Основано на рассекреченных документах Министерства обороны США и материалах расследования Конгресса
Представьте: 1965 год. Вашингтон. Автовокзал Greyhound, обычный майский день. Люди покупают билеты, несут чемоданы, пьют кофе из бумажных стаканчиков. Никто не замечает двух мужчин в штатском, которые медленно прохаживаются по залу с одинаковыми саквояжами.
Внутри саквояжей — аэрозольные генераторы.
Через несколько минут сотни людей начинают дышать воздухом, насыщенным бактериями-симулянтами сибирской язвы. Они не знают об этом. Они никогда не давали согласия. Они просто ждали свой автобус.
Это не сцена из антиутопии. Это задокументированный факт из рассекреченных материалов Проекта 112 — одной из самых тёмных страниц американской военной истории.
Министр и его список
1962 год. Министр обороны США Роберт Макнамара получает задание от Кеннеди: провести полный аудит военного потенциала страны перед лицом советской угрозы. Макнамара составляет список из 150 программ. Сто двенадцатая по счёту касается химического и биологического оружия.
Так появляется Проект 112.
Цель — понять действие отравляющих веществ в реальных условиях: не в лаборатории на мышах, а на открытой местности, на кораблях и в городах.
Куратором программы становится Центр испытаний Дезерет. Его структура намеренно выстроена в обход стандартных военных каналов — с прямым подчинением Объединённому комитету начальников штабов. Меньше бумаг. Меньше свидетелей. Меньше вопросов.
Солдаты, которые не знали
Для морской части программы создаётся подпроект SHAD — «Корабельная опасность и защита». Официальная задача: проверить уязвимость военных кораблей к биохимическим атакам.
На практике это выглядело так.
Моряки выходят в открытый океан. С самолётов или с соседних судов распыляются вещества — иногда настоящие боевые агенты, иногда «безвредные» симулянты. Моряки дышат. А наблюдатели фиксируют данные.
Всего в испытаниях участвовали около 6 000 американских военнослужащих. Большинство понятия не имели, что являются подопытными.
Среди применявшихся веществ — зарин, VX, табун, зоман. Из биологических — возбудители туляремии, лихорадки Ку, стафилококковый энтеротоксин типа B. Всего было запланировано 134 испытания. Провели 50. Остальные 84 отменили — по каким причинам, до сих пор точно неизвестно.
Нью-Йорк, метро, лампочки с бактериями
Спустя год масштаб эксперимента расширили. В июне 1966 года агенты в штатском рассыпали по вагонам нью-йоркской подземки стеклянные лампочки, наполненные бактериями Bacillus subtilis. Авторы отчёта с холодной деловитостью фиксировали: распространение симулянта в точности соответствует параметрам реальной биологической атаки городского масштаба.
Жители Нью-Йорка, Вашингтона, Гавайев и Аляски стали участниками эксперимента, о котором их никто не спросил. Правительство посчитало, что спрашивать незачем.
Сорок лет лжи
Вплоть до 1998 года Министерство обороны отрицало само существование проекта SHAD, а ветераны, искавшие причину болезней, слышали в ответ лишь одно: «Нам ни о чём таком не известно».
Люди умирали с незакрытыми делами об инвалидности. Их вдовы не могли добиться компенсации. Их дети не знали, от чего на самом деле болел отец.
Только в 2000 году, после запроса Министерства по делам ветеранов, Пентагон нехотя начал рассекречивать документы. В 2002-м президент Буш подписал закон, обязавший военных раскрыть все сведения о программе и лично уведомить каждого участника.
К тому моменту многих уже не было в живых.
Что стоит за цифрами
Вдумайтесь в масштаб: 134 запланированных испытания. Тысячи военных. Несколько крупных городов. Полигоны в Египте, Южной Корее, Либерии, Японии, Канаде и Великобритании. Всё это — в мирное время, против собственных граждан, без их ведома.
И это — лишь то, что удалось установить. Конгрессмены, изучавшие материалы дела, были откровенны: Проект 112 — верхушка айсберга. За годы холодной войны могли проводиться сотни подобных программ. Часть документов уничтожена. Часть засекречена по сей день.
Послесловие
Холодная война закончилась. Советского Союза нет уже 35 лет. Но вопросы, которые поднимает Проект 112, никуда не делись.
Где граница между государственной безопасностью и преступлением против собственного народа? Кто несёт ответственность, когда приказы отдаются в обход всех контрольных механизмов? И как убедиться, что подобное не повторяется снова, если большинство архивов до сих пор закрыто?
Один из выживших участников испытаний SHAD сказал журналистам: «Я служил своей стране. Я думал, что меня берегут. Оказалось — мной пользовались».
Его слова — лучший эпилог к этой истории.
Если материал был вам интересен — поделитесь с теми, кто интересуется историей. Такие страницы нельзя забывать.