Когда Гайдай сдавал «Бриллиантовую руку» высокой комиссии, цензура потребовала изменить в фильме фразу «Я не удивлюсь, если завтра выяснится, что ваш муж тайно посещает синагогу». В результате картина вышла на экраны с другим текстом: «…тайно посещает любовницу». Однако сегодняшним высоким комиссиям и этого мало. В наше время на телеканалах окончание просто «запикивают»: «ваш муж тайно посещает…» Фраза от этого становится ещё двусмысленнее, ибо теперь сам зритель должен догадываться, что за кошмарное место почтил своим присутствием Семён Семёнович Горбунков. А ещё у нас ретушируют сцены «насилия» и курения в мультике «Ну, погоди!..». И если бы советские фильмы снимали сегодня, то под запрет попало бы большинство из них, поскольку там демонстрируются пьянство, супружеские измены, а порой даже преступления. А ведь совсем недавно мы сами смеялись над абсурдными запретами, которые существуют в разных странах.
Запрещено парковаться на НЛО
В 1988 году одна американка взялась подсушить своего помытого котика в микроволновке. Что стало с животным, рассказывать не будем, чтобы не травмировать читателей. А тётушка подала в суд на магазин, где купила СВЧ, и на производителей печки «за отсутствие предостережения». Итог – магазин уплатил штраф в 420 тысяч, а производитель компенсировал моральный вред в размере 680 тысяч долларов.
С тех пор во многих штатах приняли особые законы, и теперь в инструкциях к бытовой технике значатся запреты использовать СВЧ, духовки, холодильники, стиральные машины и так далее для манипуляций с детьми и животными. Сейчас многостраничными методичками снабжены даже самые простые предметы, которыми люди пользовались годами.
А в некоторых государствах современные нормативно-правовые акты парадоксально соседствуют с правилами жизни мрачного Средневековья. В Ирландии, например, лишь недавно отменили закон, запрещающий сжигать ведьм на кострах. В Англии с 1313 года и до сих пор членам парламента запрещено входить в Палату общин в рыцарских доспехах. В Йорке разрешается стрелять из лука по шотландцам. В Честере – по валлийцам. В Лондоне сегодня действует запрет на избиение жён после 21.00, «ибо кpик избиваемой может мешать гоpожанам».
В Дании «запрещено ездить, если под колёсами автомобиля кто-то есть». В Германии вас оштрафуют, если вам взбредёт в голову маршировать на мосту, – этот запрет зафиксирован в статье 27 Правил дорожного движения. Запрет на использование купальников и нижнего белья в европейских саунах существует до сих пор; он продиктован тем, что в древние времена одежда считалась рассадником блох.
Можно долго фантазировать, почему в Техасе запрещено пить пиво стоя и стрелять в буйволов из окон гостиниц. В Орегоне нельзя свистеть под водой и кататься на роликах в общественных туалетах. Во Флориде – разбивать более трёх тарелок в день. В Чикаго – принимать пищу в горящем доме. В Индиане – вскрывать консервные банки при помощи огнестрельного оружия. В Балтиморе – ходить в театр в сопровождении льва. В Оклахоме – корчить рожи собакам, а в Огайо – кусать собак.
А вот в Калифорнии полностью запрещены бани, потому что раньше там собирались гомосексуалисты. Именно с этих заведений началась эпидемия ВИЧ. В Лос-Анджелесе также штрафуют за облизывание лягушек и жаб, поскольку некоторые их виды выделяют наркотические вещества.
Но что заставило законодателей Франции ввести запрет на парковку НЛО в виноградниках? А властей американского города Чико – на взрывание ядерных устройств в пределах города? Ответить разумно на этот вопрос, пожалуй, даже они сами не смогут.
«Каждый имеющий преступные намерения обязан сообщить о них начальнику полиции» – гласит один из законов штата Вашингтон, принятый чиновниками в конце XX века. Тогда же губернатор Техаса Джордж Буш, ставший потом президентом США, подписал закон, в соответствии с которым «преступник обязан устно или письменно предупреждать жертву о предстоящем преступлении не менее чем за 24 часа».
Прикосновение к фарфору
Жажда запретить всё плохое и вредное в некоторых странах вылилась в дискриминацию граждан даже по внешнему признаку. Так, в Японии с 2008 года действует закон, согласно которому все работники предприятий и госучреждений обязаны раз в год проходить медицинский осмотр, на котором измеряется талия. Если у мужчин она превышает 85 сантиметров, а у женщин – 90, служащего увольняют или принудительно отправляют на лечение. А если работодатели не обращают внимания на склонных к лишнему весу коллег, их штрафуют.
А в Европе по закону стоимость медицинской страховки увеличивается для тех, кто не совсем здоров, немолод, не занимается спортом или имеет вредные привычки. Работодатели могут отказать таким в приёме на работу.
А ещё германский закон запрещает свидетелям насилия защищать жертву. Даже если бьют твоего ребёнка или пожилую мать, не позволяется ввязываться в драку, останавливать обидчика, потому что впоследствии суд может счесть преступником не насильника, а спасателя. «Что ты будешь делать, если у тебя на глазах издеваются над твоим близким?» Большинство бюргеров, в том числе крепкие здоровые мужчины, на этот вопрос отвечают не задумываясь: «Позвоню своему адвокату и вызову полицейских». Без адвокатов в Европе не решается пусть и мелкий конфликт, и даже глупые ссоры вырастают в многолетние судебные тяжбы.
А в Китае считается незаконным спасение утопающего, потому что спасатель сам рискует утонуть. В случае если он выжил, его могут счесть виноватым.
Такие случаи происходят не только на воде. В 2006 году в Нанкине мужчина по имени Пэн Юй отвёз упавшую на остановке женщину в госпиталь – и попал за решётку. Пострадавшая утверждала, что именно он толкнул её, а в больницу отвёз, чтобы загладить вину. Суд встал на сторону истицы с формулировкой «Мужчина вряд ли бы помог, если бы сам не был причиной падения пострадавшей».
После подобных прецедентов появилось понятие «прикосновение к фарфору» – мошенничество с получением компенсации с человека, который пришёл на помощь.
Так мы охраняем природу
Все обязаны соответствовать общепринятому стандарту – в Европе это распространяется не только на людей, но и на продукты. Владельцев овощных магазинов здесь штрафуют за продажу пупырчатых огурцов, коротких бананов, клубники, которая не напоминает по форме сердце. Неликвидом считается всё, что выросло не по утверждённым нормам.
Но больше всего безумных законов, приводящих к помешательству целые нации, было введено в свете так называемой «зелёной повестки», борьбы с глобальным потеплением.
Первым от этого пострадал крупный рогатый скот, который, по убеждениям экологов, выделяет слишком много метана, способствующего возникновению парникового эффекта. Налоги на содержание бурёнок выросли в разы, что привело к банкротству фермеров. Следующий «зелёный удар» пришёлся по детям. Как сообщал британский журнал «Спектейтор», «если вы серьёзно относитесь к сокращению своего воздействия на климат, вы не можете сделать ничего более действенного, чем отказаться от деторождения. Без автомобиля вы экономите 2,4 тонны эквивалента CO2 в год. Если избегаете перелётов, сэкономите 1,6 тонны. Но отсутствие ребёнка сократит выбросы на 59 тонн в год. Таким образом, наличие ребёнка наносит планете гораздо больше вреда, чем все самолёты».
Последовали грабительские эконалоги – на моторное топливо, электроэнергию, транспорт, шумовое воздействие. В ФРГ был принят закон «Охраны ночного неба», запрещающий «световое загрязнение городов» – говоря по-простому, запрет на освещение улиц. Сейчас во многих городах Европы темно хоть глаз выколи, что объясняется никак не экономическим кризисом, а охраной природы.
Пропагандируя бездетность, отказ от привычной еды и тотальную экономию ресурсов, европейские «зелёные» не просто ущемляют права человека, они минимизируют его суть, ставя в один ряд с животными, а иногда и ниже. Что позволено братьям нашим меньшим, в том человеку отказано: «Запрещено садиться на траву», «Запрещено гулять босиком», «Купание в водоёмах подвергает их загрязнению»… Чтобы выбраться на пикник, европейцы обязаны проштудировать экологическую карту местности в радиусе десятков, а то и сотен километров и оплатить специализированную лужайку для отдыха. «Ёж парализовал движение на трассе, спровоцировав многочасовую пробку», «Откладывание яиц птицами замедлило постройку аэропорта», «Пара жуков-отшельников замедлила перестройку вокзала в Штутгарте» – это лишь недавние новости немецких СМИ.
Ещё в 2006-м в нидерландском парламенте была представлена Партия для Зверей, целью которой является улучшение прав животных в противовес правам человека.
В Германии запрещено убивать ос, пчёл, шмелей, даже если ты рискуешь быть покусанным. В 2008 году парламент Испании признал права обезьян на жизнь и свободу. В 2010-м в Швейцарии прошёл референдум по вопросу предоставления домашним животным права на собственного адвоката в суде. И нечего удивляться, что на Западе процветает движение квадроберов – людей, отождествляющих себя с животными! У них-то прав куда больше, а у человека – одни запреты и обязанности.
Нельзя быть женщиной
Расчеловечивание происходит прямо на наших глазах, в чём убеждаемся, изучая гендерную политику Запада и связанные с ней запреты. С 2017 года в Канаде родителям запрещено препятствовать смене пола их несовершеннолетним детям, с 2020-го за любое противодействие трансгендерному переходу ребёнка его маму и папу могут упечь за решётку.
В странах ЕС дети с 12 лет могут менять пол раз в год, а на скамье подсудимых всё чаще оказываются те, кто мыслит в категориях нормальности. Прежде всего – верующие люди. Так, в 2022 году в Хельсинки «за высказывание о том, что Бог сотворил мужчину и женщину», два года тюрьмы получила доктор медицины, мать пятерых детей Пяйви Рясянен.
Под запреты попали религиозные убеждения, судят священников за проповедь против однополых браков, верующих медиков – за отказ от эвтаназии или операции по смене пола.
Запреты коснулись и речи европейцев. К «постыдным и устаревшим» формулировкам были отнесены слова «мужчина», «женщина», обращение «дамы и господа». В 2021 году Комиссия ЕС по вопросам равенства посчитала Рождество, а также христианские имена Мария и Иоанн дискриминационными.
Европейские языки изнасилованы феминитивами. В угоду феминисткам появились новые нелепые термины, обозначающие дамский эквивалент всего, что существует в природе, скажем, «огуречиха», «червячиха», «тюльпанша». Популярный немецкий мультфильм был запрещён к показу в связи с тем, что его главного персонажа, девочку-помидорку, называют «томатом», в мужском роде. После разбирательств мультик был переозвучен, и помидорка стала «томатихой».
Русский язык также изрядно страдает с появлением психологинь, дизайнерок, блогерок, врачиц, редакторок, искусствоведок, шефинь и экологинь, но у нас они хотя бы не могут подать в суд за причинение психологической травмы в связи с дискриминацией по половому признаку. А в Европе попробуй назвать канцлершу канцлером, полицейщицу (или полицейку) полицейским – сразу будешь обвинён.
Жаловаться запрещено
Интернет, общение в соцсетях также породили массу новых запрещающих законов, жертвой которых рискует стать любой. А уж что касается критики властей и политики государства, то тут в Европе репрессий не избежать.
В Германии под статью, предусматривающую преследование «за использование оскорбительных высказываний в адрес политических деятелей», попадают тысячи граждан. Лишь за 2025 год адвокаты одного канцлера Фридриха Мерца подали более 5000 судебных исков против критиковавших его граждан. Виновников обыскивают, у них изымают цифровую технику, некоторые уже сидят по статье «экстремизм».
Несколько десятков бюргеров находятся в заключении за определение «глупая» в адрес бывшего министра иностранных дел ФРГ Анналены Бербок. Специально созданная адвокатская комиссия «сбора доказательств ужасных преступлений инакомыслящих» с помощью искусственного интеллекта просматривает все соцсети в поисках «публикаций и комментариев, разжигающих ненависть».
И чего стоит полный запрет в ЕС всех российских и пророссийских СМИ с начала СВО! И это только в Старом Свете.
Осенью прошлого года китайские власти приняли решение штрафовать граждан за жалобы в соцсетях. «Запрет на нытьё» охватывает любое недовольство, включая фразы о плохой погоде.
По сравнению со всем этим в российском интернете до последнего времени царила полная свобода слова и безнаказанность. Но, как мы видим, ввести запрещающие законы – дело нехитрое, а вот соблюдать их сложнее, особенно если они доводят общество до деградации, высмеивания властей и погружения в бесцифровое прошлое.
Марина ХАКИМОВА-ГАТЦЕМАЙЕР
Фото: Shutterstock/FOTODOM
Опубликовано в №12, март 2026 года