Революция 1917 года расколола донское казачество, как лезвие — живое тело. Одни присягнули новой власти, другие, увидев бесчинства большевиков, взялись за оружие под знамена белых генералов — Каледина, Корнилова, Врангеля. Противостояние достигло апогея весной 1918-го, когда казаки захватили большевистскую делегацию во главе с красным атаманом Подтелковым и устроили суд, исход которого предопределила память о зверствах.
Как большевики подняли Дон против себя
Начало 1918 года ознаменовалось триумфальным шествием красных по Донской земле. В феврале пали Таганрог и Ростов-на-Дону. Атаман Назаров был расстрелян. Большевики провозгласили создание Донской советской республики. Казалось, власть Советов утвердилась навсегда.
Но именно в этот момент новая власть начала терять главное — доверие местного населения.
Красноармейцы, особенно те, что пришли извне, не делали различий между политическими противниками и мирными жителями. Пьянство, грабежи, насилие над женщинами стали обычным делом. Советский писатель Михаил Шолохов в «Тихом Доне» не придумывал детали: он описывал то, что творили распоясавшиеся молодчики из Тираспольского отряда Второй Социалистической армии. Бессмысленный расстрел скота, пьяные перестрелки, изнасилования казачек — всё это подтолкнуло казачество к восстанию.
В конце весны 1918 года восстание возглавил 70-летний отставной подъесаул Иван Федорович Дрынкин. Казаки, наученные горьким опытом, действовали решительно. В первых числах мая они окружили перепившихся тираспольцев и разбили их наголову. Особенно отличилась сотня из хутора Сетраков — там, где красноармейцы «отличились» особой жестокостью.
Итог сражения: 900 пленных красноармейцев, богатая казна и впечатляющий арсенал — 12 орудий, более 50 пулеметов, 2000 винтовок, 15 тысяч патронов. Но казаки не собирались проявлять милосердие к тем, кто насиловал их жен и дочерей. Как пишет исследователь Андрей Венков в книге «Вешенское восстание», 500 красноармейцев и 225 «красных» китайцев были порублены на месте.
На трофейные средства в нескольких хуторах построили школы. А по всему Дону поскакали вестовые, разнося весть о победе и воззвание «сказать свою волю открыто». Белое движение получило мощнейшее подкрепление.
Делегация в ловушку
Но большевики не сидели сложа руки. 9 апреля 1918 года в Ростове-на-Дону прошел I съезд Советов Донской советской республики. Председателем Совнаркома избрали 31-летнего красного казака, подхорунжего Федора Григорьевича Подтелкова. Его заместителем стал 23-летний прапорщик Михаил Кривошлыков.
Оба были донскими казаками. Подтелков — из Краснокутской станицы, Кривошлыков — из Еланской. Оба надеялись, что земляки услышат их, поверят им. За день до разгрома тираспольцев делегация из 120 человек выехала на Верхний Дон. Цель — поднять казаков против белых и немцев.
Просчитались они трагически.
Суд на Светлой седмице
Восемьдесят два члена делегации попали в плен к белоказакам на Пасхальной неделе, которая в 1918 году выпала на 5–12 мая. По древней казачьей традиции, в эти дни мирились даже заклятые враги. Но на этот раз обычай был нарушен.
Пленных не убивали без суда. Им устроили заочный процесс. Как пишет исследователь Юрий Калугин в статье «Кровавая пасха. Дело казака Сенина», суд собрался в ночь на Светлую субботу. В президиум вошли сотник Афанасий Попов, казак Иван Кумов и подъесаул Александр Сенин.
Попов выступил с пламенной речью, перечисляя зверства красных. Приговор он написал своей рукой: Кривошлыкова и Подтелкова — повесить, 79 человек — расстрелять, одного — отпустить за невиновностью. Расстрельную команду возглавил Сенин.
Спустя 12 лет, уже на другом суде, Сенин расскажет, как вели себя приговоренные. Лучше всех держался Подтелков. Он удивил казаков неожиданным признанием: «Я всю жизнь был верующим!» Казаки не скрывали недоумения: как можно верить в Бога и служить богоборцам? Но умер Подтелков как истинный большевик — со словами о величии революции.
Судьба Палача
Александр Сенин, командовавший расстрельным караулом, остался в Советской России и долгие годы жил под чужим именем. Образование (политехнический институт), боевые заслуги (пять орденов) он скрыл. После Гражданской войны, воевав на стороне белых и попав в плен под Новороссийском, он назвал вымышленную фамилию.
Его раскрыли в 1921 году. Расстрельный приговор заменили пятью годами лагерей. На свободу Сенин вышел через четыре года, вернулся к земледелию и учительству.
Но прошлое настигло его в 1930 году. Сенин создал подпольную организацию, выступавшую против насильственной коллективизации и коммун. Он ратовал за единоличное хозяйство и свободу земледельца, подчеркивая при этом верность демократическим принципам. Организацию раскрыли. На скамье подсудимых вместе с Сениным оказалось 60 человек.
13 ноября коллегия ОГПУ признала его виновным в создании организации с целью свержения Советской власти. Приговор — расстрел по статьям 58/11 и 58/2 УК РСФСР.
Так замкнулся круг. Человек, вершивший суд над красными комиссарами в 1918 году, сам предстал перед судом новой власти двенадцать лет спустя. А события той «кровавой пасхи» навсегда остались в памяти Дона как символ непримиримого раскола, который Гражданская война провела через казачьи семьи и станицы.