— Слушай, а у тебя счётчик не крутит задом наперёд? — Лена рассмеялась в трубку, перекладывая телефон к другому уху.
Подруга что-то бодро тарахтела о новых тарифах ЖКХ, а Лена машинально перебирала квитанции на кухонном столе. Электричество, интернет, капремонт... Стоп. Вода.
— Вик, перезвоню, — она резко оборвала разговор.
Квитанция лежала перед ней, и цифры не сходились. Совсем. В прошлом месяце они с Игорем израсходовали двенадцать кубов. Месяцем раньше — четырнадцать. А теперь двадцать три.
Двадцать три куба на двоих взрослых людей, которые оба работают допоздна.
Лена поднялась и прошлась по квартире. Краны проверила — не капают. Унитаз — в порядке. Стиральная машина работает как обычно.
— Может, счётчики барахлят? — пробормотала она.
Но интуиция, эта противная штука, которую женщины называют шестым чувством, уже подсказывала другое. Очень неприятное другое.
Игорь пришёл поздно, как обычно. Усталый, пахнущий табаком и чем-то ещё — парфюмом, которым Лена не пользовалась. Она это заметила ещё месяц назад, но гнала от себя подозрения. Мало ли, в офисе коллеги...
— Игорёк, смотри, какие счета пришли, — она небрежно положила перед ним квитанции. — За воду особенно интересно. Двадцать три куба. Ты бассейн у нас на балконе не наливал, случайно?
Он мельком глянул, пожал плечами.
— Может, ошиблись. Или счётчик врёт. Завтра проверю.
Слишком спокойно. Слишком равнодушно. Человек, который обычно кипятился из-за лишней сотни в платёжке, вдруг стал философом.
— Давай прямо сейчас проверим, — предложила Лена, вставая. — Показания снимем, сверим.
— Лен, я устал. Завтра, ладно?
Он прошёл в спальню, даже не поужинав. А Лена осталась сидеть на кухне, вертя в руках эту злополучную квитанцию.
Неделю она наблюдала. Игорь стал возвращаться ещё позже. Телефон прятал, ставил на бесшумный. Когда она случайно взяла его трубку зарядить, он выхватил её так резко, будто это была граната без чеки.
— У меня там рабочие документы, конфиденциальные, — буркнул он.
Лена кивнула. Конфиденциальные документы. Конечно.
А потом нашла чек. Самый обычный кассовый чек из супермаркета, выпавший из кармана его пиджака, когда она собирала вещи в стирку. Покупки от прошлой среды: хлеб, молоко, сыр... и гель для душа. Женский. С ароматом вишни.
У Лены аллергия на отдушки. Она пользуется только детским мылом.
— Так, — она присела на край кровати, чувствуя, как холодеет внутри. — Значит, дело не в счётчиках.
В субботу Игорь неожиданно объявил, что едет на дачу к сваму Николаю — помочь забор поставить. Соберётся рано утром, вернётся к вечеру.
— Отлично, — улыбнулась Лена. — Я как раз хотела к подругам заскочить.
Он уехал в семь утра. А она подождала час и вызвала слесаря из управляющей компании. Пожилой мужчина пришёл быстро, проверил счётчики, покрутил головой.
— Да приборы-то в полном порядке, молодая. Это вы воду льёте. Или кто-то за вас.
— Спасибо, — Лена проводила его до двери. — Теперь мне всё понятно.
Она достала телефон и позвонила Николаю.
— Привет, Коль. Слушай, Игорь у тебя?
— У меня? Нет. А что, должен быть?
Сердце ухнуло вниз, хотя она этого ответа и ожидала.
— Да так, ерунда. Извини, что побеспокоила.
Итак. Игорь не на даче. А где-то в другом месте. И явно не один.
Лена села на диван, обхватив руками колени. Можно было устроить скандал, слёзы, разборки. Но она хотела доказательств. Железных, неопровержимых.
План созрел быстро. Во вторник, когда Игорь снова ушёл на "задержку в офисе", Лена тихо вышла следом. Села в такси и попросила водителя держаться на расстоянии от серой "Тойоты" мужа.
Машина петляла по городу минут двадцать, пока не остановилась возле приличного жилого комплекса в центре. Игорь вышел, поправил пиджак и решительно направился к подъезду.
— Подождите здесь, — попросила Лена таксиста. — Я быстро.
Она догнала Игоря уже в подъезде, поднялась следом на лифте до пятого этажа. Он достал ключи — свои, домашние ключи! — и открыл дверь квартиры.
Лена подождала минуту. Две. Потом подошла и позвонила.
Дверь открыл Игорь. В домашних тапочках, которые она купила ему на день рождения.
— Лена?! Ты... что ты тут делаешь?
— Привет, дорогой. Соскучилась. Можно войти?
Он побледнел, но отступил. Квартира оказалась однушкой, обставленной просто, но со вкусом. На кухне ещё доживало полотенце — то самое, в розовую полоску, которое пропало у них из ванной полгода назад.
— Присаживайся, — Лена кивнула на диван. — Поговорим.
— Это не то, что ты думаешь...
— Правда? — она хмыкнула. — Тогда объясни, что это такое. Потому что я вижу квартиру, в которую ты приезжаешь с нашими полотенцами и нашими ключами. И где, судя по показаниям счётчиков, регулярно пользуются душем.
Игорь сел, опустив голову.
— Я хотел сказать...
— Когда? Когда я сама случайно не наткнулась бы на квитанцию? — голос Лены дрожал, но она держалась. — Или когда у тебя кончились бы деньги на съём этого гнёздышка?
— Я не снимаю, — тихо сказал он. — Это моё. Я купил её два года назад. На ипотеку.
Удар был точным и болезненным. Два года. Значит, всё это время...
— Кто она?
— Рита. Из бухгалтерии, — он поднял глаза. — Лена, я не хотел, чтобы так вышло. Просто... мы выросли в разные стороны.
— Выросли в разные стороны, — повторила Лена, и вдруг рассмеялась. — Знаешь, что самое смешное? Я бы, может, и простила. Если б ты сразу сказал. Если б не врал месяцами. Но ты... ты вообще собирался говорить?
Игорь молчал.
— Ты платишь ипотеку за эту квартиру из нашего семейного бюджета, — продолжала Лена холодно. — И счета за воду тоже выходят с нашей карты. То есть я два года оплачиваю твой роман. Интересная схема. Экономная.
— Я верну...
— Заткнись, — она встала. — Собирай вещи. Сегодня же. К вечеру чтоб духу твоего дома не было.
— Лен, подожди...
— Нет. Я ждала достаточно. Ждала, пока ты сам найдёшь смелость сказать правду. Но ты просто продолжал врать и тратить мои деньги на свою запасную жизнь.
Она развернулась к выходу.
— И знаешь, что самое обидное? Не то, что ты изменил. А то, что я вычислила всё это по счёту за воду. Вот как мало ты обо мне думал — даже следы заметать не удосужился.
Развод оформили быстро. Игорь не сопротивлялся, даже отдал свою долю в квартире без споров — видимо, совесть всё-таки грызла.
Лена переехала в новую квартиру — поменьше, но свою, без воспоминаний. Первым делом проверила счётчики и установила новые, самые точные.
Когда пришла первая квитанция, она внимательно изучила цифры. Четыре куба на одного человека. Идеально.
— Вот и славно, — пробормотала Лена, откладывая бумагу. — Теперь плачу только за себя.
Она заварила чай и встала у окна, глядя на вечерний город. Было больно. Было обидно. Но впервые за два года она чувствовала — живёт честно. Без лжи, без двойного дна.
А Игорь... пусть строит свою жизнь с Ритой. И пусть сам оплачивает свои счета.