Этот материал — пересказ личного опыта Винсента Толмана, основанный на его книге «The Light After Death», интервью изданию Business Insider и многочисленных публичных беседах. Наука до конца не изучила феномен клинической смерти. Каждый волен относиться к этой истории так, как сочтёт нужным.
Его тело уже лежало в мешке. Молодой фельдшер — первая неделя работы — вопреки протоколу решил проверить пульс ещё раз. Как оказалось, это решение изменило всё.
Винсент Толман провёл без признаков жизни около сорока пяти минут. Врачи констатировали смерть. А он в это время, по его словам, путешествовал по местам, описать которые человеческим языком почти невозможно. Он вернулся — и принёс десять принципов, которые, как он рассказывает, ему там показали и объяснили.
Это не религиозная история. И не мистика ради мистики. Это история о том, что один человек увидел — и как это изменило его жизнь.
Строгий отец, бодибилдинг и добавка с тайской этикеткой
Винсент вырос в семье с армейской дисциплиной. Отец — военный, требовательный, жёсткий. Протест копился годами и выплёскивался в драки. К двадцати годам Винсент нашёл другой выход — бодибилдинг. Тренировки дважды в день, строгий режим, добавки.
Нужную добавку не оказалось в продаже — ждать полгода он не хотел. Заказал онлайн. Пришла из Таиланда — этикетка на тайском языке, ничего не понятно. Принял, не разобравшись. Как выяснится позже, она была в двадцать раз концентрированнее американского аналога.
Началась тошнота, закружилась голова. Винсент решил, что поможет еда, и пошёл в кафе с другом. Помнит, как сидел за столом и всё вращалось вокруг. Вышел умыться — и упал на пол туалета.
«Они достали мешок»
Сначала — будто кто-то бросил его в холодную тёмную воду. Потом картина прояснилась. Он обнаружил, что смотрит на происходящее с потолка.
Внизу лежало чьё-то тело. Не сразу понял — своё.
Он наблюдал, как посетитель не мог открыть дверь туалета, как администратор вызвала скорую, как приехали трое фельдшеров. Винсент описывает, что слышал мысли каждого человека в зале — не слова вслух, а именно мысли. Как радиоприёмник, настроенный сразу на все частоты.
Медики констатировали смерть. Достали ярко-жёлтый мешок, положили тело, перенесли в машину.
Винсент наблюдал за всем этим без паники — как за чужим спектаклем. В машине он, по его словам, слышал мысли стажёра. Тот был потрясён. Думал: если бы я был главным — я бы попробовал реанимацию. Почему они не попробовали?
Пока он думал об этом, Винсент рассказывает, что заметил: тело фельдшера начало светиться изнутри — будто под одеждой зажгли лампочку. И тут же — чёткий, спокойный голос: «Он не умер».
Тот самый стажёр вопреки протоколу проверил пульс ещё раз — на ноге. И настоял на реанимации. Три разряда дефибриллятора. Сердце запустилось. Но Винсент оставался без сознания трое суток — с диагнозом «смерть мозга». Родственникам выдали брошюры по паллиативной помощи.
Проводник по имени Дрейк
Ещё до того, как сердце запустилось, пока Винсент наблюдал за происходящим со стороны, появился он.
Сзади стало тепло — как будто кто-то направил свет прямо в спину. Винсент обернулся.
Человек в белом. Длинная борода. Спокойный взгляд.
— Наверное, ты Бог?
Губы не шевельнулись, но ответ, как он описывает, прозвучал прямо внутри:
— Нет, сынок. Я — твой проводник. Меня зовут Дрейк.
Сначала был жизненный обзор — вся жизнь, просмотренная, как он говорит, за несколько секунд. Но не со своей точки зрения, а глазами тех, кого Винсент задел — словами, поступками, равнодушием. Всё — и плохое, и хорошее. В конце он понял: доброго он сделал всё-таки больше.
Потом Дрейк сделал простой жест: хочешь вернуться прямо сейчас?
Винсент выбрал идти дальше.
— Тогда я покажу тебе твой дом.
Десять принципов, которые он привёз оттуда
Они прошли через несколько уровней — реальностей, которые Винсент описывает как всё более наполненные светом и покоем. Всё происходило, по его словам, без слов — как живой опыт, который просто становился частью понимания.
Вот что он считает главным из пережитого. Десять принципов — сгруппированных по смыслу.
О себе
1. Будь собой — без масок
Дрейк показывал ситуации: с родителями Винсент изображал послушного сына, с друзьями — весельчака, хотя не был им, в спортзале — жёсткого, хотя внутри было иначе. Всё это — маски. Пока носишь маску, считает Винсент, невозможно ни отдавать, ни получать настоящую близость.
2. Освободись от предрассудков
Продолжение первого принципа — но глубже. Не только социальные роли, но и внутренние установки. Причём все — включая убеждённость в том, что у тебя их нет. «Я не предвзятый, но терпеть не могу предвзятых» — по мнению Винсента, это тоже предрассудок.
О смысле жизни
3. Земля — это класс, не зал суда
Мы приходим сюда не для того, чтобы нас взвесили и вынесли приговор, считает он. Мы приходим учиться. Развивать способность любить — это и есть, по его словам, единственная «программа».
4. Пойми природу трудностей
Страдания и тяжёлые события существуют не случайно. Они часть обучения — контраст, через который мы понимаем свет. Это прямое продолжение третьего принципа: если жизнь — класс, то трудности — задачи, а не наказание.
О любви и единстве
5. Люби всех — без исключений
Звучит как банальность. Но Винсент имеет в виду не избирательное тепло к «своим». Осознанная доброжелательность ко всем — даже к тем, кто раздражает, — это, по его убеждению, самая мощная внутренняя практика.
6. Мы все — одно
Разделение между людьми, как он считает, во многом иллюзия. Пятый и шестой принципы неразрывны: если мы едины, отношение к другим становится отношением к себе.
О мыслях и их силе
7. Мысли — это действия
Винсент убеждён, что мысли влияют на то, что происходит вокруг. Позитивный настрой притягивает позитивное. Негативный — негативное. Эту идею разделяют многие психологи в части самосбывающихся установок, хотя интерпретации расходятся.
8. Час силы
Практическое продолжение седьмого принципа. Первые тридцать минут после пробуждения и последние тридцать минут перед сном — особое время. Всё, чем ты наполняешь эти промежутки, становится фоном твоего дня и самоощущения. Не тревожные новости. Не чужие конфликты. Что-то, что поднимает, а не тянет вниз.
О связи с миром
9. Слушай внутренний голос
Интуицию мы часто заглушаем шумом — делами, экранами, тревогами. Винсент считает, что именно она — самый точный внутренний компас.
10. Технологии — инструмент, а не цель
Они должны служить росту и живому общению. Когда они их заменяют — становятся помехой.
Фотография, которая всё изменила
Невролог позже назвал восстановление словом, которое врачи используют редко: чудо. Пришлось заново учить базовые движения — но в остальном тело было здорово.
Первые месяцы после выписки оказались тяжёлыми. Депрессия, странные состояния, внутренние голоса. Врач, которому Винсент рассказал о пережитом, объяснил: галлюцинации, побочный эффект, и выписал рецепты.
Один раз прямо на приёме Винсент передал врачу слова, которые, по его словам, услышал от некой пожилой женщины. Врач взбесился и выгнал его без рецептов.
В тот же день позвонил. Извинился. Сказал тихо: «Я не знаю, чем вы больны. У меня нет методики лечения того, что у вас есть».
Но Винсент ещё долго считал весь свой опыт химическим сбоем мозга. До того дня, когда в семейном альбоме нашёл старую фотографию. Прапрапрадед по имени Чарльз Казер — в семье его звали только по прозвищу.
Дрейк.
Винсент говорит, что никогда не слышал об этом человеке и никогда не видел его портрета. Лицо оказалось именно таким, каким он его запомнил.
Как он живёт сейчас
Страха смерти у него нет. Совсем.
— Умирать было удивительно, — говорит он. — Возвращаться — нет.
Он написал книгу, стал публичным спикером, работает с людьми, которые переживают похожие состояния и не знают, что с этим делать. Женат, двое детей. Говорит, что каждый день просыпается с ощущением, что знает — зачем.
— Самый святой храм во Вселенной находится внутри вас. Всё, что вы впускаете в него — становится либо ключом к миру, либо вашей собственной клеткой. Мы страдаем не потому что обречены. Мы делаем это добровольно. А значит, можем выбрать иначе.
Что можно сделать прямо сегодня
Из всего, что рассказывает Винсент, самым простым в применении остаётся «час силы». Попробуйте один эксперимент: в течение недели первые тридцать минут после пробуждения не открывайте новости и не листайте ленту. Тишина, короткая прогулка, что-то, что радует или вдохновляет.
Не потому что так велел человек, побывавший на том свете. А потому что то, с чего начинается день, задаёт его тон. Это знает каждый, кто хоть раз замечал разницу между утром в спешке и утром в покое.
Верить или нет в то, что пережил Винсент, — каждый решает сам. Но вопрос, который он задаёт, остаётся: а вы точно живёте так, как хотите?