Михаил Боярский рассказывает о своей жизни так, будто это чёрная комедия с элементами героики. Началось всё с чемодана вместо кроватки и таза вместо ванной — коммунальный быт, где горячая вода была роскошью, а двери не закрывались, потому что все друг к другу ходили завтракать.
Артистом он быть не собирался — слишком уж много артистов вокруг. Но музыка надоела, отец дал задание «играть пианиста до 11 класса», и мальчик неожиданно вошёл во вкус. Поступил в театральный последним, держался из последних сил, но втянулся.
После выпуска не брали нигде, пока Боярский не попал к Владимирову и не показал, что умеет петь и играть на гитаре. Так он оказался в Театре имени Ленсовета — просто потому, что подошёл «по типажу»: волосатый, музыкальный, живой.
Кино началось странно: то итальянец, то убийца, то враг — роли, которые не украшают резюме, но кормят. А потом случайная встреча с Ильёй Резником отправила его прямо в «Трёх мушкетёров». Снимали бедно: лошади из колхоза, реквизит воровали, шпаги делали заключённые. Но играли так, что фильм стал легендой.
Теперь у Боярского большая семья, семь внуков и понимание: даже без д’Артаньяна он бы состоялся. Кино — это заработок, но театр — жизнь. 🎭
Культура TODAY / Зарубежная культура
ещё по теме
