Медиа-арту повезло. Он родился у нас на глазах. Серьёзно. Поэтому мы можем разложить его по полочкам. Не гадать, что там хотел сказать автор сто лет назад.
Три волны. Три смены технологий. И смыслов — тоже три. Запоминайте. Или просто прочувствуйте.
Волна первая. Видео и ярость против телевизора (1960–1980-е.)
Тут главный — Нам Джун Пайк. Electronic Superhighway и всё такое.
Первая волна — это видео. Художники хватают портативные камеры Portapak (они появились в 1967-м). И начинают творить. Альтернативу телевизору, понимаете? Они не просто снимают. Они исследуют природу видео. Критикуют сам медиум. Короче, бунтуют.
Кто тут главные? Нам Джун Пайк — тот чувак, который превращал телевизоры в скульптуры. Искажённый сигнал — его эстетика. Ещё Vito Acconci — исследовал тело и идентичность через видео-перформанс. Ну и Билл Виола. Он потом вывел видео-арт в медитативную, духовную историю.
Это искусство было «бедным» по технологиям. Зато богатым по смыслу. Оно росло из флюксуса, минимализма, концептуализма. Художников волновало время. Документация перформанса. Критика того, как медиа нас дурят.
Волна вторая. Цифра и интернет как новая земля (1990-е – начало 2000-х.)
А вот пример: Ольга Лялина. «My Boyfriend Came Back from the War» (1996). Скриншот раннего нет-арта. Браузер Netscape Navigator, фреймы, текст, который открывается кликами. Это одна из первых работ, которая жила только в сети. И нарратив пересобирался через выбор зрителя. Круто же, правда?
Вторая волна — это компьютеры. Потом интернет. Искусство уходит от аналогового видео в цифру. Компьютерная графика, интерактивные инсталляции, сайты. Появляется нет-арт — искусство, которое существует исключительно в сети.
Ключевые имена: Алексей Шульгин, Аристарх Чернышов — наши, российские пионеры. Работали с нет-артом и софт-артом в 90-х. Ольга Лялина с той самой культовой работой. На Западе — JODI, которые взламывали интерфейсы. И Roy Ascott — делал телематические проекты, объединявшие художников с разных континентов.
Что тут важно? Зритель стал активным участником. Искусство — интерактивным. Появилась больная тема — архивация. Многие работы 90-х бесследно исчезли. Дискеты, VHS-кассеты, закрытые сайты — всё, привет. Хранить такое искусство до сих пор проблема. Художники начинают работать не просто с картинкой, а с принципами работы цифровых систем.
Волна третья. Пост-интернет и материальность цифры (2010-е – сейчас.)
Вот пример посвежее. Хито Штайерль. «The Island» (2025). Кадр из видеоинсталляции: синие LED-полы, разбитая дорожка из света, на экране — Flash Gordon в костюме на фоне хорватского острова. Штайерль говорит об «AI-слопе» — цифровом мусоре. О том, как алгоритмы затапливают реальность. Работу показали в Fondazione Prada, 2025 год.
Сегодняшняя волна — интернет уже не новая среда. Он — фоновая реальность. Художники работают с тем, как цифровое врывается в физическое. Алгоритмы, нейросети, искусственный интеллект, «бедные изображения», глобальные платформы. Самый кайф третьей волны — цифровое искусство вдруг начинает говорить о материальности.
Художники теперь исследуют: как цифра вторгается в физику?
Хито Штайерль — главный голос, наверное. Она говорит о «бедных изображениях». О пикселях, которые кочуют по сети, теряют качество, но не смысл. Она говорит о цифровом капитализме. О том, что у кнопки «лайк» есть материальные последствия. Вдумайтесь.
AI-арт, генеративные нейросети, VR/AR — всё это часть третьей волны. Но главное — не «вау, новые технологии». А критическое осмысление. Как технологии переупаковывают реальность. Кстати, искусствовед Оливер Грау говорит: новые медиа обладают огромной манипулятивной силой. Её можно использовать во благо. А можно и во зло.
Россия сейчас? Provmyza, Дмитрий Каварга, Андрей Смирнов. Работают с алгоритмами, нейросетями, VR. Не ради хайпа. Ради вопроса. Мне кажется, это важно.
Где мы сейчас?
Сегодня медиа-арт — в точке напряжения. С одной стороны — тотальная цифровизация. AI, геймификация. С другой — возвращение к материальному. К тактильному, телесному. Как способ сохранить связь с реальностью. Фестивали вроде Ars Electronica, transmediale активно работают с медиа-артом. Но проблема сохранения и коллекционирования всё ещё острая. Никуда не делась.
Мы живём в эпоху, когда технологии перестали быть просто инструментом. Они стали средой обитания. И медиа-арт сегодня — это не про «крутые прибамбасы». А про то, как мы в этой среде остаёмся людьми.
Источники
- Rush, Michael. *New Media in Late 20th-Century Art*. Thames & Hudson, 1999.
- Богоявленский, А. Е. Теория I-Медиа: полипарадигмальный подход. Издательство Уральского университета, 2017.
- Ring, Annie. The Material Impact of ‘the Digital’ in Counter-Archival Video Works by Hito Steyerl and Brenda Lien. In: Citational Media. Legenda, 2025.
- Charlesworth, J.J. Hito Steyerl’s ‘Conservative’ Turn. ArtReview, December 2025.
- The HRD. Media Art: как искусство совершает прорыв в науке c помощью технологий. 2019.