— Это всё твоя вина! — голос Валентины Ивановны дрожал от злости. — Пять лет прошло, а у моего Игоря до сих пор детей нет! Ты его сглазила!
Я медленно отложила чашку чая, которую держала в руках. За окном моей кухни падал мартовский снег, последний в этом году. Телефонный звонок застал меня врасплох — я думала, что навсегда распрощалась с прошлым.
— Валентина Ивановна, добрый день и вам, — ответила я как можно спокойнее. — Не понимаю, при чём тут я.
— А при том! — она говорила так громко, что я отодвинула телефон от уха. — Семь лет замужем были, а детей не родила! И теперь он женился на Кристине, уже два года живут, а толку никакого!
Я прикрыла глаза. Валентина Ивановна не изменилась — всё так же винила меня во всех грехах. Когда мы с Игорем развелись, она кричала, что я разрушила её сыну жизнь. Сейчас обвиняла в том, что он не может стать отцом.
— Может, дело не во мне? — тихо предложила я. — Вы думали об этом?
— Чепуха! Мой Игорёк здоровый! Это ты его испортила своими... выкрутасами!
Выкрутасами она называла мои попытки завести детей. Годы планирования, надежд, разочарований. Игорь тогда говорил: «Не торопись, всё будет». А я мучилась вопросами, проходила обследования, меняла образ жизни.
— Валентина Ивановна, я не понимаю, зачем вы звоните. Мы развелись пять лет назад.
— А затем, что Кристина хорошая девочка! Она его любит, хочет детей, а ничего не получается! И я знаю, почему!
В трубке раздался звук открывающейся двери и молодой женский голос:
— Валентина Ивановна, что происходит? Кому вы звоните?
— Кристиночка, я звоню его бывшей жене. Выясняю, что она с моим сыном сделала!
— Что? — голос девушки стал ближе к трубке. — Простите, но это же... неуместно.
Я почувствовала к ней симпатию. Пять лет назад я бы не осмелилась перечить свекрови.
— Передайте трубку Кристине, — попросила я.
— Зачем? — встрепенулась Валентина Ивановна.
— Хочу с ней поговорить. Раз уж вы подняли эту тему.
Послышался шум, приглушённые голоса. Потом новый, молодой и немного напуганный:
— Алло? Меня зовут Кристина. Я... я жена Игоря.
— Привет, Кристина. Меня зовут Лариса. Не пугайся, я не собираюсь ругаться или предъявлять претензии.
— Я не знала, что Валентина Ивановна вам звонит, — быстро заговорила девушка. — Это неправильно, прошу прощения.
— Всё нормально. Скажи, а вы с Игорем проходили обследования?
Молчание. Потом тихое:
— Я прошла. У меня всё в порядке.
— А Игорь?
Ещё одна пауза:
— Он говорит, что с ним всё хорошо. Что просто время не пришло.
Те же слова, что он говорил мне. У меня защемило сердце — не от ревности, а от жалости к этой девушке.
— Кристина, а ты настаиваешь на том, чтобы он тоже обследовался?
— Я пыталась, но он... он не хочет. Говорит, что это унижает его мужское достоинство.
И тут я поняла. Пять лет назад я так и не узнала правду. Развелась, думая, что проблема во мне. А она была совсем в другом.
— Кристина, — сказала я решительно, — мне нужно тебе кое-что рассказать. То, о чём я узнала уже после развода.
— О чём? — голос Кристины дрожал.
Я встала и подошла к окну. Снег кружился, укрывая город белым покрывалом. В комнате пахло мандаринами и корицей — остатками прошлогоднего Нового года, который я встречала в одиночестве, но счастливо.
— После развода я пошла к врачу-генетику. Просто чтобы понять, смогу ли я иметь детей в будущем.
— И?
— Оказалось, что у меня редкая особенность. Я совместима далеко не со всеми мужчинами. Очень малый процент.
— Не понимаю, — прошептала Кристина.
— Это значит, что дело было не в том, что у меня что-то не работает. Дело в совместимости. С Игорем у меня детей быть не могло в принципе. Но он об этом не знал.
В трубке повисла тишина. Потом раздался голос Валентины Ивановны:
— Что за чепуха? Отдай мне телефон!
— Нет, — твёрдо сказала Кристина. — Лариса, продолжайте.
— Я тогда пыталась объяснить Игорю, предложить пройти анализы вместе. Но он отказывался. Говорил, что всё образуется само собой.
— А сейчас... сейчас у вас есть дети? — тихо спросила девушка.
Я улыбнулась, глядя на фотографию на холодильнике — я с животиком на седьмом месяце:
— У меня будет ребёнок через два месяца.
— Поздравляю, — искренне сказала Кристина. — Значит, проблема действительно была в совместимости?
— Да. С моим мужем Денисом мы зачали малыша с первого раза.
В трубке снова раздались приглушённые голоса. Валентина Ивановна что-то возмущённо говорила, Кристина ей отвечала. Потом девушка вернулась к разговору:
— Лариса, а что если... что если с Игорем такая же ситуация? Что если мы тоже не совместимы?
— Очень возможно. Но есть способы это выяснить.
— Какие?
— Комплексное обследование. Оба должны пройти. И генетическое тестирование на совместимость.
— Но он не согласится, — в голосе Кристины слышалось отчаяние. — Говорит, что это всё ерунда.
— Тогда у меня есть предложение.
Дверь в комнату открылась, вошёл Денис — высокий, спокойный, с добрыми глазами. Увидев, что я разговариваю по телефону, молча подошёл и обнял меня со спины, положив руки на округлившийся животик.
— Какое предложение? — спросила Кристина.
— Приезжай ко мне. Поговорим. Я дам тебе контакты клиники, где можно пройти все анализы. И расскажу, как убедить Игоря.
— Но Валентина Ивановна...
— А Валентина Ивановна пусть наконец поймёт: проблема не в женщинах, которых выбирает её сын. Проблема в том, что он не хочет нести ответственность за собственную жизнь.
В трубке раздался возмущённый крик свекрови:
— Какую ещё ответственность? Мой Игорёк и так всё делает правильно!
— Валентина Ивановна, — сказала я спокойно, — а вы знаете, что ваш сын курит уже пятнадцать лет?
Тишина. Потом неуверенное:
— Что за глупости?
— И что он принимает препараты для повышения спортивных результатов? Те самые, которые влияют на репродуктивную функцию?
— Откуда... как вы...
— Я была с ним замужем семь лет, Валентина Ивановна. Думаете, я ничего не замечала? Просто тогда молчала, как и во многом другом.
Денис погладил мой живот и прошептал на ухо:
— Всё хорошо?
Я кивнула и продолжила разговор:
— Кристина, ты там?
— Да, — голос девушки звучал растерянно. — Это правда? Про курение?
— Спроси его сама. И про спорт-пит тоже. Он до сих пор качается в зале?
— Каждый день. Говорит, что это для здоровья.
— Возможно. Но некоторые добавки, которые он принимает, могут серьёзно влиять на способность зачать ребёнка.
В трубке снова послышался шум. Кристина о чём-то спорила с Валентиной Ивановной. Потом раздался мужской голос — знакомый, но изменившийся:
— Лариса? Это Игорь.
Сердце пропустило удар. Пять лет мы не разговаривали.
— Привет, Игорь.
— Что ты рассказываешь моей жене? — в голосе слышалось раздражение.
— Правду. Ту, которую ты не хочешь признавать.
— Какую правду? Что ты меня обвиняешь в том, что у нас не было детей?
— Нет, — я села на диван, Денис устроился рядом. — Я никого не обвиняю. Просто говорю факты.
— Какие факты?
— То, что мы никогда толком не выясняли причину. Ты отказывался идти к врачам, а я думала, что проблема во мне.
— И что? — голос Игоря стал холоднее.
— А то, что сейчас та же ситуация повторяется с Кристиной. Два года попыток, никаких результатов, а ты по-прежнему не хочешь обследоваться.
— Со мной всё в порядке!
— Откуда ты знаешь? — впервые за годы я заговорила с ним жёстко. — Ты же никогда не проверялся!
Молчание. Потом:
— У тебя есть дети?
— Будут через два месяца.
Ещё одна пауза. Когда Игорь заговорил снова, голос у него дрожал:
— Значит, дело было во мне?
— Игорь, дело не в том, кто виноват. Дело в том, что проблемы можно решить, если не прятать голову в песок.
— Какие проблемы?
— Курение снижает качество спермы на тридцать процентов. Анаболики — ещё на сорок. Плюс стресс, неправильное питание, отсутствие витаминов. Хочешь детей — начни с этого.
В трубке стало очень тихо. Слышно было только тиканье часов и шум за окном.
— Лариса, — наконец сказал Игорь. — А если я всё это сделаю... пройду анализы, брошу курить... ты думаешь, у нас с Кристиной получится?
— Не знаю. Но шансы значительно вырастут.
— А почему ты мне тогда не сказала? Пять лет назад?
Я вздохнула:
— Говорила. Много раз. Но ты не слушал. Говорил, что это всё ерунда, что время ещё есть, что не нужно панико
вать.
— Я не помню...
— Потому что не хотел помнить. Тебе было проще думать, что всё образуется само собой.
Денис взял меня за руку и сжал — молча поддерживая.
— Игорь, — добавила я мягче. — У тебя замечательная жена. Она тебя любит, хочет детей. Не повтори тех же ошибок.
— Что ты имеешь в виду?
— Иди к врачу. Вместе с ней. Пройди все анализы. Брось курить и эти свои добавки. И тогда, может быть, через год у твоей мамы появятся внуки.
В трубке снова раздался голос Кристины:
— Лариса, спасибо. За честность.
— Удачи вам, — искренне пожелала я. — И помни: если мужчина любит, он готов измениться ради семьи.
Когда я положила трубку, Денис обнял меня крепче:
— Тяжёлый разговор?
— Нет, — улыбнулась я. — Наоборот. Освобождающий. Пять лет я думала, что не могу быть мамой. А оказалось, просто была не с тем человеком.
— И как ты себя чувствуешь?
— Легко. Впервые за долгие годы — очень легко.
Малыш толкнулся изнутри, словно соглашаясь с мамой. А за окном перестал идти снег.