— Аня, ты долго еще собираться будешь?
Голос мужа донесся из прихожей, сопровождаемый нетерпеливым звоном ключей.
— Иду, Вадик, почти готова!
Аня стояла перед зеркалом в спальне. Она поправила воротник блузки. Затем бросила взгляд на кровать. Там лежали два плотных белых конверта.
Она аккуратно убрала их во внутренний карман сумки. Застегнула молнию.
— Ну наконец-то, — буркнул Вадим, когда она вышла в коридор.
Он одернул пиджак на внушительном животе. За последние пару лет, с тех пор как его логистическая фирма пошла в гору, Вадим сильно раздобрел. Привык хорошо есть, дорого одеваться и смотреть на людей с легким снисхождением.
— Ритка уже там, — сообщил он, вызывая лифт.
— Замечательно, — ровно ответила Аня.
Она смотрела на цифры над дверями лифта. Внутри нее не было ни злости, ни обиды. Только холодный расчет.
Месяц назад все было иначе. Месяц назад ее мир перевернулся из-за банальной случайности.
Тогда у Ани сломалась машина. Вадим отдал ей свой внедорожник на выходные, чтобы она съездила к матери на дачу. По пути Аня заскочила в супермаркет. Набрала два пакета продуктов, расплатилась и пошла к парковке.
Она как раз наговаривала голосовое сообщение коллеге. Открыла багажник, поставила пакеты. Телефон положила на край консоли. И тут ветер вырвал из рук чек. Аня погналась за бумажкой, захлопнув багажник.
Машина моргнула фарами и заблокировалась. Телефон остался внутри. Включенный. В режиме записи голосового сообщения.
Делать нечего. Пришлось звонить Вадиму от охранника супермаркета. Муж приехал через сорок минут со вторым комплектом ключей. Был раздражен, ругался на пробки.
А вечером дома Аня взяла свой телефон. Открыла мессенджер, чтобы удалить ту самую незаконченную запись. Но палец дрогнул, и она нажала кнопку воспроизведения.
Из динамика сначала доносился шорох пакетов. Потом хлопок багажника. Тишина. А затем, примерно на десятой минуте записи, щелкнули замки дверей.
В машину кто-то сел.
— Ну привет, солнце, — раздался из динамика бархатный голос Риты.
Рита была лучшей подругой Ани еще со школы. А по совместительству — успешным адвокатом, которая вела все юридические дела фирмы Вадима. Исключительно по дружбе.
— Привет, Риточка, — ответил голос мужа.
На записи послышался звук поцелуя. Долгий, влажный, совершенно не дружеский.
— С годовщиной, Вадик. Три года, — проворковала Рита.
— И тебя. Ты только потерпи немного.
Аня тогда выронила чашку. Осколки разлетелись по ламинату. Она сползла по кухонному гарнитуру вниз, вслушиваясь в голоса из телефона. В машине Вадима была отличная шумоизоляция. Записалось каждое слово.
— Эта клуша подпишет передачу базы в уставной капитал, и всё, — вещал Вадим на записи.
— Ты уверен, что она не полезет читать устав? — спросила Рита.
— Да когда она что читала? Я скажу, что банк требует для кредита. Земля должна быть на балансе фирмы.
Аня слушала и не верила своим ушам.
Автопарк, ремонтные боксы и склады Вадима стояли на земле, которую Аня получила в наследство от деда задолго до брака. Вадим числился генеральным директором, а Аня просто сдавала его фирме свою землю в аренду. По-родственному, за сущие копейки.
— Как только подпишет, я запускаю процедуру фиктивного банкротства, — продолжал Вадим на записи. — База уйдет за долги моей же новой конторе.
— А ее оставим с пустым ООО, — рассмеялась Рита.
— Именно. Доли разделим при разводе. Получит свои копейки от уставного фонда. И пусть катится к мамочке на дачу.
— Я всё устрою, солнце. Сделаю так, она даже не поймет. Привыкла мне верить.
Аня сидела на полу кухни и слушала, как ее муж и лучшая подруга обсуждают ремонт в ее квартире. В той самой квартире, которую Аня купила до знакомства с Вадимом.
— Предлагаю спальню в персиковый цвет перекрасить, когда ее выселим, — хихикала Рита.
— Хоть в серо-буро-малиновый, — довольно отвечал Вадим.
Запись длилась полтора часа. Вадим катал Риту по городу, пока Аня ждала его у супермаркета.
Лифт звякнул, возвращая Аню в реальность.
— Приехали, — Вадим шагнул в холл первого этажа. — Улыбайся давай, у нас праздник. Конец тяжелой недели.
До ресторана доехали в молчании. Это было дорогое рыбное заведение в центре. Вадим любил пускать пыль в глаза.
Рита уже сидела за их любимым столиком у окна. Идеальная укладка, свежий маникюр, платье, которое стоило как две Аниных зарплаты.
— Ой, родные мои, ну наконец-то!
Рита поднялась навстречу. Она обняла Аню, мазнув щекой по воздуху, чтобы не испортить макияж.
— Прекрасно выглядишь, Анюта, — соврала адвокат, усаживаясь обратно.
Рита стрельнула глазами в сторону Вадима. Тот ответил ей коротким кивком. Аня сделала вид, что ничего не заметила.
— Празднуем успешную сдачу объекта, — вальяжно заявил Вадим, подзывая официанта.
Он заказал устриц, дорогой стейк из лосося для себя и бутылку вина, название которого Аня даже не смогла прочитать.
— И расширение бизнеса, — проворковала Рита, положив ногу на ногу.
— Допустим, — бесцветно ответила Аня.
Она посмотрела на Риту.
— Риточка, не налегай на морепродукты. У тебя же аллергия была.
Рита звонко рассмеялась.
— Ой, это когда было! Организм меняется. К тому же, в такой компании всё вкуснее.
Принесли напитки. Аня попросила обычную минералку с лимоном. Вода была ледяной. То, что нужно для ясной головы.
Минут двадцать Вадим распинался о налогах, о конкурентах, о том, как тяжело вести бизнес в этой стране. Рита поддакивала, изображая глубокое понимание.
— Кстати, о бизнесе, — Вадим отрезал кусок рыбы.
Он посмотрел на Аню как бы невзначай.
— Ань, ты бумаги из папки посмотрела?
— Какие бумаги? — Аня уперлась взглядом в мужа.
— Ну как же, — встряла Рита.
Она положила локти на стол, подавшись вперед.
— Я же курьером тебе присылала во вторник. По переоформлению базы.
Вадим промокнул губы салфеткой.
— Анюта, мы же обсуждали. Банк не дает мне новый кредит на фуры. Требуют, чтобы земля была на балансе фирмы, а не в аренде у физического лица.
— Чистая формальность, — добавила Рита успокаивающим тоном.
Она накрыла руку Ани своей теплой ладонью.
— Я там всё по закону составила. Ты просто передаешь землю в уставной капитал ООО. Никаких рисков. Зато Вадик сможет расшириться. Вы же семья.
Аня невозмутимо убрала руку.
— А если фирма обанкротится? — спросила она.
Вадим хохотнул.
— Какое банкротство, Аня? У нас доходы растут каждый месяц. Савельев, вон, локти кусает. Конкурент мой главный. Никак меня с южного направления не выдавит.
— Бизнес есть бизнес, солнце, — Рита очаровательно улыбнулась. — Все риски застрахованы. Тебе просто нужно подписать. Завтра Вадику с утра в банк ехать. Не тяни.
Музыка в ресторане продолжала играть. За соседним столиком громко смеялась какая-то компания.
Аня расстегнула сумку.
— Точно. Бумаги.
Она достала два плотных белых конверта. Один положила на скатерть прямо перед мужем.
— Что это? — Вадим ухмыльнулся. — Опять путевки купила? В Турцию?
— Сюрприз. Уведомление из Росреестра. И свежая выписка.
Вадим недоуменно нахмурился. Он нехотя надорвал край конверта. Вытащил листок с синей печатью. Его глаза лениво пробежали по строчкам.
Затем он моргнул. Прочитал еще раз.
Его лоб пошел красными пятнами.
— Какая смена собственника? Аня, что за бред?
— Я продала землю под автопарком, — раздельно проговаривая слова, ответила Аня. — Вместе со всеми боксами и ангарами.
Рита поперхнулась устрицей. Вадим замер с недонесенным до рта бокалом.
— Кому?! — голос Вадима взлетел на фальцет.
— Игорю Савельеву.
Вадим оцепенел. Савельев был тем самым конкурентом.
— Ты с ума сошла?!
Вадим с грохотом отодвинул стул и навис над столом.
— Как ты могла продать без моего нотариального согласия? Это наш бизнес! Я вложил туда огромные деньги!
Рита быстро пришла в себя. Она перешла на свой профессиональный, жесткий тон.
— Девочки, давайте успокоимся.
Она поправила воротник платья.
— Аня, по закону ты не имеешь права продавать совместное имущество без ведома супруга. Эту сделку я оспорю в суде за два счета.
— Это не совместное имущество, — осадила ее Аня.
Она смотрела прямо в глаза бывшей подруге. Никаких эмоций. Только сухие факты.
— База досталась мне от деда по завещанию. За пять лет до брака. Это мое личное имущество. Согласие супруга на продажу не требуется. Статья тридцать шестая Семейного кодекса. Ты же адвокат, должна знать.
Вадим хватал ртом воздух.
— Я сдавала ее твоему ООО в аренду, Вадик.
Аня отчеканила каждое слово.
— В договоре, который Риточка так любезно составляла, есть пункт. Расторжение в одностороннем порядке с уведомлением за тридцать дней.
— Я ничего не получал! — заорал муж, привлекая внимание официантов.
— Заказное письмо с описью вложения было отправлено на юридический адрес твоего ООО ровно тридцать пять дней назад.
Аня сделала глоток ледяной воды.
— То, что ты не забираешь почту по месту регистрации фирмы — твои проблемы. Статья сто шестьдесят пять прим один Гражданского кодекса. Сообщение считается доставленным. Срок аренды истек вчера.
— Там оборудование в боксах! — Вадим схватился за голову. — Оно в лизинге! Кредиты на огромную сумму!
— Савельев обещал выкупить твои долги у банка. Долго уговаривать его не пришлось. Дал отличную цену за участок, чтобы выдавить тебя с рынка.
Аня перевела взгляд на подругу детства. Рита сидела неестественно прямо.
— А тебе, родная моя, отдельный сюрприз.
Второй белый конверт полетел через стол и шлепнулся прямо возле тарелки с недоеденным лососем.
— Я не буду это открывать, — поморщилась Рита.
— Как хочешь. Там копия моей жалобы в квалификационную комиссию адвокатской палаты. Плюс сопроводительное письмо управляющему партнеру твоего бюро.
Рита нервно дернула плечом.
— На каком основании? Это клевета! Я засужу тебя!
— На основании полуторачасовой аудиозаписи, — Аня чуть наклонила голову.
Она видела, как краска медленно сходит с лица адвоката.
— Записи, где партнер бюро консультирует мужа своей клиентки. Рассказывает, как провести мошенническую схему с банкротством и оставить жену без имущества.
— Ты... ты не могла, — прошептала Рита.
— Конфликт интересов. Нарушение одиннадцатой статьи кодекса адвокатской этики. Лишение статуса гарантировано.
Аня мило улыбнулась.
— И заодно.
Она перевела взгляд с мужа на подругу.
— Празднуете трехлетие тайного романа. В машине у Вадика прекрасная акустика. Вы там стены обсуждали в моей квартире. Решили в персиковый красить? Не советую. Очень маркий цвет.
Вадим тяжело осел на стул. Рита открыла рот, но не смогла выдать ни звука. Ее безупречная укладка вдруг показалась нелепой.
Аня неторопливо встала. Застегнула сумку.
— С годовщиной вас, ребята. Счет оплатите сами. У вас же праздник.
Она развернулась и пошла к выходу. Спина прямая, шаг ровный. Она не оглядывалась на бывшую семью.
Прошел месяц.
Савельев выставил вооруженную охрану на воротах базы. Он дал Вадиму ровно двое суток на вывоз фур. Вывозить их было некуда. Новый участок стоил безумных денег.
Банк, узнав о потере базы, потребовал досрочного погашения кредита по лизингу. Бизнес Вадима посыпался как карточный домик. Ему пришлось распродавать машины за бесценок, чтобы не сесть по статье за мошенничество.
Риту уволили из бюро одним днем. Без выходного пособия. С грандиозным скандалом в юридических кругах.
Кому в здравом уме нужен партнер, который подставляется на детских ошибках и пишет криминальные схемы под аудиозапись? Статуса адвоката ее лишили через три недели на заседании палаты.
Аня сидела на веранде материнской дачи. Раскладывала новые квитанции за свет. Соседский кот лениво гонял жука по нагретым доскам.
С разводом Вадим пытался угрожать судами. Требовал половину денег от продажи базы. Но делить оказалось нечего. Квартира тоже была куплена Аней задолго до ЗАГСа.
Оно и понятно. Глупость и жадность всегда обходятся дорого. Особенно когда пытаешься обмануть ту, которая годами стирала твои рубашки.
