Я календарь переверну - и снова линька началась.
Лишь только я рукой коснусь – и мех посыплется опять.
Но почему, но почему расстаться с шерстью вам пришлось?
Ведь было всё у вас всерьёз лишь пару дней назад…
Пока нормальные люди отмеряют жизнь днями, неделями и месяцами, собачники живут периодами от линьки до линьки.
Сплю я обычно хорошо. Но в одну прекрасную ночь мучалась кошмарами - мне снилось, что меня пытают, засунув шерстяные носки в рот. Я задыхаюсь - в носу и горле ощущение мехового кляпа, от которого никак не избавиться. Начинаю придушенно мычать... и просыпаюсь. Выплевываю изо рта клок шерсти и такая: «Ну, здравствуй, линька! Заходи-проходи, мы тебя ждали».
Меня прямо бесит летающая повсюду шерсть. Шерсть в еде, в кофе мужа и даже в морозильнике. А уж если Рада прикладывается меховым бампером к черному пальто, то чувствую себя, по меньшей мере, седым йети. По скромным подсчетам, я съедаю за линьку полкило шерсти. В четыре раза больше оседает в пылесосе, который грозится пасть смертью храбрых в неравном бою. А вообще любому собачнику известно, что шерсть - это не только приправа к еде и декор одежды, но еще и утепление пола.
Но самое противное, что период линькопада у лохматых барынь не совпадает. Сначала Тая месяц радостно разбрасывает подшерсток по всем поверхностям, а Рада держится когтями за подштанники и не хочет лысеть. Потом Тефтелина устраивает феерический стриптиз, а Чернобурка отращивает меховую броню на окороках и валенки на пятках. К тому моменту, когда Тая станет похожа на ирландскую шерстистую овцу, Рада остается в страшненькой облезлой шубейке, которую пару лет грызла моль в бабкином шкафу.
Шерсть они теряют неравномерно: сначала всегда идут меховые трусы и только к концу линьки очередь доходит до воротника. А больше всего всегда достается филейной части. И вместо мохеровые панталон в 4 слоя сияет хммм… как бы это прилично написать… черная дыра посреди галактики. В общем, вид сзади становится неприличен и вызывающ. Я, когда смотрю на это безобразие, всегда начинаю думать, а не приклеить ли мне на скотч выпавшие лохмульки.
А барыням все нипочем. Они быстро смекнули, что виляние полуголым задом, пользуется большой популярностью у противоположного пола. На них даже стал заглядываться местный престарелый гусар, хотя в его возрасте правильнее было бы любоваться птичками и облаками, а не молодыми прожорливыми барынями.