В феврале 2026 года в Вашингтоне прошёл министерский форум по критическим минералам, собрав более 50 стран и Евросоюз. В рамках этого мероприятия Госдепартамент США представил проект Forge — стратегический ответ на китайское доминирование в войне за промышленное сырьё. Суть этой войны — контроль над производственными цепочками от руды до конечного продукта, и пока этот контроль удерживает Китай.
Как Пекин установил контроль
Китай контролирует более 70% мировых поставок кобальта и лития, почти весь коммерческий графит и занимает лидирующие позиции в переработке 19 из 20 ключевых промышленных минералов. Это результат многолетней стратегии: с 2000 по 2021 год Пекин вложил около 57 млрд долларов в минерально-сырьевую промышленность Африки, Латинской Америки и Азии. В то же время США, наоборот, ослабили свои позиции: в 1996 году Конгресс закрыл американское Бюро шахт, и к 2024 году США производили лишь 1% мировых критических минералов.
Однако главным инструментом Китая стало не столько производство, сколько ценообразование. В 2024 году, когда спрос на литий вырос на 30%, Китай резко увеличил экспорт, что привело к падению цен на 80%. Это заставило свернуть проекты в США, Канаде и Австралии. Аналогичная ситуация наблюдалась с никелем, кобальтом и графитом: спрос увеличивался на 6–8%, а цены падали на 10–20%. В итоге глобальные инвестиции в критические минералы выросли лишь на 2% сверх инфляции, а контроль над цепочками поставок стал ещё более концентрированным.
Forge: системный ответ или пустые обещания
На форуме госсекретарь США Марко Рубио представил проект Forge — Forum on Resource Geostrategic Engagement — как преемника Minerals Security Partnership. Его цель — не просто координировать добычу, но и создать преференциальную торговую зону для производителей и потребителей с гарантированными ценами и гибкими тарифами, чтобы защитить «дружественные» рынки от китайского демпинга. Одновременно Белый дом анонсировал Project Vault — государственно-частное партнёрство на 12 млрд долларов для создания стратегического запаса критических минералов в США.
Возникает парадокс: Запад долгое время критиковал Китай за нерыночные методы, такие как субсидии и государственное регулирование цен. Теперь же сам разрабатывает систему с аналогичными принципами. В борьбе за промышленное сырьё свободный рынок уступает место долгосрочной государственной стратегии.
Россия: архитектор цепочки или поставщик сырья
Для России в этой новой реальности есть как возможности, так и риски. Возможность — растущий спрос на независимые цепочки поставок. Риск — соблазн остаться на нижнем уровне, экспортируя концентрат.
К 2050 году вторичная переработка может закрыть до 35% потребности в меди и кобальте и до 20% — в литии. При этом уже сейчас 80% мировых мощностей по переработке батарей находятся в Китае, что означает, что следующий этап борьбы развернётся не только в добыче, но и в переработке и утилизации.
Перед Россией стоит вопрос: будет ли страна строить полный цикл производства — от месторождения до конечных материалов, таких как оксиды, металлы, магниты и катоды, или ограничится экспортом концентрата? Редкозёмы превращаются в новую нефть, но власть в этой «нефти» начинается не у скважины, а у завода глубокой переработки. Тот, кто остановится на полпути, рискует стать не игроком, а ресурсом.
Подписывайтесь на канал «Критический элемент», чтобы не пропустить продолжение. Впереди — много интересного.
Если материал оказался полезен — можно поддержать нас лайком, комментарием или донатом через кнопку «Поддержать».