МУЗЕЙ АНДЕГРАУНДА
Прогуливаясь вечером по улицам Екатеринбурга, решили заглянуть в музей андеграунда (так называют неофициальное искусство, противостоящее массовой культуре, мейнстриму). Меня привлёк тот факт, что здесь недавно появился зал, посвящённый знаменитому Свердловскому рок-клубу, из которого вышли "Наутилус Помпилиус", Настя Полева, "Агата Кристи", "Чайф" - исполнители, наполнявшие музыкой времена моей молодости. Однако добрался я до этого зала нескоро. Музей оказался очень большим, с десятками помещений, сотнями картин, распределенными по направлениям советского и российского андеграунда. Тут есть произведения мировых знаменитостей вроде Неизвестного и Шемякина, знаменитостей отечественных как "Митьки", но большинство имён ничего не говорят обычному посетителю, подобному мне. Впечатления и эмоции от картин неоднозначные, но равнодушными они не оставляют. Детей на экскурсию с собой лучше не брать из-за обилия эротических сюжетов и сцен, обращенных к теневым и грязным сторонам жизни. Впрочем, есть и множество прекрасных работ, от которых не хочется отрывать взгляд, картин, которые заставляют над собой поразмыслить.
К сожалению, времени обойти весь музей не хватило. Где-то наверху прорвало трубу, с потолка пошёл дождь, началась эвакуация, и в зале истории рока Яна успела меня только сфотографировать. Взором охватил знамя "Гражданской обороны", афиши, пластинки, стойки с книгами и, подгоняемый охраной, с грустью направился к выходу.
Маша, которая с неохотой шла смотреть экспозиции, в итоге заинтересовалась. Я рассказал ей о фильме В. Бортко "Единожды солгав", где главным героем был участник" Бульдозерной выставки" 1974г., впоследствии конформистски ушедший в официальное искусство, что привело его к творческому кризису. Вспомнил историю отношений Н. С. Хрущева с Эрнстом Неизвестным, одна из картин которого продаётся в этом частном музее за 110 тыс руб (на фото я рассматриваю её).
С Алей мы обменялись мнениями, что для музея андеграунда требуется как минимум часа два свободного времени. Может, когда-то представится возможность прийти сюда ещё раз.
ХРАМ НА КРОВИ. МЕСТО ГИБЕЛИ ЦАРСКОЙ СЕМЬИ
На месте нынешнего храма в ночь с 16 на 17 июля 1918 года в подвале дома инженера Ипатьева в Екатеринбурге после нескольких месяцев заточения были убиты последний российский император Николай II, его супруга Александра Фёдоровна, сын Алексей (цесаревичу было 13 лет), дочери Ольга, Татьяна, Мария, Анастасия (все - молодые девушки) и несколько близких к ним людей.
Если в первые годы Советской власти этого события не стеснялись: городская площадь поблизости стала именоваться площадью народной мести, публиковались мемуары участников расстрела, то впоследствии упоминать о нём перестали. Оно явно омрачало светлую память об Октябрьской революции, годовщина которой стала главным праздником СССР. Конечно, в революции головы слетали с плеч королей и в Англии, и во Франции, но убийство всей царской семьи с неповинными детьми и слугами даже на этом фоне выглядело крайне жестоко. Ответственность за казнь была возложена на местный губернский Совет, участие в принятии решения лидерами большевиков документального подтверждения не нашло.
Ведя речь о Николае Втором, впору говорить не о роли личности в истории, а о трагичности судьбы человека, которого без особой вины пожирает молох истории вместе с вековой системой несправедливости и угнетения как её олицетворение. В своё время меня поразили строки Бальмонта, сказавшие ещё в 1906г. о восприятии царя народом:
Наш царь – Мукден, наш царь – Цусима,
Наш царь – кровавое пятно
Зловонье пороха и дыма,
В котором разуму — темно.
Наш царь — убожество слепое,
Тюрьма и кнут, подсуд, расстрел,
Царь — висельник, тем низкий вдвое,
Что обещал, но дать не смел.
Он трус, он чувствует с запинкой,
Но будет, час расплаты ждет.
Кто начал царствовать — Ходынкой,
Тот кончит — встав на эшафот.
Самодержавный правитель страны в глазах миллионов лично отвечал за все беды, что копились при его предшественниках. На огромных территориях Российской империи до 80% крестьян жили в условиях малоземелья. Образовавшийся рабочий класс погряз в пьянстве и убожестве быта. Сословность, классовая рознь, общественная полярность достигли пика. Здесь не гнушались трудом малолетних, а ежегодно миллиону детей отказывали в приёме в школы по причине отсутствия мест. Десятилетиями правили в условиях «чрезвычайного положения». Для подавления бунтов привлекали казачьи и армейские части. Душили национальные культуры, проводили политику государственного антисемитизма. Здесь правительство мечтало избавиться от внутренних проблем «маленькой победоносной войной», и втянуло страну сначала в позорное противостояние с Японией, а затем в кровавое месиво Первой мировой.
За "хруст французской булки", за так ни во что и не вылившиеся многочисленные обещания конституции и реформ Александра I, за репрессивную политику Николая I, за отказ довести до конца начатые великими реформы Александра II, за консерватизм и реакцию Александра III, за всю несвоевременность отцов, дедов и прадедов пришлось расплачиваться Николаю, который был прекрасным семьянином, любящим мужем, заботливым отцом, стойким и выдержанным человеком и никчемным правителем, и его несчастным детям.
ЕЛЬЦИН-ЦЕНТР. МУЗЕЙ ПЕРВОГО ПРЕЗИДЕНТА РОССИИ
Не верьте тем, кто пишет на туристических ресурсах, что эта достопримечательность Екатеринбурга не достойна внимания якобы из-за тенденциозной подачи информации. Конечно, музей Бориса Николаевича Ельцина рассказывает о нём в благожелательном тоне, но история страны 20-го столетия, на фоне которой предстаёт биография личности, подана в наши времена, пожалуй, на редкость объективно.
Кроме того, это действительно великолепный бизнес-центр с привлекательным и удобным оформлением пространства. Музей просто шикарный, со множеством изюминок - не буду подробно останавливаться, надо видеть. Мне особенно понравились цитаты исторических деятелей, характеризующие эпоху; видеоролик на огромном экране с трактовкой событий новейшей истории России; рассказ о Ельцине свердловского периода (помню восхищённый отзыв водителя автобуса колхоза "Заветы Ильича" Петра Александровича Мухачёва, приехавшего в Бобино из Свердловской области); трансляция на цветном ламповом телевизоре "Лебединого озера".
Следуя прямоте первого президента и вторя ему, скажу: "Я не люблю Ельцина". И всё же по прошествии десятилетий я стал относиться к нему гораздо спокойнее и уважительнее нежели в те годы, когда, будучи молодым дураком, голосовал за Жириновского и Зюганова - фигур, нелепость и никчемность которых (как политиков) утвердило время. Многие называют Ельцина отцом нынешнего режима. Наверное, в чём-то они правы, но ведь отец за сына тоже не во всём отвечает. Ельцин был представителем совершенно другой формации. Достаточно привести тот факт, что своих оппонентов, кто с оружием в руках выступил против него в октябре 1993г., он через полгода выпустил на свободу. От прессы Ельцин страдал как никто другой, но не думал трогать её, а покушений на свободу творчества при нём и представить невозможно. Века моральной эволюции лежат между ним и наследниками...
Приведу текст, написанный мною четверть века назад: "В 1998 году я оказался в столице во второй раз. Прогуливаясь по территории возле Дома Правительства, я удивлялся просторному парку со скамьями, качелями, где отдыхали молодые женщины с детишками, и центр многомиллионного мегаполиса являл собою размеренность и спокойствие. За железными воротами привлекла внимание необычная аллея, украшенная множеством ленточек красного и чёрного цвета. Охваченный любопытством я прошёл туда – то был мемориальный комплекс, посвящённый трагическим событиям октября 1993 года. Ни единого элемента помпезности, ни маломальского признака государственной заботы. Скромный, самодельный, самиздатовский памятник от друзей, родных, просто неравнодушных граждан. Победители, расстрелявшие Верховный Совет, и те, кто одобрил либо смирился с танковыми залпами, не посмели запретить право поверженного врага на почитание павших.
Всего в сотне метров от решётки, защищающей безопасность федеральных министров, ствол дерева обнимал плакат со словами: «Ельцин – палач!». В полусотне метров до неё краской на мусорном бачке было выведено: «Ельцин – иуда». Прохожие то и дело останавливались перед стендами с фотографиями погибших, которых по официальным данным насчитывалось 147 человек, в том числе 122 – гражданские лица. Среди указанных причин наступления смерти, как правило, назывались множественные пулевые ранения. Кому-то было 70 лет, кому-то 35, кому-то – 14 лет, как Косте Калинину. Обречённая на поражение оборона завоеваний перестройки, последней крепости советской власти. Пронзённые навылет пламенные сердца. Крушение справедливости. Стена Плача, цветы и венки, цветы и венки…
И я вспомнил свою беспомощную ярость, ночное радио, отчаянные крики Руцкого, и мысль, что мечта умерла. Что не будет государства справедливости, братства, свободы. И никому твоё мнение больше не важно. И Конституция, испечённая на крови, превратится в пустую бумажку, а дорога к храму – в лицемерное содействие «Падающего – толкни!». Ельцин сделал свой выбор осенью 1993-го. Как большой политик он понимал полноту ответственности за него. И если сейчас вместо демократии – власть «денежных мешков», вместо свободы – манипуляции массовым сознанием, вместо права – басманный суд, вместо социальной политики – ограбление народа, вместо гражданского общества – "моя хата с краю", то истоки – именно там, в октябрьских выстрелах и залпах. История ничего не прощает".
С ВЫСОТЫ 52-го ЭТАЖА. ОТЕЛЬ "ВЫСОЦКИЙ" И ПРОИСШЕСТВИЕ СО СЧАСТЛИВЫМ КОНЦОМ
Специально опустил название "Музей Высоцкого", куда направлялся я в отличие от прочей нашей компании, которая шла на смотровую площадку, расположенную на 52-м этаже небоскреба (билет один в два места). Скорее, это музей местного бизнесмена, фаната творчества Владимира Семёновича, потому что сам Высоцкий в Свердловске был только в молодости проездом в составе театральной труппы и даже не выступал здесь с сольным концертом - в музее есть карта городов, где такие бывали. Предприниматель выкупил знаменитый "Мерседес" артиста, его коллекцию зажигалок, раздобыл кучу всяких вещей, так или иначе связанных с Высоцким, оформил залы с гостиничным номером, где тот проживал в Свердловске, и с обстановкой московской квартиры. Очень хороший музей, трогательные экспонаты, в том числе черновик последнего стихотворения поэта, его портрет, составленный из сотен фотографий Высоцкого, даже воспоминания соседа по подъезду со столом, за которым они вместе сидели.
Если на смотровую площадку народ идёт валом, то сюда заглядывает малая часть непрерывного потока. Можно послушать записи барда. Маша, послушав, недовольно пробурчала, что это какая-то гаражная музыка. Что с неё взять - ребёнок! Я тоже не в семнадцать лет полюбил творчество Высоцкого.
С высоты птичьего полёта на Екатеринбург тоже взглянул. И таким маленьким, хрупким, беззащитным показался мне оттуда этот огромный город.
Закончить же разговор о впечатлениях от поездки хочу историей, которая вполне годится в рождественские. За 3 часа до отправления с вокзала нашего поезда мы ещё гуляли по городу, когда Маша обнаружила, что потеряла сумку. В маленькой чёрной сумочке лежали её паспорт, деньги, какие-то важные для неё мелочи. Она так расстроилась и так горько плакала, что у меня разрывалось сердце. Мама и старшая сестра её успокаивали, но Маша ещё больше накручивала себя, представляя, что без паспорта её не пустят в вагон, и она останется беспомощная совсем одна, как будто мы могли без неё уехать.
Всё же она нашла в себе силы (недаром же моя дочь) вспомнить, что оставила сумку в столовой "Вилка, ложка". Когда мы вернулись туда, то заведение было уже закрыто, шёл девятый час вечера. На телефон никто не отвечал. Я предложил обратиться в полицию, но эту идею Яна встретила со скепсисом. Действительно, за всю свою жизнь, когда у нас или в школе что-то терялось или крали (картошку с поля, лыжи, мобильные телефоны и т.д.), полиция ни разу ничего не нашла. Яна избрала другой путь: стала звонить по заведениям франшизы "Вилка, ложка" с надеждой получить контакты сотрудников нужной нам столовой. Все отвечали, что не знают и помочь не могут. Но через некоторое время вдруг одна девушка перезвонила и сказала, что ей удалось найти телефон менеджера этой столовой. Менеджер на звонок ответила сразу, выслушала и сказала, что ей потребуется четверть часа, чтобы вернуться на работу. В это время Маша заглядывала в окна и заливалась слезами, потому что сумочки видно не было, и она уже не была уверена, что оставила её именно здесь. Вскоре в столовой загорелся свет, дверь открыла симпатичная молодая женщина, она пригласила нас войти, прошлась по помещениям и - о, радость! - сумочку кто-то заботливо положил на стол на кухне.
Перед Яной, нашим гидом, организовавшим всю поездку от приобретения билетов, бронирования жилья, определения адресов и способов передвижения (метро, трамвай, автобус), выстраивания логистики, я просто снимаю шляпу, ведь я не верил, что кто-то поздним вечером захочет тратить время, чтобы помочь незнакомым людям. И это самое яркое, самое лучшее моё воспоминание о Екатеринбурге.