Собака не могла быть одна. Все, кто знал Ларьковых, это понимали.
Тузик всегда был с семьёй. Если он лает и не замолкает третьи сутки подряд, значит, Константина, Инны и маленькой Арины нет. А раз нет — значит, что-то пошло не так.
Соседи открыли калитку. Пёс был один.
Семья, которая строила жизнь заново
Посёлок Орджоникидзе под Феодосией. Садовое товарищество «Волна».
Здесь, на участке за зелёным забором, работал небольшой пансионат. Скромная гостиница принимала отдыхающих в сезон, в остальное время — тишина, море неподалёку, привычный быт.
Инна Ходырева и Константин Ларьков вели этот пансионат вместе. По одним данным, семья переехала с Донбасса и начала в Крыму новую жизнь. По другим — гостиница досталась Инне от родителей, и она жила здесь с детства. Председатель садового товарищества вспоминал: «Инну я ещё девочкой помню. Пансионат её родителям принадлежал. Потом она стала хозяйкой».
Как бы то ни было, соседи и знакомые говорили об одном и том же: дружная пара, работают вместе, помогают друг другу, не ссорятся. Четырёхлетняя Арина ходила в детский сад. Заведующая отзывалась о семье просто и тепло: «Хорошая, положительная семья. Ребёнок умненький, ухоженный».
Ранним утром 23 февраля
Пятница. Праздничный день. Около пяти утра.
Видеокамера с соседнего дома зафиксировала момент чётко: Константин, Инна и Арина сели в свой Chevrolet Lanos и уехали. Вели себя спокойно. Судя по всему, знали, куда едут.
Больше их никто не видел.
В детском саду хватились не сразу — впереди были выходные. Когда в понедельник Арина не появилась, воспитательница позвонила на мобильный. Шла переадресация. Вечером пришёл участковый.
Родственники и друзья не понимали, что происходит. Долгов у семьи не было. Никаких конфликтов, никаких тревожных сигналов. Версию о том, что Ларьковы могли сами уехать и «начать жизнь заново», близкие отметали сразу: «Это были люди такие — просто хорошие люди. У нас в доме собрался штаб. Все друзья съезжались, все хотели помочь».
Поиски
Волонтёры прочёсывали окрестности Феодосии, осматривали ущелья, обочины дорог. Машина могла попасть в ДТП — но никаких следов. Правоохранители отследили автомобиль по камерам: последний раз Chevrolet Lanos был зафиксирован в Керчи, в ста километрах от дома. Это было в тот же день, 23 февраля.
Дальше — ничего.
Поиски расширили. Запросили вертолёт МЧС. Масштабные мероприятия продолжались почти две недели — без результата.
Родственники, как это часто бывает в такие минуты, обращались к экстрасенсам. «Было много интересных подсказок, которые оказались все не в ту степь», — рассказывал кто-то из близких. Ни один из «советов» не приблизил к истине.
Поворот, который всё изменил
Примерно через неделю после исчезновения семьи правоохранители установили важный факт: из сейфа Ларьковых пропала крупная сумма денег.
А затем — ещё одна деталь. Телефон Константина, отключённый с 23 февраля, внезапно появился в сети. Не где-нибудь — на территории Керченской исправительной колонии.
Проверив последние звонки с номера Константина, следователи обратили внимание на один контакт: SIM-карта была зарегистрирована ни на кого.
Незадолго до исчезновения Константин просматривал объявления о продаже автомобилей. Семья хотела продать свой старенький Chevrolet и купить что-то получше.
Автомобиль нашли на дне
7 марта 2018 года был задержан житель Керчи. Официально Следственный комитет сообщал: автомобиль обнаружили после указания подозреваемого. Водолазы нашли машину в заливе, в районе завода «Залив», в десяти метрах от берега, на глубине двух с половиной метров.
В салоне находились тела всех троих.
Кем был задержанный
Самар — сотрудник той самой исправительной колонии в Керчи, отвечавший за хранение оружия. Его характеризовали на работе как скромного и исполнительного человека.
За фасадом скрывалась другая история. Азартные игры, ставки, долги — сначала банковские кредиты, потом микрозаймы. Следствие установило: с 2016 по 2018 год он неоднократно размещал в интернете объявления о продаже личных вещей, брал предоплату и исчезал. Но то были небольшие суммы.
На этот раз он решил сыграть по-крупному.
Самар разместил объявление о продаже несуществующего автомобиля — оценил его в 400 тысяч рублей. Созвонился с Константином, предложил встретиться и обменяться машинами с доплатой в 250 тысяч. По имеющимся данным, заранее предупредил: деньги лучше взять наличными, с банкоматами в Керчи бывают проблемы.
На встречу Константин приехал с женой и четырёхлетней дочерью.
Официальная версия произошедшего
По материалам дела и показаниям самого задержанного, события развивались так.
Встреча состоялась во дворе дома на улице Мирошника в Керчи. Самар предложил проехать посмотреть «свой» автомобиль и сел на переднее сиденье. По дороге, в районе завода «Залив», он попросил остановить машину, сославшись на недомогание.
Когда автомобиль остановился, он достал табельный пистолет Макарова и потребовал деньги.
Дальнейшее восстановить в точности уже невозможно. Прозвучало восемь выстрелов. Деньги из сейфа Ларьковых Самар впоследствии частично потратил на погашение долгов.
Затем он подогнал автомобиль к берегу, поставил передачу и закрыл дверь. На его глазах машина медленно ушла под воду. На допросе он подтвердил: понимал, что в машине находится ребёнок. Сказал, что пошёл на это сознательно.
По некоторым данным, Инна успела нажать кнопку вызова полиции. Оператор услышал лишь детский плач.
Что вскрылось в суде
Задержанный поначалу написал явку с повинной. Летом 2019 года, уже в ходе судебных заседаний, он изменил показания: заявил, что был не один, что выстрелы сделал некий «Григорий», которому он сам задолжал и которому не мог отказать.
Следствие проверило эту версию. Никакого Григория найти не удалось.
30 июля 2019 года Верховный суд Республики Крым вынес приговор: пожизненное лишение свободы.
Знакомые семьи говорили, что в зале суда осуждённый не выглядел человеком, который о чём-то сожалеет. «У него не было ни грамма чувства вины. У него были пустые глаза — просто пустые глаза».
Реакция близких и города
Узнав о произошедшем, жители Керчи съехались к месту трагедии. Несли цветы, игрушки, зажигали свечи.
В детском саду долго не могли успокоить подружку Арины. Девочка всё спрашивала: «А где Арина? Что с ней произошло?»
Отец осуждённого, по словам очевидцев, пришёл к сыну, посмотрел ему в глаза и сказал: «Ты мне не сын после этого». Развернулся и ушёл. Мать до последнего настаивала на невиновности сына: ссылалась на отсутствие крови на одежде и отпечатков на пистолете.
Дед Арины — отец Инны — к тому моменту уже пережил смерть жены, сгоревшей от онкологии. Он передал пансионат дочери и зятю. Теперь не стало и их, и внучки.
Что осталось
Ларьковых похоронили 12 марта. Две могилы: Константин — в одной, Инна и Арина — в другой.
Осуждённый отбывает пожизненный срок в исправительной колонии в Якутии.
На его странице в социальных сетях когда-то была подпись: «А твоя совесть в курсе, чем ты занимаешься?»
