Когда-то, на заре своей юности, интересуясь историей Второй мировой войны и Великой Отечественной войны, я задавал себе вопрос: а зачем так настойчиво в конце 1942го-начале 1943 РККА стремилась добить окруженную группировку Паулюса в Сталинграде? Ведь целая армия в окружении неизбежно сдастся, никуда не денется. А так можно просто ждать этого момента, экономя солдатские жизни.. А дело-то вот в чем: оказывается, в начале 1942го было немало примеров, когда немецкие армии в котлах успешно отбивались, их снабжали по воздуху и потом деблокировали. И как раз об одном таком незнаменитом эпизоде сегодня речь.
Неприметный, но важный город
Связан этот эпизод с небольшим городом Холм в Новгородской области. Холм —хоть и небольшой, но город старинный, расположен на возвышенном берегу слияния Ловати и Куньи. С востока и юго-востока — открытая, болотистая местность, малопригодная для наступления на город.
Почему он был так важен для немцев в январе 1942, оказавшись в окружении после масштабного наступления Красной Армии? Вот что об этом вспоминал латыш-коллаборационист:
«Партизаны рассматривали зону вокруг Холма как идеальную базу для своих действий, а немцы считали сам город идеальной базой для операций против партизан. Из этого центра мы могли легко и удобно ликвидировать сосредоточение партизан во всей округе. Но жизнь часто распоряжается совсем иначе, чем мы планируем. За несколько дней, как по взмаху волшебной палочки, все изменилось, и Холм вошел в книги по истории Второй мировой войны как осажденный город-крепость. ...Семь дорог, образуя звезду, сходились в Холме, делая его позицию ключевой среди окружающих болот и придавая городу чрезвычайную стратегическую значимость.
В этой интерпретации Холм был как засов в тыльной стороне двери 16-й немецкой армии, и, если он выдержит, то остановит непрерывный напор коммунистов к западу и помешает их главной цели — отколоть группировку немецкой Северной армии от группировки Центральной армии. За этим последует освобождение Ленинграда и продвижение вперед — на Латвию».
Как покажут дальнейшие события, между Холмом и знаменитым Демянском (который был недалеко) много общего — окружение, блокада, снабжение гарнизонов по воздуху, «пробивание» коридора к осажденным, правда, масштабы были различны. (Про то, как пытались ликвидировать Демянский котел изнутри писал ранее – ссылки выше)
Комендантом гарнизона был назначен командир 281-й охранной дивизии генерал-майор Шерер. Подразделения его дивизии были разбросаны по всей ширине фронта. Оборонять Холм предстояло силами местного гарнизона и разрозненных воинских групп, входивших в состав различных немецких дивизий. Все они должны были постепенно подтянуться к городу. Подразделения 280-го пехотного батальона, например, были переброшены на Восточный фронт из Дании. Плюс ко всему 8 латышских и 7 немецких батарей. Всего в гарнизоне было около 5000 человек. Этой «боевой группе Шерера» предстояло с конца января 1942 г. удерживать небольшой участок фронта на берегу Ловати. Занимаемая противником площадь составляла всего около двух с половиной квадратных километров, а порою гораздо меньше, удерживая тем самым автодорожный узел посреди огромного заболоченного района, опорный пункт и переправу через верховья Ловати.
Командир 33-й стрелковой дивизии полковник А.К. Макарьев 18 января в 15 часов получил боевое распоряжение о наступлении на Холм. Вечером того же дня в 23.30 был отдан приказ о выдвижении дивизии в район города Холм с последующим переходом в наступление и овладение городом. По этому приказу части дивизии в течение 19.01.42 г. выходили в район Холма, окружали его и, нанося удар с северо-запада и запада, в ночь на 20.01.42 г. овладевали городом, уничтожая в нем остатки отошедшего противника.
Дивизия при подходе к Холму имела 9924 человека, 374 автомата, 126 ручных и 18 станковых пулеметов, 50-мм минометов — 31, 82-мм минометов — 12, 76-мм орудий — 12, 122-мм орудий — 6. Вечером 20.01.42 г. началась борьба за Холм, а к утру следующего дня он был окружен. С 20.01.42 г. дивизия вела напряженные бои на подступах и непосредственно в Холме, одновременно отражая яростные атаки вновь подходящих частей 218-й пехотной дивизии в районе Куземкино. К исходу 23 января была очищена от противника вся западная часть города. Восточная часть Холма прочно удерживалась немцами, которые даже будучи окруженными дрались отчаянно. Весь февраль продолжались бои вокруг этого крошечного котла, советские войска безуспешно штурмовали укрепленные немецкие позиции.
Битвы за каждый дом
Сильно противнику помогало господство в воздухе. Чувствуя безнаказанность из-за отсутствия у нас истребительной авиации и зенитной артиллерии, противник нагло и самоуверенно демонстрировал свое превосходство в воздухе. Прилетев в район наших позиций, вражеские летчики сначала летали по кругу, а затем с воем пикировали, сбрасывали бомбы и обстреливали из пулеметов. Вместе с бомбами — листовки, в которых призывали прекратить сопротивление и сдаваться в плен, показывали бессмысленность сопротивления.
Видимо, посчитав, что после трехдневных бомбежек на наших позициях не осталось никого живого, противник утром 9 марта крупными силами пошел в наступление. Но не вышло. Встретив сильное огневое сопротивление и понеся большие потери, враг вынужден был отойти на прежние позиции.
Об ожесточенности боев в городе видно из воспоминаний участника обороны: «...одной из самых важных оборонных точек в крепости Холм была бывшая тюрьма ГПУ в центре города. А сейчас оставалось защищать только стены, поскольку все остальное было в руинах. Четырехэтажное здание само по себе выглядело как крепость... Прочные наружные стены и толстенные внутренние перегородки усиливал значительный слой бетона. ...Забыв про осторожность, упрямо пытаясь захватить столь престижный объект, коммунисты штурмовали его раз за разом, в паузах концентрируя на нем постоянный огонь артиллерии. Под их нажимом мы иногда оттеснялись вплотную к стенам тюрьмы. Но здесь линия фронта становилась непробиваемая и неизменно замирала на месте, так было в течение всего нашего пребывания в Холме.
Обе стороны признавали стратегически выгодную позицию тюрьмы. Для нас она превратилась в фокус обороны всей крепости, а для коммунистов — в главную цель атаки, о чем напоминалось несколько раз на дню. Было абсолютно ясно, почему мы ни в коем случае не можем себе позволить потерять тюрьму. Случись это, наша оборонительная позиция сократилась бы до узенькой полоски.
Каждый знал, что коммунисты уже неоднократно вламывались на первый и даже второй этажи тюремного форта, однако наши войска все же оставались хозяевами верхних этажей. ...Я до сих пор отчетливо вспоминаю длинный шест, который мы использовали, чтобы спустить гранату сверху вниз и кинуть в оконный проем на их головы».
Бомбардировочная авиация противника группами по 20-30 самолетов начиная с 19 января ежедневно сбрасывала большое количество бомб различного калибра, буквально устилая ими боевые порядки и стыки частей. Авиация выручала немцев еще и в другом.
Воздушный мост
После 21 января, когда Холм был полностью окружен частями Красной Армии, снабжение этого крошечного «котла» было возможно только по воздуху. На поле перед передним краем немецкие саперы смогли оборудовать взлетно-посадочную полосу длиной 70 и шириной 25 м. Посадка на нее была очень сложна и для многих транспортных Ю-52 заканчивалась катастрофой. Скоро поле покрылось обломками самолетов, поэтому пришлось переключиться на использование тяжелых планеров для подброски подкреплений и тяжелого вооружения. Продовольствие и боеприпасы стали сбрасывать на парашютах в контейнерах с бомбардировщиков Не-111, в отдельные дни сбрасывалось до двухсот контейнеров.
Если пилоты отцепляли планеры на несколько секунд раньше, чем нужно, они приземлялись на позиции Красной Армии. Даже когда планер касался земли в правильной точке, немцам приходилось как можно быстрее высылать туда всегда находившиеся наготове штурмовые подразделения. Часто к планерам наперегонки бросались группы солдат с обеих сторон.
Деблокада Холма
Стратегическое положение Холма, мощная оборонительная система, возведенная немцами, позволили Гитлеру назвать город Холм «крепостью». «Я с глубокой благодарностью наблюдаю за вашей героической борьбой за Холм, — обращался Гитлер к осажденным, — ваша мужественная защита города укрепляет ключевой пункт успешной операции, которая была запланирована».
Само собой, немцы воспользовались шансом для для деблокады Холма. Командованию 16-й армии были предоставлены резервы группы армий «Север». К Холму был направлен 39-й бронетанковый корпус генерала Арнима. Находящиеся под его командованием части приступили к повторному захвату города. В немецких документах эта операция называется «освобождение». К тому времени все резервы советских войск были на южных участках фронта.
День 3 мая был дождливым. Немецкие самолеты не смогли подняться в воздух. Но осажденные уже слышали приближающийся с юго-запада шум битвы.
4 мая немецкая авиация бомбила позиции наших войск. 5 мая, в начале одиннадцатого, на позиции обороняющихся немцев въехали самоходные орудия из 122-й пехотной дивизии – кольцо окружения было прорвано.
Дорого обошлась противнику оборона Холма. На огневых позициях — в окопах и среди руин оставалось в живых лишь 1200 человек. В убежищах, подвалах находилось 1500 раненых. Примерно такое же число мертвых лежало в могилах, неподалеку от тех мест, где они погибли.
Теперь Холм вновь стал частью немецкого фронта — единой передовой в районе к югу от озера Ильмень, где обстановка стабилизировалась. Комендант Холма генерал-майор Шерер 6 мая 1942 г. стал 92-м офицером, награжденным Дубовыми листьями к Рыцарскому кресту.
Зимой 1942\1943 года именно этот пример вдохновлял немецкое командование и окруженных на Волге немцев. Удар Манштейна в декабре 1942 года и воздушный мост должны были деблокировать 6ую армию. Понимали и высокую вероятность на советской стороне, поэтому и незамедлительно приступили к ликвидации окруженной Сталинградской группировки. Урок маленького города в Новгородской области не прошел даром и был выучен Ставкой ВГК. И именно поэтому его стоит помнить.