Бывает, читаешь Евангелие и натыкаешься на места, которые сбивают с толку.
Вот, например, эпизод со слепцами. Они идут за Христом по улицам какого-то города. Кричат: «Сын Давидов, помилуй нас!» - почти признают в Нем Мессию. Это время правления Ирода, того самого, который перебил вифлеемских младенцев. Ирод - эдумеянин, не из рода Давидова. А эти слепые называют Иисуса Сыном Давидовым, то есть царем по праву. Смелый поступок, опасный. Но Христос идет дальше, не оборачивается.
Они хромают за Ним по узким улочкам - ни асфальта, ни ровной дороги. Их толкают, обгоняют. Иисус молчит. Почему? Он же исцелял. Привели к Нему однажды всех больных - и всех исцелил. Здесь же - двое, которые верят, которые идут, которые не отстают, но Он медлит.
Зачем нужна эта пауза
Только потом, уже в доме, Он спросит: «Веруете ли, что Я могу это сделать?» Они скажут: «Да, Господи». И только тогда последует исцеление.
Вот эта пауза. Эта заминка. Почему сразу?
Можно, конечно, ответить стандартно: чтобы испытать веру. Но если вчитаться, становится страшно. Потому что получается: вера - это не просто согласие. Она должна быть зрелой. Она должна пройти через это молчание.
Мне кажется, Христос иногда медлит не потому, что не хочет исцелить. Он ждет, пока человек перестанет требовать чуда как доказательства и начнет искать Его самого. Чудо - не основание веры, оно следствие. А если основание веры - только чудеса, то вера не выживет. Потому что чудеса случаются не по расписанию. Между ними бывают долгие промежутки тишины.
Болезнь как школа
В этом смысле болезнь, которую мы так не любим, может оказаться тем самым пространством, где вера перестает быть детской и становится взрослой. В детстве мы часто думаем: если я попрошу, мне сразу дадут. Взрослый же понимает, что есть вещи, которые важнее немедленного исполнения просьбы. Или - важнее для души, чем для тела.
Это непросто принять. Особенно когда болеешь сам или когда болеешь кого-то из близких. Хочется, чтобы Господь немедленно вмешался. И в Евангелии Он вмешивается. Но не всегда и не со всеми. И это не жестокость. Это, если угодно, педагогика.
Когда родитель ограничивает ребенка - не дает смотреть мультики сутки напролет, отбирает планшет, не разрешает есть одно сладкое, - ребенок может плакать и думать, что его не любят. Но родитель видит дальше. Он растит человека, а не удовлетворяет капризы.
Мы, когда просим исцеления, часто просим комфорта. А Господь смотрит на душу. И если душа сейчас важнее тела, если болезнь может остановить ее от какого-то падения или, наоборот, разбудить от сна - Он медлит с исцелением. Не потому, что не может. А потому, что видит: сейчас исцеление не принесет пользы. Или даже навредит.
8 молитв об избавлении от пьянства, курения и других зависимостей
Молитва св. Иоанна Кронштадтского от пьянства
Ко Господу нашему Иисусу Христу о даровании трезвости
Св. мученику Вонифатию от алкоголизма
Святителю Вонифатию Милостивому от пьянства
Преподобному Моисею Мурину от алкоголизма
Пред иконой Божией Матери «Неупиваемая Чаша»
Кондак Пресвятой Богородице
Прп. Амвросию Оптинскому от страсти курения
Тридцать восемь лет ожидания
Вспомним еще один эпизод. Расслабленный у Овчей купели. Там, где ангел сходил и возмущал воду, и первый, кто входил, исцелялся. Этот человек лежал там тридцать восемь лет. Представляете? Тридцать восемь лет ждал, что кто-то опустит его в воду, пока ангел сходит. И при всем при этом - регулярное чудо происходит, а он все не может попасть в источник. Христос его исцеляет. И говорит: «Вот, ты выздоровел; не греши больше, чтобы не случилось с тобой чего хуже».
Страшные слова. Получается, исцеление не отменяет ответственности. Более того, есть предание, что этот самый расслабленный потом снова согрешил и заболел еще тяжелее. Не знаю, так ли это на самом деле, но смысл понятен: исцеление - не индульгенция. Оно может стать либо даром, который ты несешь дальше, либо ловушкой, если человек не меняется.
Вот почему Христос не спешит исцелять всех. Он ищет тех, кто готов не просто получить здоровье, а изменить жизнь. Кто готов, исцелившись телом, начать лечить душу.
А у тех, кто ищет только чуда, - вера часто остается на уровне магии. «Если Ты исцелишь - я поверю». Но Христос не торгуется. Он ждет веры, которая уже есть, веры, которая говорит: «Господи, если хочешь, можешь меня очистить», как прокаженный, - без условий, без сделок. Просто с доверием к Его воле.
Рядом с хосписом
И еще один момент. Господь исцелит все болезни. Правда, для этого надо попасть в Царство Небесное. Там не будет ни болезни, ни печали. Но пока мы здесь, на земле, болезнь - это напоминание. Напоминание о том, что мир лежит во зле. Что мы хрупкие. Что мы не бессмертны. Что жизнь - это миг, за который нужно успеть то, что действительно важно.
Рядом с нашим храмом есть хоспис. Туда приходят люди, которым осталось совсем немного. И знаете, есть те, кто умирает с молитвой - родственники зовут священника, и даже если человек уже не говорит, видно: для него это важно, душа его молится. А есть другие - в страшных состояниях, нераскаянные, озлобленные. И разница не в диагнозе, а в том, что человек успел или не успел сделать со своей душой.
Молитва перед исповедью
Сохрани, что бы не потерять.
Молитва прп. Симеона Нового Богослова
4 благодарственные молитвы по Святом Причащении
Что важнее - исцеление или сама душа
И если подумать, может, главная проблема не в том, почему Бог не исцеляет всех. Может, главный вопрос в том, что мы делаем со своей душой, пока тело еще держится. Пока есть время. Пока можно прийти в храм не по скорби, а по любви. Пока можно не ждать, когда уже не будет сил, чтобы начать что-то менять.
Болезнь, если посмотреть, - это еще и шанс. Шанс остановиться. Заметить, что куда-то не туда бежишь. Что-то разрушаешь. С кем-то не миришься. Господь не дает болезни, но попускает. И если мы начинаем лечить душу, то и тело часто получает облегчение. Не всегда, но часто. А если нет - то хотя бы уходим туда, где не будет ни болезни, ни печали, подготовленными.
А что может быть важнее?
Интересно знать:
