– Если ты сейчас не принесешь этот телефон вместе с пакетом в супермаркет, где покупал продукты – жена умрет! – короткие гудки…
Вася Тяпкин стоял в коридоре собственной квартиры и держал в руках телефон. Аппарат был ему незнаком. Как и личность того, кто только что на него позвонил с угрозами.
Откуда этот телефон взялся среди апельсинов в его пакете с продуктами, Вася тоже не знал. Как обычно, заглянул в супермаркет у метро после работы и купил все по списку, который прислала жена. Попробуй не купи – всю плешь проест. Потом пошел домой, зашел в квартиру – звонок.
Он даже не сразу сообразил, почему Имперский марш из «Звездных войн» раздался вдруг из пакета.
Жена! Его жена в опасности! Возможно, сидит где-то связанная в подвале и плачет! Нужно срочно ее спасать!
Нет, Тяпкин не был супергероем. И даже обычным героем не был. Хотя, очень хотел. Он был бы рад найти чью–то потерявшуюся собаку, или вернуть кошелек. И, чтобы его слезно благодарили, а он бы скромно потупил взгляд и сказал: «Ну, что Вы, не стоит благодарности. На моем месте так поступил бы каждый». Но собак и кошельки всегда находил кто-то другой, и кто-то другой получал свою местечковую минуту славы. А может и материальное вознаграждение.
Вася посмотрел на телефон. Он и так готов был его отдать – зачем угрозы? А может в телефоне какие-то важные государственные тайны? И какой-то секретный агент, скрывающийся от погони, подкинул его Васе, в отчаянной попытке спасти данные?
Или… карта клада. За карту клада, пожалуй, можно и убить. Васе бы клад точно не помешал.
В этот момент в его размышления ворвался голос жены Нюры:
– Вась, ну ты чего там застрял? Пельмени стынут. Тащи уже сметану и укроп, и будем ужинать.
Василий решил, что на голодный желудок геройствовать такое себе. Да и с женой посоветоваться не помешает. Все же речь о ее жизни идет. Стоп! Жена не в плену у похитителя, а дома? Кого же тогда спасать? Он опять не совершит свой подвиг?
Машинально сунул телефон обратно в пакет, вручил его супруге, а сам отправился переодеваться и мыть руки. В ванной его и настиг возмущенный крик:
– Ты чего принес, а? Заставь, мужика Богу молиться, он и лоб расшибет! Я зачем тебе список отправляла? Где сметана? И с чего это ты, вдруг, шикануть решил? Клад нашел?
Ничего не понимающий Вася на всякий случай потер фантомную боль на лбу и отправился на кухню.
Увиденное его весьма озадачило. На столе лежали продукты, которые в их семье покупались обычно по большим праздникам, а то и вообще никогда: приличный кусок малосольной форели, какие-то сыры с замысловатыми названиями, колбасные и мясные нарезки, говяжья вырезка, баночка икры, авокадо, ананас, какие-то еще фрукты, помидоры-черри и около килограмма (!!!!) свежих огурцов, цена которых этой зимой почти сравнялась с биржевой ценой на золото. Венчали все это дело: торт и бутылка красного вина. Со списком совпадали только апельсины.
Он еще раз потер лоб. Что за праздник? Он опять забыл какую-то великую историческую веху из их совместной жизни? Сегодня точно не день рождения Анны – эту дату за годы совместной жизни, пройдя через боль как собака Павлова, он запомнил. Про дни рождения детей и многочисленных родственников она ему напоминала, осознав (но не приняв), что с этим тяжелым случаем и Павлов бы не справился. Тогда что? День знакомства? День, когда он сделал ей предложение (дернул же черт)? Годовщина свадьбы? День радио (жена когда-то работала уборщицей на одной известной радиостанции, и искренне считала, что это ее профессиональный праздник)?
Но, судя по словам жены, это все купил он сам. Причем, непонятно на какие шиши и в каком дурмане. До получки оставалась неделя, а бюджет трещал по швам, позволяя только самое необходимое, чтобы не уйти в минус. Пить тоже было не на что.
Нюра смотрела возмущенно-подозрительно и вертела в руках злосчастный телефон:
– За телефон, конечно, спасибо. Наконец-то понял намек. Только вот не пойму, почему не в коробке? Он не новый что ли? Где ты его взял? Надеюсь, не в ломбарде? Ты издеваешься? Я хотела современный смартфон с хорошей камерой, но новый, а не б\у-шный – непонятно чей! Ты пытаешься меня унизить, напоминая, что мы – нищеброды? На огурцы ты деньги, значит, нашел, а новый телефон жене купить не судьба? Еще бы и сдача осталась.
Несмотря на помехи в эфире в виде упреков Анны, картина в голове Василия начала складываться. Похоже, он перепутал пакеты в супермаркете. Правда, непонятно, как, но другого разумного объяснения не было. Как не было и объяснения, кто в здравом уме кладет мобильник в пакет с продуктами. Но это совершенно точно был тот, кто звонил с угрозами. И у Васи были все шансы увидеть этого тупого буржуя (в тайного агента он сам не очень верил). А заодно спасти жизнь жены. Хотя, в данный момент, он и сам готов был ее убить.
Только он открыл рот, чтобы объяснить все супруге, как телефон в ее руках запел: «Милая моя, солнышко лесное…». На экране высветилось имя звонящего: «Мое Солнышко». Нюра побагровела и обрушила на Тяпкина всю мощь своего гнева:
– Ааааа, я поняла! Это твой подпольный телефон, по которому ты со своей любовницей общаешься? Солнышко? Да ты меня так только до свадьбы звал, и то по пьяни! Кто она? Где ты ее нашел? Эта та бухгалтерша, с которой ты на корпоративных фото засветился? Я так и знала, что у вас что-то есть! Ты, что разводиться собрался? По этому поводу деликатесы притащил, чтобы подсластить пилюлю? Я тебе дам развод! А кредиты я буду выплачивать? Или она тебя с кредитами к рукам приберет? Сейчас я ей покажу!
Тяпкин не успел опомниться, как Нюра ответила на звонок и включала громкую связь. Оттуда донесся девичий голос:
– Алло! Вася?
– Х-ся! Ты кто такая?
– А-а Вы кто? Г-где мой муж?
– Муж? Твой муж? Да ты, подруга, вообще берега попутала! Он еще не развелся, а уже твой муж?
– В-в с-смысле – р-развелся? Мы не собираемся разводиться, просто поругались немного. К-кто Вы?
– Я кто? Я его жена! И развод я ему не дам, даже не надейся. Пусть сначала кредиты выплатит! Ты вообще знаешь, сколько у него кредитов? Нужен он тебе с долгами то?
В трубке повисла тишина, прерываемая всхлипами. Этой паузы хватило, чтобы Тяпкин решительно выхватил телефон и громко прокричал:
– Молчать, женщины! Я сейчас все объясню!
И он объяснил. Потом огреб от обеих, обрадованных таким счастливым поворотом, женщин. Потом, глотая слюни, собрал в пакет чужие продукты, едва избежав соблазна оставить хотя бы один огурчик. Нужно было совершить обмен и закончить этот театр абсурда.
Одного его жена не отпустила. И не потому, что не поверила. Она сама хотела посмотреть в глаза тому бессмертному, который грозился ее убить. На всякий случай прихватила с собой зонт-трость и пакетик молотого перца.
У входа в супермаркет переминался с ноги на ногу невысокий тщедушный юноша с большим пакетом и цветами. На богача он не тянул даже с натяжкой. На кровожадного убийцу чужих жен – тоже.
– Ты что ли Вася?
– Я. Ой, а это Вы? Спасибо, что принесли мой пакет и телефон. Я думал все, кранты мне. Уже и не надеялся. Хотел с женой помириться, романтический ужин устроить. Накупил всего, что она любит на последние, отвлекся на цветы, пакет оставил на столе, а потом взял, не глядя, Ваш. Хорошо, что заглянул уже у подъезда, когда телефон искал – я его туда случайно, видно, положил. А то… с Вашими продуктами какой уж праздничный стол… Ой, извините.
– Слушай, парень, я все понимаю, но я бы и без угроз все вернул. Мог бы сказать по-человечески! А то сразу – жена умрет.
– Я-я не угрожал. То есть, не я угрожал. Я же сразу обратно в магазин побежал, думал, вдруг Вы еще не ушли. Попросил у мужика телефон, чтобы позвонить, а он побоялся мне его в руки давать, спросил, что сказать и… сказал. Только я просил сказать – жена убьет. В смысле, что моя жена меня убьет. Ну, чтоб серьезность ситуации подчеркнуть. Но он спешил очень, может оговорился или не понял чего. Я потом хотел еще раз позвонить, но постеснялся опять телефон просить у кого-то. Думал, уже домой идти, а тут Вы. Спасибо огромное еще раз!
Тяпкин уже хотел было произнести свою домашнюю заготовку: «Ну, что Вы, не стоит благодарности. На моем месте так поступил бы каждый», но тут вмешалась Нюра Тяпкина с зонтом наперевес:
– Спасибо – не красиво! У нас, между прочим, пельмени стынут! И нервные клетки теперь восстанавливать надо. Огурцами, например. В них много магния, калия, витамина В и этого.... кверцетина.
И очень выразительно посмотрела на пакет с набором для извинительного романтического ужина.
Мини-Вася намек понял, спорить не стал, и, осознавая, что потери могли быть гораздо серьезнее, вручил Анне половину огурцов в качестве материального вознаграждения. Справедливость была восстановлена. Стороны попрощались и мирно разошлись.
Супруги Тяпкины разогрели пельмени и сели, наконец, ужинать. Сегодня к пельменям у них был салат из драгоценных целительных огурцов со сметаной и укропом.
Анна, очевидно, гордилась своей добычей и поглядывала на мужа с чувством некоторого превосходства.
Где-то в соседних домах молодая семья воссоединялась за романтическим ужином.
Только Вася был немного огорчен — он опять не стал героем.
Аглая Я
Другие мои рассказы