощь. Ведь это не про квартиру. Это про ее любовь, которую они с Лелькой с детства не могли поделиться.
-Конечно, мам без проблем, - ответила Наташа как можно равнодушнее. И поставила подпись на отказе. – У меня и правда все хорошо. Ты права. Я справлюсь.
И вот спустя пять дней после смерти мамы и два дня после похорон сестра благородно позволяет взять все, что Наташе вздумается. Она уже знает про дарственную и отказ от наследства. Она не удивилась. Как будто, так и надо. И даже «» не сказала.
Потому что это не про квартиру. Это про любовь матери.
-Я заберу ее старые письма. Больше мне ничего не надо, - завтра с утра у Наташи был самолёт. Ей не терпелось покинуть место, напоминавшее о боли. Сестре представлю в этой боли остаться.
-Конечно, письма, - взвилась Лелька, хотя сама предложила брать, что хочет. – Какая ты правильная, Наташенька. Какая хорошая. Мама никогда нас не сравнивала, но я всегда знала, что она любила больше тебя!
Наташа почувствовала, как ее удар ли в солнечное сплетение. Но устояла.
-Но квартиру она оставила тебе.
-Это пощечина. Как последнее доказательства во ее полного разочарования во мне, - Лелька больше не кричала. Она плакала.
Наташа захотела ее обнять, но та выставила руку, отгораживаясь.
-Может, у тебя и сложилось все хорошо, потому что она всегда в тебя верила. А меня жалела. Но она могла меня жалеть. А ты – не смей.
Утром Наташа ушла из дома, не попрощавшись с сестрой. Мама была права: она сильная, она справиться. Через месяц развод. Муж благородно оставил ей квартиру. Но это было не про любовь – это были откупные за Нелюбовь.
Телеграм "С укропом на зубах"