Уже в «Мышлении и действии» видно его ключевое открытие: осознавание движения — это телесный мост между сознательным и бессознательным

Уже в «Мышлении и действии» видно его ключевое открытие: осознавание движения — это телесный мост между сознательным и бессознательным. И это ключ к пониманию терапевтической и трансформационной силы метода.

К 1929 году интерес Фельденкрайза к Куэ и его растущее мастерство в боевых искусствах заложили концептуальную и физическую основу для его будущих соматических исследований. И то, что «Мышление и действие» переиздали в XXI веке, очень важно, потому что это показывает: с самого начала метод Фельденкрайза был мотивирован желанием создать терапевтический подход к исцелению бессознательного через сознательный контроль движения и позы.

«Мышление и действие»: содержание и контекст

Это небольшая монография. Две главы Фельденкрайза - «Бессознательное как исполнитель» и «Последний в деле, первый в мысли» - занимают всего 23 страницы.

На обложке - фото молодого Моше Фельденкрайза, сделанное в студии «Пластика» на улице Алленби в Тель-Авиве. Он в расцвете своей юной мощи, задумчиво смотрит в будущее. Мы, сегодняшние читатели, знающие, кем он стал, смотрим назад - в его голову.

Фельденкрайз посвятил свой перевод «Практики самовнушения»«иммигрантам». Имеются в виду его товарищи по иммиграции в тогдашнюю подмандатную Палестину. В основном выходцы из Восточной Европы - бывшие угнетенные люмпены, интеллектуалы, талмудисты, хасиды (из той же среды, что и сам Фельденкрайз) - они взяли на себя задачу возродить еврейскую родину. Это посвящение - не просто дань уважения. Это улика: задача личного и социального обновления, к которому, как он надеялся, «Практика самовнушения» внесёт вклад.

Сионистский проект требовал сознательного процесса обновления на уровне личности и общества. Во-первых, физического обновления - через ручной труд и самооборону. Моти Натив в своём предисловии рассказывает ироничную историю из книги «Третья алия»: Фельденкрайз инструктирует своего бывшего учителя Авигдора Гриншпана (тоже из Восточной Европы) игнорировать страдания от изнурительного физического труда. Физически мощный Фельденкрайз говорит Гриншпану: «Работа делает жизнь сладкой», в отличие от вечного изучения Торы, которое «высасывает силы». Эта история очень показательна: Фельденкрайз пытался отойти от своих духовных корней (или трансформировать их) через физическую активность. Для сионистского проекта это было судьбообразующим фактором, но у Фельденкрайза он стал особенно тонким и детализированным в его соматических исследованиях.

Благодаря Куэ - и, возможно, своим собственным хасидским корням - Фельденкрайз понял, что личная трансформация требует изменений как на уровне индивидуального, так и коллективного бессознательного. Поэтому он так загорелся идеей перевести Куэ на возрождённый современный иврит.

В каком-то смысле интерес Фельденкрайза к физическому труду, боевым искусствам и движению параллелен философскому призыву Эдмунда Гуссерля «вернуться к самим вещам» в феноменологии. И как феноменология, это возвращение включает в себя внимание к бессознательному материалу - или, на феноменологическом языке, к до-рефлексивному опыту.

Ключевые инсайты

В «Мышлении и действии» Фельденкрайз выдаёт несколько ключевых инсайтов о бессознательном. Стоит их подчеркнуть в свете позднего развития метода.

Первый: важность бессознательного для способности к личной трансформации. Он пишет: «Необходимо показать, что бессознательный ум играет значительную роль в действиях сознательного ума». Этот инсайт явно лежит в основе самоизменения через уроки «Осознавания через движение» (ATM), но также и в основе парного взаимодействия в «Функциональной интеграции» (FI). «Бессознательный ум — это настоящая сокровищница воспоминаний и знаний, которые становятся доступными нам только через усердное наблюдение, изучение, опыт и немалые старания».

Второй: эволюционная природа бессознательного. Фельденкрайз пишет: «Более того, наше бессознательное - это хранилище не только наших личных воспоминаний и опыта, но и опыта наших отцов и праотцев за многие поколения повторений». В «Мышлении и действии» полно раввинистических и библейских цитат.