Все части детектива-триллера будут здесь
Мы неуверенно смотрим друг на друга, и Вадим первый начинает разуваться – в квартире безупречная чистота, и нам не хотелось бы ходить здесь в обуви.
– Нет-нет – женщина открывает тумбочку и достаёт оттуда пару бахил мне и Вадиму – не трудитесь. Ко мне не часто приходят, но я держу их в тумбочке, на всякий случай.
Пока мы надеваем бахилы, она уходит в зал.
– Интересно – бубнит Вадим – зачем одной старухе такая большая квартира? Нафиг ей трёхкомнатная? Она ж одна?
Часть 47. Путаница
Я поручила Дане проверить алиби Потехина на те даты, когда были убиты девушки и Белова, а также Бородин. Но почему-то у меня есть предчувствие, что ничегошеньки мы не добьёмся и снова пошли по ложному следу. Вот если бы бабули, помнившие Стальницкого, ещё и знали его тайного обожателя, ради которого маньяк мог свихнуться и начать приносить кого-то в жертву – вот это другое дело. Но сколько я у них не спрашивала – вспомнить подобного они не могли, да и вряд ли этот самый обожатель как-то уж слишком явно проявлял свои чувства к Ашрам Ину.
Прежде чем ненадолго, до выяснения всех вопросов с алиби, остаться у нас, Потехин повозмущался какое-то время, скорее для порядка.
– Вы издеваетесь, что ли? Мне завтра в рейс ехать! Отдохнуть надо перед рейсом, а вы заставляете меня у вас тут торчать!
– Иван Дмитриевич, поверьте, так будет лучше. Лучше сразу всё выяснить, чем потом вас из рейса дёргать.
– Да вы хоть скажите, чего проверять собираетесь! Может, я сам вам помогу!
Я раскладываю перед ним фото убитых девушек.
– Знаете кого-нибудь из них?
На его лице нет и тени того, что кто-то из девчат ему знаком.
– Конечно, нет! Откуда? Они вон, малолетки, я с такими не вожусь – себе дороже!
– Потехин, но ведь вы дальнобойщик – с усмешкой заявляю я – неужели с «плечевыми» ни разу не сталкивались?
– Я свой орган, скажу вам так, не на помойке нашёл – недовольно бубнит он – хоть какая будь та «плечевая» – ни за что не посажу в машину. Другие мужики этим развлекаются, а я предпочитаю дождаться конца рейса, и уже тогда посидеть в тёплой приятной компании женщины примерно моего возраста. Такие женщины – как вино, терпкое, выстоянное, приятное... И все эти малолетние шалашовки и пальца не стоят опытной, разумной женщины более старшего возраста.
Некоторое время он ещё внимательно смотрит на фото:
– Я не понимаю – это всё проститутки, что ли? Кто-то их убивает? Как-то не тянут они на проституток по виду...
– Нет, это танцовщицы театра современного танца – вздыхаю я.
– Погодите... Я что-то такое читал... Так вы ведёте дело об Озёрском маньяке! – он присвистывает – вот это я попал!
– Ладно, Потехин, мне тут некогда с вами! Вам нужно будет побеседовать с нашим сотрудником насчёт алиби и выяснить, где вы были все те дни, когда совершались убийства.
– У меня есть ежедневник, там всё записано, это важно для того, чтобы помнить рейсы. Может, он сможет вам помочь.
– Конечно, Иван Дмитриевич. Если за ним нужно съездить к вам домой...
– Нет, он у меня здесь, в борсетке.
Передаю его сотруднику, сама иду к себе в кабинет. По пути получаю смс – сообщение и совсем не удивляюсь, что оно от него. Останавливаюсь и читаю вслух:
– Дорогая Мар-га-ри-та! Мы обязательно встретимся с тобой, причём там, где ты совсем даже и не ожидаешь встретить меня... И тогда, при нашей встрече, ты поймёшь, что жертвоприношение этих девочек было просто необходимо...
Господи, этот урод реально желает со мной встретиться! И что же делать – ждать, когда он соизволит пригласить меня на встречу с самим собой? Снова играть по его правилам? Да как бы не так! Играть по его правилам я точно не стану – надо ловить его и поймать как можно быстрее!
– Марго! – около меня останавливается Даня – ты чего стоишь тут в коридоре?
Я показываю ему переписку.
– Вот нахал! Ещё и встретиться с тобой собирается! Блин, Марго, к тебе хоть охрану приставляй! Наверняка ему эта встреча не просто так нужна!
– Не надо никакой охраны, Даня! Я очень надеюсь, что поймаю этого урода быстрее, чем он решит назначить мне встречу. Ты шёл ко мне, чтобы что-то сказать?
– Да, я насчёт Потехина! Смотри, я проверил, пятого ноября, когда убили седьмую жертву, и пятого июля, когда убили третью жертву, он был в рейсах, уже довольно далеко, потому убить не мог. Пятого мая, когда была убита первая жертва, он всю ночь прокутил в сауне с друзьями, пятого июня, во время второго убийства, он был с женщиной... Во время убийства Бородина он также был в рейсе, то есть убить не мог... Ну, и обыск в его доме ничего не дал...
– Спасибо, Даня! Да я и так поняла уже, что это ложный след.
– Но не стоит отчаиваться! Посмотри сюда – он показывает мне на планшете фото малолетнего Серёжи Коршунова.
– И?
– Я состарил его фотографию в специальной программке. А теперь посмотри сюда – показывает мне фото того, как мог бы выглядеть Коршунов сейчас, и рядом – фото маньяка, с лица которого Даня в программке «снял» грим.
– Даня! Так это же... одно и то же лицо!
– А я о чём? Думаю, Серёжа Коршунов и есть наш маньяк, Марго! Хоть фото без грима и не отличается точностью, но они похожи с искусственно состаренным Коршуновым, а значит, нельзя сбрасывать его со счетов!
– Даня, срочно, вот буквально срочно надо найти его следы – не может быть, чтобы вот так путь Коршунова оборвался в никуда! И вот что... найди мне его родителей, если они живы, конечно - я хочу поговорить с ними...
Даня уносится, а я прихожу в кабинет и рассказываю последние новости Вадиму. Прошу его отпустить Потехина – теперь нет смысла в том, чтобы держать его у нас.
– Марго, ты только одна к родителям Коршунова не отправляйся – возьми с собой меня или оперативника. Вдруг маньяк спокойненько проживает у них.
– Хорошо! – обещаю я – но вряд ли он станет родителей своих подставлять. Думаю... что они даже не знают, где он...
И словно в подтверждение моих слов от Дани приходит смс – сообщение: «Марго, я прогнал по нашим базам Потехина и Коршунова. Потехин чист, аки ангел божий, а вот Коршунов... числится без вести пропавшим, в Москве, после окончания института. Вот тебе адрес его родителей...».
Подумав, я звоню Потехину.
– Иван Дмитриевич, скажите пожалуйста, Лида Черкасова... Она ведь унизила вас при толпе, разрезав штаны и стянув их с вас, верно?
Он усмехается:
– Да вы что? Кто вам сказал такое?! Нет, меня она бросила в мусорный контейнер, да ещё мусором из ведра, припасённого заранее, присыпала. Штаны она на Коршунове порезала...
Вот так – бабули просто перепутали всё... Конечно, дело-то было давно, а у них память уже, скорее всего, не та...
Ну, дело принимает совершенно другой оборот – если Коршунов числится без вести пропавшим, значит, маньяк живёт по другим документам.
Я беру с собой Вадима, и мы едем к родителям Коршунова, по словам Дани, в живых осталась только его мать, отец умер. Живёт она в трёхкомнатной квартире на окраине города, в обычной «хрущёвке».
По приезду я сразу замечаю, что на подъезде есть камеры видеонаблюдения. Хотя... что они могут дать? Разве что посадить стажёра просматривать их – возможно, Коршунов появлялся тут, смотрел на мать... Старенькую, обитую дерматином, дверь, нам открывает худенькая, сухая старушка с седой «гулькой» из жидких волос на голове. Заношенный старенький халат в цветочек, в общем-то, чистенький, тапочки – видно, что самодельные – на морщинистых бледных ногах.
– Здравствуйте! – голос мягонький, как вата, елейный – вы к кому?
Мы с Вадимом показываем ей документы, она надевает очки и, щурясь, долго рассматривает их.
– Следственный комитет – произносит наконец – так в чём же дело?
– Дарья Мироновна, мы хотим задать вам несколько вопросов по поводу вашего сына, Сергея Коршунова.
В лице её что-то меняется и мне начинает казаться, что она сейчас расплачется.
– Серёжа пропал без вести много лет назад – произносит наконец, потом извлекает из кармана тряпицу и шумно сморкается в неё.
– Вот об этом мы и хотели бы поговорить.
– Проходите – она впускает нас в прихожую – пойдёмте в Серёжину комнату.
Мы неуверенно смотрим друг на друга, и Вадим первый начинает разуваться – в квартире безупречная чистота, и нам не хотелось бы ходить здесь в обуви.
– Нет-нет – женщина открывает тумбочку и достаёт оттуда пару бахил мне и Вадиму – не трудитесь. Ко мне не часто приходят, но я держу их в тумбочке, на всякий случай.
Пока мы надеваем бахилы, она уходит в зал.
– Интересно – бубнит Вадим – зачем одной старухе такая большая квартира? Нафиг ей трёхкомнатная? Она ж одна?
– Ну, Вадим, может, она бережёт память о муже и сыне и не хочет переезжать отсюда никуда. И потом – скорее всего, она надеется на возвращение Сергея, а если продаст квартиру и купит меньше, сын её не будет знать адреса, куда вернуться.
– И бахилы эти – снова ворчит Вадим – маньяк-то наш тоже бахилы использует... ни одного следочка нет... Кто у кого научился?
– Вадим, не придирайся... Совершенно не обязательно, что кто-то у кого-то этому научился.
Мы идём следом за женщиной в дальнюю комнату, Вадим на всякий случай держит руку на кобуре.
– Я ничего не меняла тут с тех пор, как Серёженька уехал учиться в Москву... Всё осталось так, как и было при нём...
– Дарья Мироновна, ваш сын во время учёбы часто навещал вас?
– Он приезжал на летние каникулы только, и один раз приехал в учебное время, когда умер его отец...
Она отпирает ключом дверь комнаты своего исчезнувшего сына. Там сумрачно, плотные тёмные портеры задвинуты, оттого создаётся полумрак.
– Я иногда прихожу сюда просто посидеть, поговорить с сыном, попросить, чтобы он вернулся...
Она нажимает на выключатель и в комнате загорается свет. Войдя внутрь, мы с Вадимом смотрим на стены и глазам своим не верим. Мой помощник удивлённо присвистывает и говорит тихо:
– Вот это номер!
Продолжение здесь
Спасибо за то, что Вы рядом со мной и моими героями! Остаюсь всегда Ваша. Муза на Парнасе.
Ссылка на канал в Телеграм:
Присоединяйся к каналу в МАХ по ссылке: https://max.ru/ch_61e4126bcc38204c97282034
Все текстовые (и не только), материалы, являются собственностью владельца канала «Муза на Парнасе. Интересные истории». Копирование и распространение материалов, а также любое их использование без разрешения автора запрещено. Также запрещено и коммерческое использование данных материалов. Авторские права на все произведения подтверждены платформой проза.ру.