Руссель, ч.2

Руссель, ч.2

– богатый, эксцентричный парижанин, который был уверен что создаёт «научный» способ письма на основе каламбуров и омонимий и в итоге стал одним из тайных отцов сюрреализма, ОУЛИПО и «нового романа», хотя при жизни его почти никто не читал.

Жил замкнуто, путешествовал в роскошном авто-доме собственной конструкции, избегал авангардных кружков, но с маниакальной убеждённостью верил в своё «открытие» в области письма. Испытывал чувство «предназначенности к славе» и манию величия – ожидал триумфа первой поэмы и романа La Doublure.

Procédé

Главное изобретение Русселя – его знаменитый «метод» (procédé), описанный в тексте «Comment j'ai écrit certains de mes livres»/«Как я написал некоторые свои книги» 1935).

Схема в грубом приближении: берётся фраза, к ней подбирается другая, фонетически почти идентичная, но с радикально иным смыслом (омонимии, каламбуры, метаграммы). Текст должен начинаться первой фразой и приходить ко второй; между ними разворачивается цепочка невероятных событий, машин, персонажей, «объясняющих» скачок смысла.

Это машина производства непредсказуемых нарративов на основе чисто звуковых и морфологических сдвигов. Руссель считал метод почти «научным» и способным перевернуть литературу; он усложнял его всю жизнь, превращая в автономный механизм письма.

Некоторые произведения

Impressions d’Afrique (1910) – роман и пьеса о выдуманной Африке, населённой невероятными изобретениями, автоматами, экспериментами; сюжет строится как серия демонстраций и объяснений этих «чудес».

Locus Solus (1914) – учёный Кантерель водит гостей по своему имению и показывает им страннейшие устройства и сцены (например, оживлённых трупов, воспроизводящих эпизоды своей жизни); книга – почти сплошное описание и комментарий к этим конструкциям.

Nouvelles Impressions d’Afrique (1932) – чудовищно сложная поэма с многократными вложенными скобками и бесконечной цепью отступлений; часто её называют своего рода «компендиумом» его экспериментов.

Comment j’ai écrit certains de mes livres (1935, посмертно) – ключевой теоретический текст, раскрывающий его procédés и фактически превращённый в объект культа у писателей и теоретиков.

Характер стиля: крайняя описательность, перечисления, практически полное отсутствие психологической мотивации; всё подчинено логике механизма и языковой игры, а не «правдоподобию» или мимесису.

Отверженный современниками и кумир авангарда

При жизни Руссель был, в сущности, провалившимся автором: его пьесы и романы воспринимали как диковинную неудачу, буржуазную вычурную безвкусицу.

НО

– сюрреалисты, особенно Бретон, Пику, Арагон, сделали его своим тайным героем; Бретон говорил, что он «всецело решился следовать только наклонностям своего духа»

– Марсель Дюшан называл его тем, «кто указывает путь», а художники вроде Дали и Пикабии использовали его как модель радикального воображаемого.

– позднее ОУЛИПО (Кено, Пере́к и др.) и «новый роман» (Роб-Грийе и др.) увидели в его методе предвосхищение формальных ограничений и «материалистической» техники письма

– Мишель Фуко посвятил ему отдельную книгу (Raymond Roussel), рассматривая его как фигуру, через которую можно понять отношения языка, представления и безумия в современности

Кураторские проекты вроде выставки «Locus Solus: Impressions of Raymond Roussel» в музее Рейна София показывают, насколько его вселенная стала точкой притяжения для художников, философов и писателей XX века.

Актуальность

– радикально непсихологический роман: вместо персонажей с глубиной – языковые машины и странные устройства; это роднит произведения Русселя с современными «нелинейными» и концептуальными текстами

– письмо как конструктор: он показывает, как из чисто звуковых и омонимических сдвигов можно породить целые миры, не опираясь на опыт или реализм; это почти «латентная программируемость» литературы

– фигура безумия и славы: человек, который всю жизнь был убеждён в своей гениальности и в системе, которую никто вокруг не признавал; именно это «заблуждение» потом оказалось продуктивным для целого века авангарда

#znakperemen

#АссоциацияПЛТ

#СеминарПоляЛоранаАссуна