Все части детектива-триллера будут здесь
– А с заказчиками я и не встречался. Сейчас, начальник, век интернета, и абсолютно всё можно сделать удалённо. Я принимаю заказы на установку камер видеонаблюдения по электронной почте, задаю уточняющие вопросы, курьер привозит мне камеры и сопутствующее оборудование, я устанавливаю его, где надо, записывая весь процесс на камеру телефона, и отправляю запись клиенту, клиент осуществляет проверку работы и выплачивает мне окончательный расчёт. Аванс приходит до этого. Договор подписывается электронной подписью, ну, а если возникнут какие-то разногласия – у меня есть полная запись установки и проверки работы. Меня пытались надуть пару раз – но ничего не вышло. Установленные камеры выходили из строя, и ни один специалист не мог это исправить. После того, как клиент понимал свою ошибку и оплачивал мне остаток, я включал камеры.
Часть 46. Иван Потехин и его воспоминания
– Мне кажется, или это наконец конец ниточки? – спрашивает у меня Вадим.
– Ты не представляешь, как я на это надеюсь – отвечаю я – я попросила Даню выяснить всё, что возможно, про Ивана Потехина и Сергея Коршунова, потому что в паспортном столе и других подобных организациях сведений я получила крайне мало. Известно только, что обе семьи считались положительными, скорее, знаешь, типичными стандартными семьями, в трудное время не спились, не скатились в пропасть, как многие, ну, и в середине девяностых просто продали свои квартиры и съехали. Куда – пока неизвестно, но есть полные данные семей, потому я очень надеюсь, что Даня в скором времени сможет разыскать следы и того, и другого.
– А знаешь, по историям, рассказанным бабулями, наиболее, конечно, подходит Иван Потехин. Скорее всего, он увидел то, что не должен был видеть, вот Лидка и наказала его. Вообще, оторва она была, конечно...
– Тут ты прав... Но и Сергея тоже нельзя исключать, он обозвал Лиду...
– Получается, она исчезла не просто так... Кто-то из них мог убить её...
– Вадим, да ты что? Они ведь были ещё детьми тогда.
– Ничему не удивлюсь, честное слово.
Даня нашёл фотографии Сергея и Ивана, но только детские, других фото нет. А всё потому, что у этих двоих нет никаких следов из взрослой жизни в виде соцсетей или страниц в мессенджерах, словно их и не существует.
Вечером мы впервые за долгое время отправляемся по домам вовремя, не задерживаясь на работе. Остаётся только Даня в лаборатории – ему не терпится найти хоть какую-то информацию об Иване и Сергее.
Выезжая за пределы СК, я вижу недалеко от въезда машину, и проезжая мимо, понимаю, что профиль водителя за рулём мне очень знаком. В этом деле завязано слишком много людей, а потому, чтобы вспомнить его, мне приходится как следует порыться в памяти. И когда я понимаю, что за рулём сидит отчим Татьяны Молотовой, третьей жертвы, то сказать, что удивлена – это ничего не сказать. Интересно, что он тут делает?
Немного посомневавшись, беру телефон и скоро в трубке раздаётся голос матери Татьяны.
– Нина Артёмовна – спрашиваю я её, поздоровавшись – скажите, где ваш супруг?
– Он... в вашем городе... Налаживает деловые связи и у него там есть друзья... Он... приезжал, но потом снова уехал.
– Я сегодня видела его возле Следственного Комитета. Не подскажете, что он там делал?
– Я не знаю, может быть... кто-то вызывал его... Забрать Танюшины вещи или где-то расписаться...
– Вызвать его могла только я, но я этого не делала, потому мне и удивительно, что он торчит тут...
– Я... не знаю, зачем... Почему бы вам не спросить у него самого?
– Не успела сообразить, что это он. Конечно, если увижу, спрошу.
Прощаюсь с ней и думаю о том, что зря я не остановилась сразу и не вернулась назад, когда поняла, что это он. Могла бы задать ему вопрос, что он тут делает...
Дома я просто падаю на диван – ужасно лениво, и расследование это, которое тянется уже больше шести месяцев, выматывает меня, хотя я и не могу себе в этом признаться. Я уже столько ошибок допустила... И ошибки эти я осознаю только спустя какое-то время. Вот например, почему тогда, у кафе «Отара пьяных овец» я не выстрелила этому доморощенному байкеру в колесо? Или когда гналась за ним, могла бы в открытое окно попытаться выстрелить в него. Странно, что меня берёт какая-то робость, когда я вижу его. Может быть, это страх перед ним, тот страх, что я не могу побороть? Но следователь не должен ничего бояться.
Как там, у Булгакова? «Трусость, несомненно, один из самых страшных пороков. Нет, философ, я тебе возражаю. Это самый страшный порок». Но у меня леденеет сердце и руки, когда я вижу его и понимаю, что это он – тот самый убийца уже семи девушек плюс ещё два человека, которые могли помешать его деятельности. Это ли не трусость?
На следующий день Даня радует меня прямо с утра.
– Марго! Послушай, Сергей Коршунов уехал учиться в Москву, и там следы его затерялись, о нём нет никакой информации, я ещё пороюсь, конечно, может, всё-таки удастся что-то найти. Что касается Ивана Потехина... Работает дальнобойщиком, ездит в длительные командировки, разведён, двое детей, платит алименты, адрес проживания... – он называет мне адрес – это пока всё.
– Спасибо, Даня! Постарайся всё же отыскать информацию по Сергею! – я киваю Вадиму – бери оперативников, поедем к этому Потехину, поговорим. Надеюсь, он не в рейсе...
То, что Потехин не в рейсе, подтверждается тем, что рядом с его частным домом стоит огромная фура с ярко-оранжевой кабиной и китайскими надписями на ней.
– Чтобы водить такое, надо быть очень сдержанным и хладнокровным – говорит Вадим – и потом – маньяк наш отнюдь не дальнобойщик, он программист, причём хороший.
– Ты всерьёз думаешь, что профессия такого рода не может пересекаться с отличными навыками программирования?
Вадим пожимает плечом.
– Мне кажется, этот Потехин чем-то на байкера Седова похож. Из той же оперы – мужлан неотёсанный...
– Вадим, ты пока даже не видел его, а уже составил о нём мнение...
– Все они одинаковые...
Но Потехин совсем не похож на байкера Седова, вопреки высказываниям Вадима. У него тонкое лицо, худая фигура и дружелюбная улыбка. Я смотрю на него и думаю о том, что внешне он вполне похож на то изображение, которое получилось у Дани. Но, как заметил сам Даня, на этом изображении вполне могут быть погрешности...
– Чем обязан? – спрашивает он, когда мы показываем ему документы.
– Иван Дмитриевич, нам нужно задать вам несколько вопросов. Несколько лет назад вы проживали в доме по адресу... И имели конфликт с Лидией Черкасовой, проживающей там же.
– Вы что – спрашивает он – через столько лет взялись Лидку искать, что ли? Понятно, что тогда её искали спустя рукава, но сейчас-то чего вдруг?
– Иван Дмитриевич, вы ответите?
– Да, было такое... Но я тогда совсем малолеткой был и ничего не помню толком.
– Она вас унизила...
– Да от неё все получали... Так что... не я первый, не я последний... А в чём, собственно, дело?
– Ну, а Стальницкий Юрий Леонидович вам знаком?
– Ммм – он морщит лоб – вроде он с Лидкой этой валандался, что ли... Да с ней кто только не валандался!
– А вы к нему как относились?
– Как относился? Да никак... Мы же малолетками были, а они старшеками, мы сами по себе тусили, они сами по себе...
– Но он вроде помогал вам, даже вот тогда, когда Лида...
– Ну, было такое... Но я говорю – я уже и не помню толком, чего там было... Детство... Уж сколько лет прошло...
– А такого Сергея Коршунова помните? Лида и его тоже унизила...
– С трудом... Ну, сами посудите – вы всех помните, с кем во дворе тогда дружили?! Сколько лет прошло... И потом, мы же съехали оттуда, насколько я помню, после исчезновения Лидки. Все решили, что она с кем-то связалась и отчалила вон из дома. Никто не искал её, конечно...
– Вы что-то знаете об этих людях – Стальницком, Коршунове – где они сейчас, чем занимаются...
– Нет – он пожимает плечом – зачем мне это? Я их и не видел... И как-то желания не возникало.
– Иван Дмитриевич, а вы помните кого-то из ребят, кто мог бы... относиться к Стальницкому с обожанием, быть привязанным к нему?
– Да нет, не помню... Я же вам объясняю, что я мало что помню оттуда... А после того, как мы съехали, в этом вообще не было необходимости.
– Вы хорошо разбираетесь в компьютера, программировании?
– На уровне чайника. Могу только в игры поиграть.
– Вам, Потехин, придётся проехать с нами, для выяснения некоторых обстоятельств относительно вашего алиби на кое-какие дни. В ваших интересах было бы вспомнить, чем вы в эти дни занимались...
Из архива. Протокол допроса.
– После того, как в городе появились объявления, и в интернете в разных пабликах, ты несомненно понял, что за тобой охотятся, так ведь? Скажи, почему никто из заказчиков твоих не узнал тебя тогда?
– А с заказчиками я и не встречался. Сейчас, начальник, век интернета, и абсолютно всё можно сделать удалённо. Я принимаю заказы на установку камер видеонаблюдения по электронной почте, задаю уточняющие вопросы, курьер привозит мне камеры и сопутствующее оборудование, я устанавливаю его, где надо, записывая весь процесс на камеру телефона, и отправляю запись клиенту, клиент осуществляет проверку работы и выплачивает мне окончательный расчёт. Аванс приходит до этого. Договор подписывается электронной подписью, ну, а если возникнут какие-то разногласия – у меня есть полная запись установки и проверки работы. Меня пытались надуть пару раз – но ничего не вышло. Установленные камеры выходили из строя, и ни один специалист не мог это исправить. После того, как клиент понимал свою ошибку и оплачивал мне остаток, я включал камеры.
– Зачем ты появился перед следователем в школе тантрических знаний?
– Мне надоело играть в скрытые игры. Я хотел... подчеркнуть своё реальное присутствие в её жизни, а заодно подарить ей первый ганлин. Кстати, я находился в этот момент как раз в том классе, где танцевал со всеми девушками прощальное танго. Очень надеялся, что вы там что-то найдёте... Но вы, как всегда, облажались.
– Чёрный седан, на котором ты сбил Бородина...
– Я взял его покататься... На время. Он стоял в одном из дворов, и им, видимо, давно не пользовались, я наблюдал за этой машиной некоторое время, и мне хватило этого, чтобы понять, что либо хозяин уехал, либо... машину украли, покатались, а потом поставили в этот двор. Открыть её не составило труда, а после того, как я сбил Бородина, я снова поставил её на место.
– Поговорим о Евгении Гараниной и её любви к экстриму. Байк и шлем... Ты специально косил под Седова?
– Да. Даже курточку у него позаимствовал, думал так сбить со следа вашу Маргариту. Куртка у него дорогая была, на какие шиши этот нищий Седов купил её – неизвестно. А байк, как у него и шлем, найти труда не составило. Я приобрёл их с рук. Не новые, но смотрелись так, что тут не только бы Евгения Гаранина клюнула.
Продолжение здесь
Спасибо за то, что Вы рядом со мной и моими героями! Остаюсь всегда Ваша. Муза на Парнасе.
Ссылка на канал в Телеграм:
Присоединяйся к каналу в МАХ по ссылке: https://max.ru/ch_61e4126bcc38204c97282034
Все текстовые (и не только), материалы, являются собственностью владельца канала «Муза на Парнасе. Интересные истории». Копирование и распространение материалов, а также любое их использование без разрешения автора запрещено. Также запрещено и коммерческое использование данных материалов. Авторские права на все произведения подтверждены платформой проза.ру.