Андрей возвращался с работы и уже на подходе к дому почувствовал привычную тяжесть в груди. Дома ждала Света. Дома ждал очередной скандал. Он не знал, из-за чего сегодня — то ли мама опять что-то не так сказала, то ли он недостаточно внимательно выслушает её рассказ о рабочем дне, то ли просто настроение плохое. Повод всегда находился.
Он зашёл в квартиру, тихо разулся. Из кухни доносился запах ужина. Света стояла у плиты, помешивала что-то в кастрюле. Андрей облегчённо выдохнул — может, пронесёт.
— Привет, — сказал он, подходя к ней.
— Привет, — ответила она, не оборачиваясь. Голос был холодным.
Андрей напрягся.
— Что случилось?
— Твоя мама звонила.
— И?
— И спросила, как дела. Я сказала, что мы устали, что у нас мало времени, что не можем приехать в выходные. А она обиделась. Сказала, что мы о ней забыли.
Андрей вздохнул. Мама звонила раз в неделю, интересовалась, как они живут. Света воспринимала это как вторжение.
— Свет, она просто спросила. Она не требовала, чтобы мы приехали. Она вообще ничего плохого не сказала.
— Ты всегда её защищаешь! — Света развернулась, глаза горели. — Ты не видишь, как она ко мне относится! Вечно учит, вечно критикует! А ты на её стороне!
— Я не на чьей стороне. Я просто говорю, что мама не хотела тебя обидеть.
— А должна была хотеть? — голос стал визгливым. — Твоя мать должна меня уважать! Я её невестка! Я женщина! А она ведёт себя так, будто я никто!
Андрей промолчал. Он знал: если начнёт спорить, будет хуже. Он прошёл в комнату, сел на диван. Света пришла следом, встала напротив, скрестив руки.
— И вообще, — продолжала она, — ты такой же, как они. Не заботливый, не ласковый, не умеешь ухаживать. Я с тобой как за каменной стеной? Нет! Как с каменной стеной, которая на меня давит!
Андрей смотрел на неё и не узнавал. Когда-то, пять лет назад, она была другой. Весёлой, лёгкой, улыбчивой. А теперь она говорила: «Ты не умеешь заботиться», «Твои родители не воспитали тебя как надо», «Мужчина должен обхаживать женщину, а ты что?».
Он пытался. Он помогал по дому — не так. Он старался быть заботливым — недостаточно. Света всегда находила, к чему придраться.
— Ты посмотри на себя, — говорила она. — Вон, у Ленки муж — золото! И цветы дарит, и в рестораны водит, и с её матерью общий язык нашёл. А ты? Ты даже с моей мамой поговорить нормально не можешь!
— Твоя мама меня не любит, — тихо сказал Андрей. — Она с первого дня говорила, что я тебе не пара.
— А она права! — выкрикнула Света. — Ты и правда не пара! Я заслуживаю лучшего! Я женщина! Мне все должны!
Она выбежала из комнаты, хлопнув дверью. Андрей остался сидеть на диване, глядя в одну точку.
Родители
Конфликты со свекровью стали постоянными. Света считала, что родители мужа обязаны её любить, уважать, помогать, но при этом не лезть в их жизнь. Идеальный баланс, который существовал только в её голове.
— Твоя мать опять позвонила, — жаловалась она после каждого звонка. — Вечно учит, как детей воспитывать! А сама? Сама своего сына воспитала? Тряпку! Не мужика!
— Света, не трогай мою мать, — просил Андрей.
— А что мне её не трогать? Она меня трогает! Она вечно говорит, что я плохая хозяйка, что я мало работаю, что я не так воспитываю дочь! А кто она такая, чтобы меня судить?
Она требовала, чтобы Андрей поговорил с матерью, поставил её на место, запретил звонить. Андрей не мог. Он любил мать, уважал её. Она вырастила его одна, работала на двух работах, чтобы он учился.
— Если ты не скажешь ей, скажу я, — заявила Света. — И тогда будет скандал. Выбирай.
Андрей поехал к ней, объяснил, что Света тяжело воспринимает звонки. Мать обиделась, но замолчала. Звонить перестала.
Света торжествовала:
— Вот видишь, можно было сразу! Теперь она знает своё место!
Андрей молчал. Ему было стыдно перед матерью. И страшно перед женой.
Друзья
С друзьями было то же самое. Андрей почти перестал с ними общаться. Света считала, что они плохо на него влияют.
— Твой Петька — алкаш, — говорила она. — Вечно зовёт тебя в гараж, пить. Хороший мужчина не будет пить с друзьями, он будет дома с женой.
— Мы редко встречаемся, — оправдывался Андрей. — Раз в месяц.
— Раз в месяц — это много! Ты что, не можешь меня понять? Я одна дома, с ребёнком, а ты развлекаешься!
Он перестал встречаться с Петькой. Потом с Сергеем. Потом с коллегами после работы. Его мир сузился до квартиры, работы и Светы с её вечными претензиями.
— Почему ты такой неинтересный? — спрашивала она. — С тобой не о чем поговорить. Ты не развиваешься, не читаешь, ничем не интересуешься. Скучный!
Он пытался читать — она говорила, что книги отвлекают от семьи. Он пытался ходить в спортзал — она говорила, что это дорого и вообще «ты что, собрался себе кого-то искать?». Он пытался учиться — она говорила, что он должен больше времени уделять ей и дочери.
— Вы мне все обязаны! — заявляла она. — Я родила тебе ребёнка, я сижу дома, я всё бросила ради тебя! А ты? Ты даже спасибо не скажешь!
Он говорил спасибо. Каждый день. Но этого было мало.
Дочь
Даже маленькая дочь, которую Андрей обожал, стала полем битвы.
— Ты с ней мало занимаешься, — упрекала Света. — Ты не водишь её на кружки, не возишь в парк, не играешь. Я всё на себе тащу!
— Я работаю, — пытался возражать Андрей. — Я прихожу поздно. Но в выходные мы с ней гуляем.
— Гуляем? — усмехалась она. — Раз в неделю сходить в парк — это не гуляем. Это отбывание повинности. Настоящий отец был бы с ребёнком каждый день!
Андрей не знал, как это возможно, если он приходит в восемь вечера, а дочь ложится в девять. Он пытался делать работу раньше, просил начальника отпускать пораньше. Начальник согласился, но зарплату урезал. Света устроила скандал:
— Ты что, идиот? На кого ты нас оставил? На какие деньги мы будем жить? Ты должен думать о семье, а не о себе!
Андрей разрывался между работой и домом. Между желанием быть хорошим отцом и требованием быть добытчиком. Между любовью к жене и страхом перед ней.
Последняя капля
Всё кончилось в обычный вечер. Андрей вернулся домой поздно — задержался на работе, чтобы доделать срочный проект. Света ждала его на кухне с телефоном в руке.
— Твоя мать звонила, — сказала она ледяным тоном.
— И что?
— Я ей всё высказала. Всё, что думаю о ней. О том, как она тебя воспитала. О том, что она лезет не в своё дело. О том, что она мне никто.
Андрей почувствовал, как кровь отливает от лица.
— Ты что сделала?
— Сказала правду! — Света вскочила. — Она должна знать, что я о ней думаю! Я имею право! Я женщина, я...
— Замолчи, — тихо сказал Андрей.
Она опешила. Он никогда не перебивал её. Никогда не повышал голос. Никогда не говорил «замолчи».
— Что ты сказал?
— Я сказал: замолчи. Ты перешла все границы. Мама ничего тебе плохого не сделала. Она просто звонила спросить, как дела. А ты... ты унизила её. Зачем?
— Она меня унижает! Она всегда меня унижала! — закричала Света.
— Чем? Тем, что интересовалась нашей жизнью? Тем, что любила внучку? Тем, что пыталась помочь? — голос Андрея дрожал. — Света, я больше не могу. Я не могу жить с женщиной, которая считает, что все ей обязаны. Мои родители, мои друзья, моя работа, я сам. Все должны ей, все виноваты, все плохие. А она одна хорошая, несчастная, обиженная.
Он снял куртку, повесил на вешалку.
— Я ухожу.
— Куда? — она растерялась.
— К маме. Поживу пока. А ты... ты подумай, как мы дальше будем жить. Если будем.
Он собрал вещи за десять минут. Света стояла в коридоре, не двигаясь. Она не верила, что он может уйти. Он же всегда терпел. Всегда сглаживал.
— Ты не вернёшься? — спросила она, когда он открыл дверь.
— Вернусь, — ответил Андрей. — Если ты изменишься. Если поймёшь, что тебе никто ничего не должен. Ни родители мужа, ни его друзья, ни он сам. Люди делают добро по любви, а не по обязанности. А если любви нет — то и требовать нечего.
Он закрыл дверь. Света осталась в пустой квартире.
После
Андрей прожил у матери две недели. Мать не спрашивала, что случилось. Просто кормила, утешала, не лезла. Потом он снял квартиру. Решил пожить отдельно, подумать.
Света звонила каждый день. То плакала, то требовала, то угрожала. Андрей слушал и понимал: она не изменилась. Она всё так же считала, что все ей должны. Что он должен вернуться, потому что она — женщина, мать его ребёнка. Что она имеет право на его жизнь, на его деньги, на его терпение.
Он не вернулся. Подал на развод через полгода. Андрей остался с дочерью. Не полностью — Света не отдала, но суд разрешил видеться каждые выходные и половину каникул. Этого было достаточно.
Финал
Дочь росла, видела отца каждые выходные, любила его. Света пыталась настроить девочку против отца, но у неё не получалось. Андрей был спокойным, ласковым, никогда не говорил плохо о бывшей жене. Дочь чувствовала это и тянулась к нему.
Однажды Света встретила общую знакомую, которая спросила:
— Как твоя жизнь? Слышала, Андрей женился, счастлив.
Света усмехнулась:
— Счастлив? С такой бабой? Она же серая мышь. Ни красоты, ни ума, ни амбиций.
— Зато счастлив, — пожала плечами знакомая.
Теперь Света одна. С дочерью, которая всё больше тянется к отцу. С чувством обиды на весь мир.
Женщине все обязаны. Так думают те, кто не умеет любить, а умеет только требовать. Кто считает, что её статус, её пол, её «жертва» дают ей право на чужую жизнь, чужое время, чужие деньги. Она родила — значит, муж обязан. Она вышла замуж — значит, его родители обязаны. Она женщина — значит, все обязаны.
Андрей терпел, пока мог. Он любил Свету, пытался угодить, шёл на уступки. Но когда требования перешли границы, когда под удар попали самые близкие люди, он понял: дальше некуда. И ушёл. А вас дорогие читатели и подписчики приглашаю в свой тг-канал "Рита Райан" и на Бусти, скучно точно не будет.