Ну что, братишка -читатель, добрались до девятой части, а это значит, что проходной марафон близится к финишу. Восемь выпусков перебирали проходных бродяг от теплых морей до ледовитого севера, от осетровых монстров до мелкой тарани. Но осталась еще одна компания, которая ютится в реках Дальнего Востока, на стыке Сибири и Тихого океана. Там, где Амур разливается на сотни километров, где реки Камчатки кипят лососем, а в водах Приморья можно встретить такую экзотику, что ихтиологи до сих пор спорят, к какому виду ее приписать. Это девятая часть — про кунджу, амурского осетра, калугу, проходного налима и тех, кто остался за кадром.
Начнем с кунджи. Это родственница гольца и мальмы, о которых мы уже говорили, но кунджа — отдельная песня. Водится она в Охотском и Японском морях, а на нерест заходит в реки Сахалина, Курил, Камчатки, а также в материковые реки Приморья. Внешне — торпеда с мелкой чешуей, серебристая, в крапинку, пасть зубастая, характер — отмороженный. Кунджа, в отличие от многих лососей, не умирает после нереста. Она отнерестилась, скатилась в море, отъелась и через год снова прет в ту же реку. Местные говорят: кунджа — это хулиган с памятью слона. Она помнит свой ручей до последнего поворота и находит его даже после того, как отмахала сотни километров в океане. Идет она в реку не только метать икру, но и жрать. В отличие от горбуши, которая в пресной воде голодает, кунджа продолжает охотиться на малька, на икру других лососей, да и вообще на всё, что шевелится. Поэтому в реках, куда заходит кунджа, местные рыбаки сетей не ставят — порвет, и не поморщится. А мясо у нее жирное, розовое, и если закоптить, то получится такое лакомство, что из Москвы специально приезжают.
Теперь сима. Про нее мы уже в пятой части говорили, но она достойна повторения, потому что сима — это единственный тихоокеанский лосось, который массово заходит в реки Приморья и Амура, не поднимаясь до Камчатки. Ее ареал — Японское море, юг Охотского, и на нерест она прет в реки от Кореи до Сахалина. Сима — рыба не крупная, килограмма на два-три, но настолько красивая, что ее называют «жемчужным лососем». В период нереста она покрывается розовыми и малиновыми пятнами, становится похожей на оживший драгоценный камень. И характер у нее соответствующий: капризная, не идет в мутную воду, требует чистоты и кислорода. Поэтому там, где сима еще водится, вода почти питьевая.
А теперь переходим к тяжеловесам, которые делают честь Амуру. Это калуга и амурский осетр. Калуга — это, мать ее, речной монстр, который может весить больше тонны и достигать длины пяти метров. Да-да, ты не ослышался. Калуга — проходная рыба, которая живет в Амурском лимане и Охотском море, а на нерест заходит в Амур и его крупные притоки. Идет она вверх по реке на сотни километров, выбирая места с быстрым течением и галечным дном. Это не просто рыба, это живой бронепоезд. Местные нанайцы и удэгейцы рассказывают легенды о том, как калуга переворачивала лодки, рвала сети, сделанные из конского волоса, и уходила, оставляя рыбаков без улова. Сейчас, конечно, таких гигантов почти не осталось — браконьеры и плотины сделали свое дело, но калуга до сих пор водится в низовьях Амура, и каждый выловленный экземпляр — это событие.
Рядом с калугой плавает амурский осетр. Это родственник русского осетра, но с азиатским характером. Он тоже проходной: живет в Амурском лимане и Охотском море, а на нерест заходит в Амур. Поднимается высоко, до самой китайской границы, и мечет икру на каменистых перекатах. Амурский осетр помельче калуги, но все равно может весить под центнер. И его черная икра считается деликатесом, хотя из-за браконьерства его популяция сейчас под охраной.
Есть еще одна рыба, которую мы в предыдущих частях не затронули, а зря. Это проходной налим. Да-да, тот самый налим, которого все считают исключительно речным жителем. Но в сибирских реках, впадающих в Северный Ледовитый океан, есть проходная форма налима, которая живет в прибрежных солоноватых водах, а на нерест заходит в реки. Идет она зимой, под лед, когда вся остальная рыба спит. Местные ненцы и якуты знают: если в проруби клюнул налим — значит, он пришел из моря и скоро пойдет массово. Налим — рыба неказистая, скользкая, с усиками, как у сома-недоросля, но печень у него — деликатес, и уха из налима считается лучшей на Севере.
И последний в этом выпуске — проходной хариус. Мы его уже упоминали в пятой части, но без подробностей. Проходной хариус обитает в прибрежных водах Карского, Баренцева морей и в Байдарацкой губе, а на нерест заходит в реки Ямала, Таймыра, Новой Земли. От речного собрата он отличается размером: может вымахать до двух килограммов, и спинной плавник у него выше и ярче, как парус. Идет он в реку в конце лета, поднимается высоко, до самых истоков, и мечет икру на перекатах. Местные говорят: хариус — это бабочка среди рыб, потому что его плавник переливается всеми цветами радуги. Но характер у него, как у бойца: на удочку берет жадно, сопротивляется отчаянно.
И вот тут самое время для байки, без которой девятая часть была бы неполной. Рассказывают на Амуре. Приехала экспедиция из Хабаровска изучать калугу. Местный старик-нанаец, которого взяли проводником, предупредил ученых: «Калугу не трогайте, если она большая. Она умная. Она помнит, кто ее обидел». Ученые засмеялись. Поставили сети, выловили небольшую калугу килограммов на тридцать, пометили датчиком и отпустили. Через неделю ставят сети на том же месте — и попадается та же калуга, с датчиком. Опять отпустили. Через месяц ловят ее снова. И тут один из ученых говорит: «Слушайте, она что, специально в сети лезет?» Нанаец, который сидел на берегу и курил трубку, сплюнул и говорит: «Я же говорил. Она проверяет, кто здесь хозяин. Она проходная, ей по этой реке всю жизнь ходить. Ей надо знать, кто ставит сети, а кто нет. Запомнит ваши рожи и будет обходить вас за километр». Ученые тогда установили на калугу спутниковый передатчик и следили за ней. И что ты думаешь? Калуга действительно обходила те места, где ловили ее ученые, и спокойно ходила там, где сетей не было. Вот такая она, проходная рыба — у нее не только инстинкт, но и память долбаная.
Так вот, в девятой части мы с тобой добавили кунджу, симу, амурского осетра, калугу, проходного налима и проходного хариуса. Это те, кто выбрал своим домом самый дикий край — от Амура до Чукотки, от Сахалина до Ямала. В десятой, финальной части, мы подведем итог всему нашему проходному циклу, соберем всех в одну кучу, пересчитаем и поговорим о том, что с этим знанием делать, если ты собрался на рыбалку от Дуная до Чукотки. А пока запомни: если ты на Амуре увидишь старика, который смотрит на воду с таким уважением, будто перед ним живое божество — знай, он видел калугу. И он знает, что проходная рыба не прощает неуважения.