— Собирай свои вещи и выметайся! Чтобы к вечеру духу твоего здесь не было!
Голос Олега сорвался на визг. Он швырнул дорожную сумку прямо на светлый ламинат в коридоре.
Катя стояла посреди прихожей и смотрела на мужа. Внутри пульсировала тяжелая усталость, смешанная с раздражением. Последние несколько месяцев эти концерты стали их ежедневной реальностью.
— Ты оглохла? — муж шагнул вперед. Он нависал над ней всем своим грузным телом. — Это моя квартира. Я за нее платил. С этого дня ты бомж!
— Ты ничего не перепутал? — ровным тоном спросила Катя. Она смотрела ему прямо в глаза и не собиралась отступать.
Олег рассмеялся. Этот смех всегда ее выводил из себя. Он был громким, наигранным и призванным унизить собеседника.
— Что я мог перепутать? Двушка оформлена на меня. Машина тоже. Дача покупалась в браке, но исключительно на мои заработки. Ты здесь никто. Бери Дениса и иди к матери. Или на улицу. Мне абсолютно плевать.
Катя не шелохнулась. Она давно ожидала этого разговора. Муж вел себя невыносимо целый год. Постоянные задержки на работе, подозрительные звонки, придирки по мелочам. Вчера она прямо спросила его про другую женщину. И вот результат.
— Олег, у тебя от злости помутился рассудок, — спокойно произнесла она. — Или ты страдаешь провалами в памяти.
Муж дернул плечом и брезгливо скривился.
— Хватит умничать. Собирай барахло. Я сейчас уеду по делам. Когда вернусь, чтобы вас тут не было.
— Никуда мы с сыном не пойдем, — Катя скрестила руки на груди. — Это наша жилплощадь.
Олег снова громко заржал. Он достал из кармана телефон и нагло набрал номер.
— Алло, Инна? Да, я все решил. Эта истеричка сегодня съезжает. Да, квартира полностью в нашем распоряжении. Вечером отметим.
Катя слушала этот телефонный треп без единой эмоции. Она просто ждала.
Олег сбросил вызов и с вызовом посмотрел на жену.
— Ну что встала? Сумки в зубы и на выход. Твои копейки даже на аренду комнаты не хватят. Я содержал эту семью! Я добытчик!
— Добытчик, который полгода назад чуть не потерял свою фирму из-за огромных долгов? — спокойно парировала жена.
Смех Олега резко оборвался. Он прищурился.
— При чем тут это? Я все решил!
— Да, решил, — кивнула Катя. — Ты сам прибежал ко мне. Умолял спасти имущество. Боялся, что кредиторы заберут все за твои махинации.
Муж покраснел от злости.
— И что? Мы составили брачный договор. Чистая формальность!
— Для тебя формальность, а для закона — документ.
Катя сделала шаг к комоду и выдвинула верхний ящик. Она вытащила обычную белую пластиковую папку и достала стопку листов.
— Освежи память, — она протянула бумаги мужу. — По условиям нашего договора, квартира, дача и внедорожник полностью переходят в мою личную собственность. И в собственность Дениса.
Олег выхватил листы. Он быстро пробежал глазами по тексту. Его губы зашевелились от напряжения.
— Ты обещала все переиграть обратно! — заорал он. — Ты говорила, что мы порвем эти бумажки, когда проблемы улягутся!
— Я ничего тебе не обещала. Ты сам настоял на этой схеме. А я просто обезопасила себя и сына от твоих безумных рисков.
— Это мошенничество! — взревел Олег и скомкал листы в кулаке. — Я подам в суд! Я найму лучших юристов! Они докажут, что сделка была фиктивной!
— Попробуй, — Катя пожала плечами. — Только учти один момент. Если ты пойдешь в суд и заявишь о фиктивности, тебе придется объяснить судье причину. Тебе придется рассказать, от кого именно ты прятал свои активы.
Олег замер и перестал дышать.
— Твои кредиторы до сих пор с удовольствием послушают эту увлекательную историю. Налоговая инспекция тоже заинтересуется твоими серыми схемами вывода средств.
Муж тяжело сглотнул. Он смотрел на нее с нескрываемым ужасом.
— Ты все спланировала, — процедил он сквозь зубы. — Ты просто дрянь.
— Я просто мать. Мать, которая защищает своего ребенка от безответственного отца, — жестко ответила Катя.
Она подошла ближе. Никакого страха перед ним больше не было. Только бесконечная брезгливость.
— Ты полгода вытирал об меня ноги. Ты думал, что я никуда не денусь. Ты завел себе девицу на стороне и решил вышвырнуть нас с Денисом на улицу. Но ты крупно ошибся.
— А машина? — Олег попытался найти зацепку. — Внедорожник я покупал в автосалоне!
— И переоформил на меня в том же ноябре. ПТС лежит у меня. Я законный владелец.
— Я завтра же заявлю в угон! — брызнул слюной муж.
— Удачи. Если заявишь в угон на собственный автомобиль, получишь статью за ложный донос. Ты сам подписывал все бумаги у нотариуса в здравом уме.
Олег заметался по коридору. Он хватал воздух ртом. Его лицо исказила гримаса бессильной ярости.
— Ты лишаешь сына отца! Денис тебе этого никогда не простит!
— Денис спал в своей комнате под твои крики последние два месяца. Он видел твою агрессию. Он слышал твои оскорбления в мой адрес. Я избавляю сына от домашнего тирана. Захочешь общаться — плати алименты и приходи по выходным.
— Какие алименты?! Ты забрала у меня все!
— Я забрала ровно то, что компенсирует твои измены и попытку оставить нас без крыши над головой. С этого дня ты бомж, Олег. У тебя нет здесь ничего. Ни одного метра площади.
Муж отшвырнул смятые бумаги в угол прихожей.
— Я никуда не уйду! Это мой дом! Я здесь прописан!
— Ты выписался полгода назад по совету своего юриста. Чтобы не светить адрес перед должниками. Ты сейчас никто на этой жилплощади. Просто посторонний человек.
Катя протянула раскрытую ладонь.
— Ключи на стол.
— Еще чего! — огрызнулся Олег и спрятал руки в карманы куртки.
— Олег, не доводи дело до скандала на весь подъезд. Если ты сейчас же не отдашь ключи и не выйдешь за дверь, я наберу номер дежурной части. Я скажу, что в мою квартиру ломится агрессивный мужчина и угрожает мне расправой.
Он сжал кулаки. Казалось, он сейчас бросится на нее. Катя стояла абсолютно ровно и не отводила взгляда.
— Документы на собственность у меня на руках, — продолжила она твердо. — Тебя выведут отсюда силой в наручниках.
Олег шумно выдохнул. Он понял, что проиграл по всем статьям. Он вытащил тяжелую связку ключей и с силой бросил их на деревянную тумбочку.
Звон металла поставил окончательную точку в их браке.
Олег схватил свою дорожную сумку. Он со всей силы пнул пуфик и распахнул входную дверь.
— Ты еще приползешь ко мне! — крикнул он напоследок. — Будешь умолять!
— Счастливого пути, — спокойно ответила Катя.
Дверь захлопнулась. В прихожей стало тихо. Катя осталась одна. Она расправила плечи и глубоко вдохнула воздух. Никакой паники или сожаления не было. Только огромное, невероятное облегчение.
Она прошла на кухню. Достала из шкафчика чистый стакан и налила себе простой минеральной воды. Сделала большой глоток. Вода показалась ей самой вкусной на свете.
Из своей комнаты несмело вышел десятилетний Денис.
— Мам, он ушел? — тихо спросил мальчик.
— Да, сынок. Насовсем.
— А мы не переезжаем к бабушке?
— Нет. Мы остаемся дома. Это наша квартира.
Катя крепко обняла сына. Вечером они не стали ничего готовить и просто заказали большую пиццу с сыром. Они сидели на диване, ели вкусную еду и смотрели старую комедию. Никто не хлопал дверями. Никто не повышал голос. Никто не требовал сложного ужина из трех блюд.
Олег в эту ночь спал на продавленном диване у своего приятеля. Его телефон разрывался от истеричных сообщений Инны, которая внезапно узнала, что ее перспективный мужчина остался без жилья и машин. А Катя впервые за долгие месяцы легла в свою постель и моментально уснула. Ее новая жизнь началась с чистого листа. В этой новой жизни больше не было места для страха, унижений и постоянных упреков. Утром она проснулась с улыбкой, заварила крепкий чай и пошла на работу с гордо поднятой головой. Обидчик наказал сам себя своей же жадностью и глупостью.