Так горько Люба не плакала никогда в своей жизни. Разрыв с Толиком оказался менее болезненным, чем с подругой.
Люба плакала навзрыд, никого и ничего не замечая вокруг. Когда её веки опухли, нос превратился в "сливу", а по венам потекло приятное тепло успокаительного, она смогла ненадолго забыться сном.
Ей снился бескрайний и бездонный океан, необыкновенно лазурного цвета, который на горизонте сливался со светлым и безоблачным небом. Белое, размытое пятно солнца, режущими глаза бликами, неторопливо перекатывалось невысокими волнами. И посредине этой удивительно тёплой и умиротворяющей картины тонула она - Люба. Солёная вода затекала в рот и забивалась в лёгкие, до рези слепила глаза. Руки Любы, словно крылья чайки, бились о прозрачную воду, что рассыпалась бриллиантовыми брызгами.
- Помогите! - хрипела Люба.
Но вокруг были только океан, небо и солнце.
- Помогите! - продолжала бороться за свою жизнь женщина. С каждым мгновением сил у неё оставалось всё меньше и меньше.
А потом дышать стало невозможно. Океан сомкнулся над головой женщины.
Люба боролась с нехваткой кислорода, задержав дыхание. Боролась так долго, как могла и...
Темнота стала её прибежищем.
Люба утонула во сне, чтобы очнуться в мире живых, тяжело дыша, с хриплым, отчаянным гриком, испугав женщину с которой делила палату:
- Мамочки! - вскрикнула та, вздрогнув и завалившись на подоконник, на котором находился пакет с вещами Любы. Пакет шумно бухнулся на пол. Вещи рассыпались по полу.
- Ох, - с облегчением выдохнула Люба, осознавая, что она жива и относительно здорова.
- Извини, - пропищала соседка по палате, - я случайно, - затараторила. - Телефон оставила на подоконнике, заряжаться. А потом пришло сообщение. Ну, я его проигнорировала. А затем ещё одно и ещё. Мне стало любопытно. Только я подошла к подоконнику, как ты закричала во сне. Да так страшно, будто с того света. Брр, - обняла сама себя за плечи, тряхнув короткими блондинистыми волосами. - Ещё раз извини, что уронила твой пакет.
- Ничего страшного, - махнула рукой Люба и, подрагивающими пальцами, вытерла проступившие капельки пота со лба.
- Хочешь я позову кого-нибудь из медсестёр, чтобы она помогла собрать вещи? Я как раз собралась на перевязку. Или ты сама сможешь наклониться? - поинтересовалась молодая женщина. - Я-то тебе не помощница, - и прижала ладонь к правому боку.
- Сама справлюсь, - кряхтя приняла сидячее положение собеседница.
- Ну, тогда я пошла, - женщина взяла свой телефон с подоконника и направилась к выходу из палаты.
- Иди, - вздохнула Люба. - Я и не подозревала, что в пакете может поместиться столько всего. Она схватилась за изголовье своей больничной койки и принялась медленно опускаться на колени, поскольку, наклониться не могла. Любое движение - вызывало болезенные ощущения. Вначале затряслись ноги женщины, затем всё тело завибрировало в такт сердцу. Люба замычала, закусив нижнюю губу. Встать на колени оказалось труднее, чем ей казалось. Сперва она встала на правое колено, затем на левое. А после опустилась на четвереньки. В такой позе собирать выпавшее из пакета было удобнее всего.
Люба неторопливо перемещалась по полу, собирая свои вещи.
- Оу, - вдруг замерла, наткнувшись взглядом на... то, чего не должно было быть в её вещах. - А это почему здесь? - удивлённо смотрела на "котёнка".
"Я люблю тебя", - само собой всплыло у неё в голове.
Не осознавая, что делает, Люба протянула руку, чтобы зажать в пальцах "малыша" до жалобного и болезненного "Я люблю тебя".
"Я люблю тебя", - ещё раз пропел ей "подарок". А потом ещё и ещё раз.
Люба слушала тоненький голосок и горько всхлипывала, стоя на коленях, опираясь одной рукой о пол. Сейчас, в целом мире, её любил только этот "малыш". И это, странным образом, вселило надежду в её израненное сердце. Каким бы волшебным образом ни вернулся в её пакет "котёнок, она была благодарна такому стечению обстоятельств.
- Люба? - в дверном проёме замерла соседка, которая вернулась с перевязки. - Что ты... Тебе плохо? - побледнела женщина, когда услышала очередной всхлип Любы. - Потерпи немного. Я сейчас позову...
- Нет! - громко всхлипнула Люба. - Не надо никого звать, - и повернула голову в сторону собеседницы, улыбнувшись.
- Не надо? - удивилась та. - Но ты ведь плачешь...
- От счастья, - пояснила Люба.
- От счастья? - сомневалась молодая женщина. - На полу? - охнула. - В больнице?
- Ты не поймёшь, - принялась подниматься на ноги Люба, цепляясь рукой за изголовье больничной койки.
- Я, возможно, и не пойму, - обиделась соседка, - а вот психолог, который к тебе придёт сегодня после обеда...
- Психолог? - вскрикнула Люба от прострелившей бок боли. - Зачем?
- Ну, - молодая женщина прошаркала тапками до койки, - я случайно услышала, что это, - замялась, - из-за твоей неправильной любви.
- У меня из любви, - села на край своей койки Люба, - только вот это недоразумение, - и сжала "котёнка", который тут же "промяукал: "Я люблю тебя!"
- Ну, - отвела взгляд собеседница.
- Ну? - нахмурилась Люба.
- Ну, - ещё раз протянула блондинка.
- Ну, - вторила ей Любовь.
- Ладно, ладно, - шумно перевела дыхание молодая женщина. - Никто не верит, что ты случайно упала. Все вокруг шепчутся, что твой мужчина, - и понизила голос до шёпота, - садист.
- Ик, - обескураженно смотрела на неё Люба.
"Я люблю тебя!" - пропищал "котёнок", которого она непроизвольно сжала.
- Бедненькая, - вздохнула блондинка. - Даже боюсь представить, через что ты прошла. Домашнее насилие...
- Ик, - только и могла ответить ей Люба.
© Copyright: Дёмина Наталья.
Продолжение следует...