Звонок в дверь прозвучал как сирена пожарной тревоги — настойчивый, требовательный, не терпящий отказа. Виктория открыла один глаз и посмотрела на экран телефона: воскресенье, семь часов утра.
— Только не это, — простонала она, натягивая одеяло на голову.
Но звонок повторился. И ещё раз. Кто-то явно не собирался уходить.
— Вика, открывай! — голос был таким знакомым, что сердце ёкнуло от дурного предчувствия. — Это я, Даша!
Виктория замерла. Младшая сестра. Которая в последний раз объявлялась полгода назад — попросить деньги на новый айфон, потому что старый «морально устарел».
Открыв дверь, Виктория увидела сестру в дорогущем спортивном костюме и двумя детьми: Мишей, уткнувшимся в планшет, и Соней, сжимавшей в руках куклу размером с неё саму.
— Привет-привет! — Даша проскользнула в квартиру, не дожидаясь приглашения. — Вот, привела к тебе деток моих! Они так по тебе скучали!
Виктория перевела взгляд на племянников. Миша даже не поднял головы. Соня робко помахала рукой.
— Даша, — Виктория закрыла дверь и повернулась к сестре. — Ты хоть представляешь, какой сейчас час?
— Ну не ругайся сразу! — Даша закатила глаза. — Вик, мне катастрофически нужна передышка. Понимаешь, я на грани! Я третий месяц не была в салоне, волосы превратились в мочалку, ногти обломались, я выгляжу ужасно!
Виктория молча смотрела на сестру, чьи волосы явно были окрашены недавно, а ногти покрыты дорогим гель-лаком.
— У тебя муж есть, — сухо заметила она. — Пусть сидит с детьми.
— Костя уехал на рыбалку с друзьями на всё воскресенье, — затараторила Даша. — А у меня запись к мастеру на десять утра! Я три недели ждала этого окна! Девочка золотая, к ней полгода очередь! Я предоплату внесла — пятнадцать тысяч!
— Даша, мне сегодня отчёт сдавать, — Виктория попыталась сохранять спокойствие. — Дедлайн завтра утром. Я всё воскресенье должна работать.
— Ну так поработаешь! — Даша уже пятилась к двери. — Дети тихие, включишь им мультики, дашь печенье. Вик, ну умоляю! Это вопрос моего психического состояния!
— Даша!
Но сестра уже исчезла за дверью, оставив за собой шлейф дорогого парфюма и двоих детей, смотревших на Викторию с абсолютным безразличием.
Следующие три часа напоминали филиал преисподней. Миша отказывался есть обычные хлопья, требуя «специальные шоколадные, которые мама всегда покупает». Соня плакала, что у Виктории нет йогурта с клубникой. Потом Миша разлил сок на ноутбук — к счастью, тот оказался выключен.
Виктория звонила сестре раз тридцать. Первые двадцать Даша сбрасывала. Потом телефон вообще оказался недоступен. В мессенджере горел статус: «Забочусь о себе 💅✨»
— Прекрасно, — процедила Виктория сквозь зубы, глядя на разгромленную кухню. — Хочешь заботиться о себе? Сейчас я научу тебя настоящей заботе.
Она схватила телефон и открыла карту города. Салон «Версаль» на проспекте Мира — элитное заведение, где маникюр стоил как недельная продуктовая корзина.
— Дети, собираемся, — объявила Виктория максимально бодрым тоном. — Едем кататься.
— Куда? — оживилась Соня.
— В очень интересное место, — Виктория натянуто улыбнулась. — Там много новых людей.
Районное отделение полиции располагалось в типовом сером здании с облупившейся краской на стенах. Виктория припарковалась прямо у входа.
— Приехали, — сказала она детям. — Выходим.
За стойкой сидел сержант предпенсионного возраста.
— Слушаю, — буркнул он, не отрываясь от компьютера.
— Мне нужен инспектор по делам несовершеннолетних, — чётко произнесла Виктория. — Хочу сообщить о брошенных детях.
Сержант наконец поднял глаза и уставился на Мишу и Соню.
— О них?
— Именно.
Через пять минут Викторию провели в кабинет на третьем этаже. За столом сидела женщина лет пятидесяти — полная, с короткой стрижкой. Подполковник Васильева, гласил бейдж.
— Присаживайтесь, — кивнула она. — Что случилось?
— Два часа назад моя сестра Дарья привела ко мне двоих своих детей без предупреждения, — Виктория говорила ровно, как на деловой встрече. — Заявила, что ей необходимо «позаботиться о себе», и ушла в салон красоты. На связь не выходит, телефон отключила. Денег на детей не оставила, еды тоже. У меня нет никаких документов на право присмотра за ними. Более того, у меня срочная работа, я не могу осуществлять надзор. Прошу принять меры по розыску матери.
Подполковник медленно откинулась на спинку кресла.
— То есть мать просто бросила детей и ушла развлекаться?
— Да.
— Обещала вернуться?
— Сказала что-то невнятное про «пару часов». Прошло уже три.
Васильева тяжело вздохнула.
— Знаете, сколько у нас таких «заботливых» родителей? — она покачала головой. — Давайте паспортные данные сестры, адрес, телефон. Пишите заявление.
Через полчаса протокол был составлен. Подполковник набрала номер Дарьи — недоступен. Повторила попытку — тот же результат.
— Хорошо, — Васильева сложила руки на столе. — Где, по-вашему, находится мать?
— Салон красоты «Версаль» на проспекте Мира, — Виктория передала листок с адресом. — Она делает маникюр у «звёздного» мастера.
Подполковник усмехнулась.
— Ну что ж. Дети пока останутся здесь, в комнате для несовершеннолетних. Им дадут чай и печенье. А я отправлю патруль за вашей сестрицей.
Дарья сидела в мягком кресле салона, вытянув руки перед собой. Мастер наносила последние штрихи на ногти — нежно-розовый гель-лак с золотыми вензелями.
«Как же хорошо, — думала Даша. — Наконец-то могу расслабиться. Вика справится, она же бездетная, свободного времени у неё навалом».
В зал вошла администратор — бледная, растерянная.
— Дарья Сергеевна, — прошептала она. — Там... к вам пришли.
— Кто? — Даша даже не повернула головы.
— Полиция.
Даша едва не смазала весь маникюр.
— Что?!
В холле её ждали двое сотрудников — мужчина и женщина в форме.
— Гражданка Морозова? — уточнила женщина.
— Да, но в чём дело...
— Пройдёмте. Ваши дети в отделении полиции. Поступило заявление об оставлении детей без присмотра.
— Какая ерунда! — Даша вскочила. — Дети с моей сестрой!
— Ваша сестра написала отказ от присмотра, — мужчина говорил ровным тоном. — Одевайтесь. Поедете с нами давать объяснения.
Дашу вывели из салона под изумлёнными взглядами клиенток. Она пыталась что-то объяснить, но полицейские были непреклонны.
В отделении Даша влетела в кабинет подполковника как торнадо.
— Где мои дети?! Что здесь происходит?!
— Ваши дети в безопасности, — спокойно ответила Васильева. — Смотрят мультфильмы. А мы сейчас побеседуем.
— Костя! — в дверях появился мужчина в камуфляже, с рыболовным ящиком в руке. — Мне позвонили, сказали, что дети в полиции! Что стряслось?
Даша обернулась. Муж смотрел на неё с таким изумлением, будто видел впервые.
— Даш, ты что творишь? — голос его дрожал. — Ты же обещала провести день с детьми!
— Это она! — Даша ткнула пальцем в Викторию. — Она всё подстроила! Назло мне!
Виктория спокойно подняла глаза от телефона.
— Назло? — переспросила она тихо. — Даша, я поступила ровно так же, как ты. Приняла твоих детей и отказалась от них. Разве не так ты обычно поступаешь с родственниками? Используешь, когда удобно?
— Я попросила о помощи! — голос Даши сорвался на крик.
— Ты не попросила. Ты вломилась ко мне в семь утра, швырнула детей и убежала, — Виктория встала. — Без предупреждения, без денег, без уважения. Потому что привыкла: все тебе должны.
— Граждане, — прервала подполковник Васильева. — Гражданка Морозова, на вас составлен протокол об административном правонарушении — оставление детей в опасности. Штраф от ста до пятисот рублей. Также семья ставится на профилактический учёт, органы опеки проведут проверку.
— Но я же... — Даша осела на стул.
— Оставили несовершеннолетних с лицом, не давшим согласие на присмотр, — отчеканила подполковник. — Забирайте детей и отправляйтесь домой. И научитесь договариваться заранее.
Виктория взяла сумку и вышла. Она села в машину, включила радио.
Вечером на телефон пришло сообщение от Даши: «Прости. Я неправа. Больше так не будет».
Виктория посмотрела на экран, усмехнулась и положила телефон. Некоторые уроки усваиваются только так.
А в её квартире было тихо, спокойно, и никто не требовал шоколадных хлопьев.