Он назначил встречу в ресторане, где мы никогда не были. Сказал, что хочет «поговорить по-человечески». Я надела черное платье, ту самую маску стервы, которую снимала месяцами, и поехала. В кармане — диктофон, за спиной — Артем, который ждал в машине. Я думала, что Шмелев будет давить, угрожать, предлагать деньги. Но он сказал то, чего я не ожидала. Он сказал: «Ты не первая, кого он нанял. Третья за два года». И в этот момент я поняла: он не просто вор. Он разрушитель. И я сделаю так, что он заплатит за все.
Операция «Шмелев»
Ресторан назывался «Уголок».
Маленький, уютный, спрятанный в переулках Патриарших. Алена выбрала его сама — нейтральная территория, где Шмелев не сможет чувствовать себя хозяином.
Она приехала за пятнадцать минут до назначенного времени.
— Ты готова? — спросил Артем, когда она выходила из машины.
— Нет.
— Я рядом.
— Я знаю.
Она захлопнула дверцу и пошла ко входу, чувствуя, как колотится сердце. Диктофон в кармане пальто казался тяжелым, как кирпич.
Ты играешь роль. Самую важную в своей жизни. Не провали.
Встреча
Шмелев уже сидел за столиком в глубине зала.
Он поднялся, когда она подошла. Улыбнулся. Та же улыбка, что и в первую встречу — наглая, самоуверенная.
— Алена, — он протянул руку. — Рад, что ты согласилась.
— Я не знала, что у меня есть выбор.
Она села напротив, положила руки на стол. Не дрожать. Не показывать страха.
— Как твои дела? — спросил Шмелев, делая знак официанту. — Я слышал, у вас с Артемом разлад?
— Откуда такие новости?
— Город маленький. Слухи летают.
Она усмехнулась.
— Если ты позвал меня обсуждать слухи, я пойду.
— Не торопись. — Он наклонился вперед. — Я позвал тебя поговорить о деньгах.
— О деньгах?
— Ты знаешь, что Артем получит наследство только через год? Если, конечно, вы не разведетесь раньше.
— Мы не разведемся.
— Уверена? — Он откинулся на спинку стула. — Я слышал, он перестал с тобой разговаривать. Что ты спишь в отдельной спальне. Что он готовит документы на развод.
Алена почувствовала, как внутри все сжимается.
Он следил. Он знает.
— Откуда тебе это известно? — спросила она.
— У меня есть люди. — Он улыбнулся. — Везде есть люди.
— И что ты предлагаешь?
— Я предлагаю тебе сделку. — Он достал из внутреннего кармана конверт, положил на стол. — Здесь два миллиона долларов. Твои. Если ты поможешь мне.
— Помочь в чем?
— В том, чтобы Артем потерял контроль над холдингом.
Она смотрела на конверт.
Два миллиона. Сумма, которая изменила бы ее жизнь год назад. Два года назад. Когда она была другой.
— Ты хочешь, чтобы я предала мужа? — спросила она.
— Я хочу, чтобы ты заработала деньги. — Он придвинул конверт ближе. — Ты же актриса. Ты умеешь играть. Сыграй роль жены, которая устала. Которая хочет свободы. Которая готова дать показания против мужа.
— Какие показания?
— Что он угрожал тебе. Что он заставил тебя подписать контракт. Что брак был фиктивным с самого начала.
Алена сжала пальцы под столом.
— Ты хочешь, чтобы я разрушила его.
— Я хочу, чтобы он получил то, что заслуживает. — Голос Шмелева стал жестче. — Ты думаешь, он хороший? Ты знаешь, сколько людей он раздавил на пути к успеху? Сколько партнеров потеряли все из-за его решений?
— Это не мое дело.
— Это твое дело, если ты хочешь получить два миллиона. — Он понизил голос. — Алена, я знаю твое прошлое. Я знаю, что ты делала. Я знаю, что ты умеешь разрушать мужчин. Разрушь одного. Получи деньги. Уйди свободной.
Она смотрела на него.
Сыграй. Сейчас. Самый важный спектакль.
— Три миллиона, — сказала она.
Шмелев прищурился.
— Что?
— Три миллиона. И я согласна.
Он усмехнулся.
— Торгуешься?
— Я знаю себе цену.
Он помолчал. Потом кивнул.
— Три. Но я хочу доказательства. Сегодня.
— Какие?
— Я хочу, чтобы ты подписала документ. Что брак фиктивный. Что Артем заставил тебя подписать контракт. Что ты готова дать показания в суде.
— Покажи.
Он достал из портфеля папку, раскрыл. Алена пробежала глазами текст.
Ложь. Сплошная ложь.
Но она улыбнулась.
— Хорошо. Я подпишу. Но деньги сегодня. Полностью.
— Половину сегодня. Половину — после суда.
— Деньги сегодня, — повторила она. — Или я ухожу.
Шмелев смотрел на нее. Она смотрела на него.
— Ты жестокая женщина, — сказал он.
— Я знаю.
Он достал телефон, набрал номер.
— Привезите деньги. — Пауза. — Да. В ресторан.
Он положил трубку.
— Через десять минут.
Алена кивнула.
Внутри все дрожало. Но она держала лицо.
Скоро. Еще немного.
Деньги
Человек в черной куртке принес кейс через двенадцать минут.
Шмелев открыл его, повернул к Алене. Пачки долларов, перетянутые банковскими лентами.
— Твои, — сказал он. — Подписывай.
Алена взяла ручку. Посмотрела на документ. На пустую строчку, где должна была поставить свою подпись.
Сейчас.
Она подписала.
Шмелев убрал документ в папку, закрыл кейс и подвинул к ней.
— Приятно иметь с тобой дело, — сказал он. — Ты профессионал.
— Я тоже рада. — Она взяла кейс. — Но есть одна проблема.
— Какая?
Она достала из кармана диктофон. Нажала на кнопку.
— Я не работаю на предателей, Константин.
Он побледнел.
— Что это?
— Запись нашего разговора. — Она убрала диктофон обратно в карман. — Все, что ты сказал. Про деньги. Про документы. Про то, как ты хочешь уничтожить Артема.
— Ты... — он встал. — Ты играла?
— Я играла роль. — Она тоже встала. — А теперь игра окончена.
Он рванул к ней через стол. Алена отшатнулась, но в этот момент дверь ресторана распахнулась.
В зал вошел Артем. За ним — двое мужчин в форме.
— Константин Шмелев, — сказал Артем, подходя к столу. — Вы обвиняетесь в мошенничестве, подделке документов и подготовке рейдерского захвата.
Шмелев смотрел на него. Лицо побелело, глаза налились кровью.
— Ты... ты подставил меня.
— Ты сам себя подставил. — Артем взял со стола папку с документом, который подписала Алена. — Когда решил украсть у меня деньги. Когда решил, что можешь купить мою жену.
— Она не твоя жена! — закричал Шмелев. — Она наемница! Актриса! Ты нанял ее!
— Да, — сказал Артем. — Нанял. А потом полюбил. Это не преступление. А вот то, что сделал ты, — преступление.
Он кивнул мужчинам в форме. Те подошли к Шмелеву, взяли под руки.
— Артем, — Шмелев уже не кричал. Голос стал тихим, умоляющим. — Артем, мы друзья. Мы двадцать лет...
— Друзья не воруют, Костя. — Артем отвернулся. — Уведите его.
Шмелева вывели.
Алена осталась стоять посреди зала, сжимая в руках кейс с деньгами и диктофон.
Она смотрела на дверь, за которой скрылся Шмелев. На Артема, который стоял к ней спиной.
— Артем, — позвала она.
Он повернулся.
— Ты в порядке?
— Я в порядке. — Она поставила кейс на стол. — А ты?
— Я... — Он подошел к ней. — Я никогда не был в порядке.
— Почему?
— Потому что я боялся. Все эти минуты, пока ты была здесь. Я сидел в машине и представлял, что он делает с тобой. Что говорит. Что если...
— Но он ничего не сделал.
— Я знаю. — Он взял ее за руку. — Но я боялся.
Она обняла его.
— Все кончено, — сказала она. — Шмелева забрали. Деньги у нас. Документы у нас.
— Это не конец. Будет суд. Следствие. Допросы.
— Но ты справишься.
— Мы справимся. — Он поцеловал ее в лоб. — Ты была великолепна.
— Я играла.
— Ты была собой. Той, которая не предает. Которая не продается.
Она улыбнулась.
— Два миллиона долларов. Я могла бы уйти.
— Но не ушла.
— Не ушла. — Она посмотрела на него. — Потому что ты дороже.
Домой
Они ехали в машине молча.
Алена смотрела на кейс, лежащий у нее на коленях. Два миллиона долларов. Сумма, о которой она не могла мечтать год назад.
— Что будем делать с деньгами? — спросила она.
— Твои деньги. Ты заработала.
— Я не хочу их.
— Почему?
— Потому что это грязные деньги. — Она повернулась к нему. — Я хочу, чтобы они пошли на что-то хорошее.
— Например?
— Например, в театр. Тот, где играла моя мать. У них нет денег на ремонт.
Артем посмотрел на нее.
— Ты уверена?
— Уверена. — Она взяла его за руку. — Мать заслужила, чтобы ее имя помнили. А деньги Шмелева пусть послужат доброму делу.
Он сжал ее пальцы.
— Хорошо. Завтра Тамара оформит перевод.
Она улыбнулась.
— Спасибо.
— Не за что. Это твое решение.
— Спасибо за то, что поверил мне. — Она посмотрела на него. — Даже после всего. Даже после счета.
— Я всегда верил.
— Врешь.
— Немного. — Он усмехнулся. — Но теперь верю полностью.
Вечер
Они вернулись в пентхаус, и Алена впервые за долгое время чувствовала себя дома.
Не как актриса. Не как наемница. Как хозяйка.
Она прошла на кухню, поставила чайник. Артем вошел следом.
— Я так и не спросил, — сказал он, садясь за стол. — Что он сказал тебе? Когда предлагал деньги?
Она помолчала.
— Он сказал, что я не первая.
— В каком смысле?
— Что ты нанимал женщин до меня. Что я третья за два года.
Артем побледнел.
— Алена...
— Это правда? — она повернулась к нему.
Он молчал.
— Артем. Это правда?
— Да. — Он опустил глаза. — Но это было не то, что ты думаешь.
— Что же это было?
Он встал, подошел к ней.
— После того, как ушел дед, я не мог быть один. Я искал... не знаю. Замену. Тепло. Кого-то, кто будет рядом. Я нанимал женщин, чтобы они сидели со мной. Разговаривали. Спали в одной постели.
— Ты спал с ними?
— Нет. — Он посмотрел на нее. — Я не спал с ними. Я не мог. Они были... пустыми. Актрисами, которые играли любовь. А мне нужно было настоящее.
— И поэтому ты нанял меня.
— Я нанял тебя, потому что ты была другой. Ты не играла любовь. Ты играла стерву. Я думал, что так будет безопаснее.
— А получилось?
— Не получилось. — Он взял ее за руки. — Потому что ты оказалась настоящей. Потому что я полюбил тебя. Не актрису. Не наемницу. Тебя.
Она смотрела на него.
— Ты должен был сказать мне раньше.
— Я боялся.
— Чего?
— Что ты уйдешь. Что подумаешь, будто я коллекционирую женщин.
— А ты?
— Я искал тебя. — Он поднес ее руки к губам. — Все это время я искал тебя.
Она обняла его.
— Дурак, — прошептала она.
— Знаю.
— Я люблю тебя.
— Я знаю.
Она отстранилась, посмотрела в глаза.
— Больше никаких секретов, — сказала она. — Обещаешь?
— Обещаю.
— И никаких наемных женщин. Только я.
— Только ты.
Она улыбнулась.
— Тогда я, пожалуй, останусь.
— Надолго?
— Навсегда.
Он поцеловал ее. Долго. Счастливо.
А она закрыла глаза и поняла: наконец-то спектакль окончен.
Больше никаких ролей.
Только жизнь. Только любовь. Только они.
Продолжение следует...