Я в детстве была белокожая, рыжая и конопатая.
Интересно, что в те времена загаром никто особенно не интересовался, поэтому я не сильно выделялась своей белокожестью.
Лет с семи до 12 меня чаще всего на лето отправляли к двоюродной сестре матери тете Вере, у которой было две дочери, одна из которых уже вышла замуж и уехала жить в город, а вторая жила с мамой и бабушкой.
Теснотища была страшная и сестрица не особо привечала меня, да еще и старше меня была на 15 лет. Да еще по выходным приезжали мои родителя меня навещать. Где-то все размещались. Когда родители в воскресенье собирались уезжать я устраивала им истерику с воем, слезами и прочими детскими фокусами. Отчего я так орала, даже не представляю. Тетя и бабусенька были хорошие, чем могли баловали меня. В предыдущей главе забыла написать, что бабусенька была очень больна (что-то у нее было с ногами) и сколько я ее помню, на работу не ходила.
Тетя и бабусенька страшно обижались на мой вой, не понимая чего это я, вся обласканная целый день, ору без причины.
Кто-нибудь помнит, что в те времена детей в городе не было летом от слова совсем. Остаться в городе летом это была страшная трагедия для детей. Вот детишек и распихивали кто куда может - к бабкам, в пионерские лагеря. Видимо, мои родители тоже так считали. Интересно, что с пяти лет я была зимой вполне самостоятельна, а летом вот должна была быть с кем-то.
В тетином поселке из водоемов были только карьеры и мы с детишками с нашей улицы (в каждом доме были дети) бегали туда купаться и именно там я и научилась кое-как плавать. Ходить с детьми взрослым было некогда. У большинства детей к 10 годам были свои домашние обязанности. Бывало, позовешь подружку гулять, а она полы моет или в огороде поливает, поэтому сразу бежать не могла.
В этом поселке был магазин для колхозников, в котором были такие вещи, от которых мы только глаза таращили, но чтобы их купить надо было сдать какие-то тонны овощей. Колхоза там никакого не было, был поселок для работников кирпичного завода, где и работала моя тетя.
Лет к 12 мои волосы потемнели и превратились в такую гриву, что мытье ее было целым событием. Обычно мне заплетали две косы и иногда прохожие просили разрешения потрогать мои косы.
В это же время мама решила, что я достаточно взрослая и должна мыть полы в квартире.
Уборка в коммунальных квартирах проводилась по графику и по количеству членов семьи. Один человек - убирает одну неделю, два - две недели и так далее. Мусор надо было выбрасывать ежедневно, полы мыть раз в неделю. В нашей коммуналке полы были крашеные почти во всей квартире, но один коридорчик был с паркетом! Мыть паркет, потом натирать мастикой - страшное дело, но договаривались, что это дело проворачивали только раз в месяц.
Другим несчастьем было то, что краска периодически слезала и доски без нее надо было скоблить до бела. Ремонт затевали раз в десять лет, скидываясь на материалы. Ругались при этом с чувством и толком.
Соседки коршуном следили за моей уборкой. Матери они не посмели бы сделать замечание, а меня гоняли с большим удовольствием.
Однажды летом были решено меня отправить на лето к дяде и его жене (детей у них не было) в "Озерки". Это был маленький поселок ,состоящий из частных домов и из двухэтажных деревянных коммунальных домов. Комната дяди была на втором этаже. Опять-таки детей на улице дяди было море и мы гуляли с утра до ночи. Мне страшно там понравилось и на следующий год, а мне было уже 14 лет, родители сняли там нам дачу, приезжая с работы прямо туда. Ехать на электричке с Финляндского вокзала было минут 15.
Интересно, что на озера мы не ходили купаться, а опять нашли карьер и там полоскались.
Там не было магазина и мы ходили в Парголово пешком.
У хозяев дачи во дворе стоял стол для тенниса и они не возражали против того, что к нам стекалось половина детей с нашей улицы и мы устраивали такие битвы, ух!
В то лето мою подружку по дому с третьего этажа слева никуда не смогли пристроить на лето и попросили мою маму взять ее к нам на дачу. До этого я один раз с ними жила в яслях, где подружкина мама работала летом.
Мы с подружкой не ленились встать пораньше, чтобы потренироваться и обыграть всех остальных.
Было весело, а потом случилась с мной первая любовь.
Мы гуляли, играли в волейбол,катались на велосипедах (я на чужом), потом сидели в кустах под моим окном и вроде даже целовались. Домой я забиралась через окно, чтобы не беспокоить хозяев дачи.Родители уже крепко спали.
Мальчику было лет 15 и он собирался поступать в летное училище.
Однажды он чем-то обидел меня при всех и я со всей дури залепила ему пощечину, да на редкость неудачно - не по щеке, а по уху и он страшно напугался, что оглохнет и не пройдет медицинскую комиссию.
На этом наша любовь закончилась.
Потом я поняла почему я так полюбила поэзию Блока. Поэт любил эти места и в некоторых его произведениях часто упоминаются именно "Озерки".
Продолжение, наверное, будет.