Заглянув сегодня утром в свой ящик с носками, я испустил тяжелый вздох.
Не то чтобы это был какой-то особенный тяжелый вздох.
Нет-нет, самое что ни на есть будничное «эхх», которых вы можете услышать, или сами издать, раз по двадцать в обычное утро или чуть больше того в паршивое.
Не самое лучшее начало дня, верно? Но конец этой истории, обещаю, порадует.
Так чем был вызван этот тяжелый «эхх»? В ящике были только носки, свернутые в пары.
И вот тут мне придется сделать отступление.
Вообще в свернутых в пары носках нет ничего плохого или даже сколь-нибудь постыдного.
Наоборот, аккуратно свернутые, рассортированные по узорам разноцветные пары не только создают уют, но также оказывают благотворное влияние на окружающих.
Я, например, знал одного человека, который сворачивал носки в пары не столько для порядка, сколько для душевного равновесия – говорил, что в этом процессе есть что-то медитативное.
Впрочем, это уже совсем другая история, да и человек тот был со странностями, так что не будем отвлекаться. Суть в том, что для большинства из нас свернутые носки – это признак порядка.
Но для меня – это сигнал бедствия. Я привык сворачивать только те пары, которые уже надевал, и которые рано или поздно отправятся в стирку. Чистые же всегда остаются в несвернутом состоянии.
Причина у этого весьма прагматичная, хоть она и не лишена определенной поэтичности.
Ящик для носков у меня один. Он разделен на две зоны, зону чистых и ношеных.
Но это до тех пор, пока он открыт. Когда он закрывается – внутри происходит всплеск энтропии. Раньше это называли элегантным словом «чертовщина».
Стоит лишь на секунду задвинуть этот ящик и снова выдвинуть, как вы увидите, что все содержимое перемешалось, слиплось и уже почти дошло до состояния однородной массы.
И чтобы вновь навести порядок потребуется отложить сегодняшние дела на завтра, а завтрашние – на послезавтра. И все для чего? Чтобы вскоре опять начать заново.
Однажды я провел такой эксперимент. Три раза подряд носки рассортировывались и раскладывались ровно по линейке вдоль стенок ящика. Затем на минуту ящик закрывался и снова открывался.
Результат превзошел все ожидания. В первый раз содержимое напомнило мне недопереваренное содержимое желудка плюшевого бегемота, во второй – динозавра, а в третий было уже больше похоже на переваренное
(Но не было понятно кому оно принадлежало, бегемоту или динозавру. Впрочем, какая разница).
Несмотря на столь сокрушительный успех эксперимента, я был не на шутку обескуражен.
Гордость за плоды научного метода боролась во мне с первобытным страхом. Шутка ли, иметь под боком котел первичного носкового супа. Я знаю из фильмов, чем это может грозить. Неприятностями!
Когда в этом первичном супе возникнет разумная жизнь она причинит мне кучу неприятностей. И это лишь вопрос времени, уж поверьте мне. Не успеешь оглянуться, как только что вставшие на ноги носки-неандертальцы начнут воровать продукты с кухни.
А когда осознают, что по квартире ходит огромный двуногий мамонт – то есть я, – с радостным воодушевлением устроят загонную охоту.
Последнее обстоятельство порядочно пугало меня. Настолько, что я пробовал пожить, не задвигая этот непутевый ящик. Так что же? Я стал натыкаться на него на каждом шагу, каждый раз рискуя свернуть себе шею.
Решив, что это когда-нибудь мне обязательно удастся, я вернул ящик на его законное место.
Требовалось придумать что-то другое.
Простым решением стал порядок, который я упомянул вначале. Чистые носки хранятся как есть, а ношеные – свернутыми в пары. Для чего это нужно?
Все очень просто. Вам знаком принцип «разделяй и властвуй»? Так вот это он в чистом виде! Когда рано или поздно появятся носки-неандертальцы, они сразу окажутся разделенными на две расы по признаку свернутости и тут примутся выяснять отношения.
Так я останусь в полной безопасности. Мне останется только поддерживать баланс сил или выступать арбитром.
Но оставалась одна немаловажная проблема. В этом случае я сохранил бы себе жизнь, но потерял запасы носков.
И вот тут, признаюсь, меня охватили сомнения. А не слишком ли далеко я зашёл в своих теоретических изысканиях? Не пора ли остановиться, выдохнуть? Стоит ли игра свеч?
Но, как это часто бывает с гениальными планами, останавливаться уже не хотелось.
Слишком уж красивая получалась задумка, чтобы вот так взять и отказаться от неё из-за какого-то там здравого смысла.
А еще мне нравится моя коллекция носков. Я специально подбирал их так, чтобы легко отличить одну пару от другой. Особенно мне нравятся красная и зеленая пара. В них я сам себе кажусь лучше во многих отношениях.
Я готов смириться с потерей остальных пар, но красная и зеленая должны остаться при мне.
Я решил, что так дело оставлять нельзя и крепко задумался. Крепко задумавшись, я понял, что нужно оставить все как есть.
Это мое любимое занятие. Я готов оставлять все как есть при любом удобном случае.
А сейчас как раз такой.
Во-первых, я не собираюсь надолго задерживаться на этой квартире, самое большее года три-четыре. Ну, может, пять. За это время скорее всего ничего страшного не произойдет.
Во-вторых, первобытное носковое племя, если ему все же суждено появиться, представляет немалый интерес уже само по себе. Неразумно зарубить это дело, не дав ему толком начаться.
И, наконец, в-третьих, мне так понравилась идея устройства и изучения самоорганизующейся системы в условиях отдельно взятого ящика для носков, что я твердо решил воплотить ее в жизнь.
Я определенно испытываю слабость к подобным идеям. Вот главная причина, по которой я храню носки именно этим способом.
Есть еще одна, но она совсем уж банальная.
Ящик для носков (как я уже говорил) у меня лишь один. Его содержимое ведет себя очень странно, об этом я тоже говорил.
В этих условиях необходимо как-то различать чистые и ношеные пары, а также отслеживать и поддерживать их соотношение, чтобы не приходилось ходить в грязных (от этого у меня ужасно портится аппетит).
А свернутые пары очень трудно перепутать с несвернутыми. С первого раза точно не получится (хотя со мной это до сих пор иногда случается).
Очень удобно! И если в ящике стало слишком много свернутых пар, это сигнал, что пора проводить стирку. Вот так!
И надо сказать, какое-то время система работала безупречно. Носки мирно делились на два лагеря, красная и зеленая пары почти не покидали зону чистых или очень быстро туда возвращались, а по утрам ящик открывался с легким сердцем.
Я даже начал привыкать к мысли, что гениальность и практичность наконец-то лично пожали друг другу руки прямо в моей спальне.
Но стали наступать моменты, когда чистые носки все же заканчивались. Нечасто, но стали. В один из таких моментов я и оказался там, где оказался. У раковины, стирая за раз десять пар носков.
Здесь и началась эта история.
Обычно на этом этапе я падаю духом, как атмосферное давление накануне урагана.
Трагический разрыв между идеальной задумкой и корявой реализацией встает передо мной во весь рост и на груди у него написано «ты что, совсем ку-ку?».
И ведь правда. Какие могут быть оправдания тому, что я не могу уделить 5 минут в день тому, чтобы постирать носки? А ведь я не могу. Ну, иногда я могу, но надо же не иногда…
И под тяжестью таких мыслей я ближайшие десять минут утопаю в пучине отчаяния. Потом как-то все налаживается.
Но в этот раз все было несколько иначе. Об этом я как раз и хочу рассказать.
Первые семь носков я как обычно вздыхал о своей пропащести, но между восьмым и девятым ко мне пришла интересная мысль: «А ведь я ни разу не ушел на второй круг».
Сначала я сам себе не поверил. Начал припоминать. И был немало удивлен тому, что, действительно, хоть и не раз оставался без чистых носок, но всегда брал себя в руки и шел их стирать. Поразительно!
Сперва я подумал, что со мной еще не все кончено, что я могу еще достигнуть чего-то в этой жизни, если только постараюсь (тогда я должен буду написать книгу о том какую роль в этом сыграли носки).
Но потом решил посмотреть глубже и не торопиться с выводами. Куда спешить-то, если впереди еще не меньше десяти носков.
Решил задействовать логику.
Где я обычно оказываюсь, когда не нахожу чистых носков?
Разумеется, перед раковиной с мыльной водой.
А когда это обычно происходит?
Как выяснилось, по утрам. Когда я заглядываю в ящик и не нахожу там ни одного чистого.
Но почему не накануне вечером, когда я убираю сегодняшнюю пару в ящик и вижу, что там нет завтрашней? Даже если у меня есть силы постирать хотя бы парочку пар.
А ответ до смешного прост: потому что вечером стирать носки мне категорически не хочется.
Вот оно!
Утром пропадает это самое «категорически» и остается только «не хочется», а ведь это уже совсем не страшно. С этим уже вполне можно работать.
Прокручивая эту мысль в голове, я вдруг отчетливо понял, что мое сопротивление стирке имеет четкий график работы. Почти по часам.
Вечером и в ночную смену оно выходит с полной выкладкой и тяжелой артиллерией.
Утром же эта суровая охрана почему-то спит в тапочках на босу ногу.
Я, конечно, еще был уверен, что дело в моей врожденной творческой хаотичности, что иногда, в порядке исключения, постирать с утра носки это моя творческая изюминка, но тем не менее решил этот вопрос довести до конца и начал рыть.
Рыть в сторону науки, потому что у науки передо мной есть два неоспоримых преимущества: она не хранит носки в одном ящике с энтропией и мыслит яснее.
Оказалось, наш мозг… Так обычно говорят, но это звучит ужасно, как будто у нас с вами один мозг на всех.
В общем, то, что у каждого из нас (надеюсь) находится в голове – это контора с жестким расписанием.
Утром, сразу после пробуждения, в ней царит состояние, которое ученые называют «медленным, заторможенным и немного торжественным». Или как-то так, я не запомнил точный термин.
Главное – что в этом состоянии мозг лишен возможности качественно придумывать отмазки. Голос, который вечером визжит: «Ты серьезно собрался стирать в такое прекрасное время?» – утром просто не открыл свои ставни. Он еще дрыхнет. В нем нет той искрометной энергии, чтобы разглядеть в носках врага и объявить ему бой.
Утром мозг – это идеальный исполнитель. Он берет задачу и тупо ее делает, не задавая лишних вопросов. Рутина для него – это естественная среда обитания.
А вот ближе к обеду, когда мозг окончательно продерет глаза, начнется самое интересное. Он проснется, потянется и потребует общения.
Днем ему нужны люди (как бы это двояко не звучало).
Ему нужно ходить на совещания, пить чай и обсуждать, как у кого дела, потому что социальный мозг включается на полную мощность.
Ну а вечером... Вечером происходит великое превращение.
Куда-то уходят люди, уходит суета, и вылезает та самая творческая сволочь, которая днем спала в уголочке и не подавала признаков жизни.
Вечером мозгу хочется придумывать, сочинять, или страдать от того, что он ничего не придумал и не сочинил. И если в это время сунуть ему в руки грязные носки, он устроит такую истерику, что мало не покажется.
Он скажет, что это насилие над личностью и вообще он художник, он так видит, а видит он себя на диване с книжкой. Или что-то в этом роде.
Поэтому мое утреннее спокойствие перед раковиной объяснялось просто: мозг был в режиме «святая простота», и ему было плевать на творческие порывы и социальные драмы. Он просто штамповал чистые носки.
Круто. Но сколько усилий было бездарно мною потрачено прежде, чем понять эту простую истину! Сколько пар носков я заставил себя постирать зря?
Но нет худа без добра. Теперь, зато, хотя бы есть о чем рассказать.
Вот. На этом и заканчивается данная история. Добавлю лишь, что я совсем перестал стирать носки вечерами, убедив себя, что по утрам мне это действительно нравится. Утром, стирая носки, я перестал рассуждать нравится ли мне это, или нет.
Правда, я заметил забавную штуку: утреннему мне кажутся элементарными дела, которые разумно делать дневному. Дневному кажется, что он с легкостью сделает то, что лучше всего получается у вечернего. А вечерний свято верит, что утром горы свернет. И все мы (утренний, дневной и вечерний) как выясняется, ошибаемся.
На самом деле я не раз и не два попался на эту удочку. Но почему это происходит я пока не знаю.
То есть, догадываюсь, конечно, но проверять эту догадку – значит снова лезть в дебри, а там, как выяснилось, водятся не только носки-неандертальцы, но и вполне реальные когнитивные искажения.
Выясню как-нибудь в другой раз. Если не забуду.
А я, скорее всего, забуду.
____________________________________________________________
Спасибо, что дошли до сюда. Ждите следующую историю в четверг на этой неделе!