В начале XX века русские авангардисты решили перевернуть вековые устои. Их перестали устраивать не только академические каноны, но и… привычная еда. Пока одни по-прежнему жевали буржуазное жаркое, другие всерьёз задавались вопросом: можно ли создать новую еду так же, как создаётся новая картина? Владимир Маяковский бросает вызов старому миру, ярко подсвечивая классовый разлом своей знаменитой строкой: «Ешь ананасы, рябчиков жуй…». К нему присоединяются художники: Для Казимира Малевича важна чистая форма и новый взгляд на привычные вещи. Василий Кандинский и Михаил Ларионов мыслят категориями цвета, ритма, композиции. Эти идеи легко перенести на тарелку: чёрный квадрат хлеба, белая сметана, красный круг борща — ну чем не супрематизм? Но тут важно не романтизировать, ведь авангард зародился в годы революции и разрухи. Еда становится дефицитом, а художники и поэты нередко буквально голодают. Появляется идея: раз уж мы строим новый мир, значит, нужно заново изобрести и быт. Александр Родч