Он был в фартуке. Держал меню. Смотрел на входящих тем самым взглядом -безмятежным, чуть грустным, как будто уже всё про вас понял и заранее простил.
Каждый день, Ждун встречал гостей Shannon's Irish Bar в аэропорту Шереметьево. Стоял у стойки, никому не мешал, создавал настроение. Люди фотографировались, улыбались, заходили внутрь.
Никто и подумать не мог, что эта мягкая игрушка в поварском фартуке однажды обойдётся заведению почти в два миллиона рублей.
Откуда вообще взялся этот персонаж
История Ждуна начинается далеко от России, в нидерландском Лейдене, в 2016 году.
Художница Маргрит ван Бреворт получила заказ на скульптуру для холла Лейденского университетского медицинского центра.
Задача была деликатной. Придумать образ, который бы точно передавал ощущение ожидания. Не раздражённого, не тревожного, а такого усталого, смиренного, почти медитативного. Того самого, которое охватывает человека в очереди к врачу.
Так появился Homunculus loxodontus – «маленький человек, похожий на слона». Грузное тело, короткие рудиментарные лапки, сложенные на животе, и лицо с выражением абсолютного терпения.
Скульптура встала в больничном холле и стала утешать людей одним своим видом. Сижу, жду, всё понимаю.
В Россию Ждун добрался в 2017 году. И за несколько недель стал, пожалуй, самым точным символом эпохи. Не герой, не красавец, не победитель. Просто существо, которое сидит, терпит и никуда не торопится. Люди узнали себя мгновенно.
Мем разошёлся с такой скоростью, что казалось – это уже народное достояние, вроде матрёшки или анекдота про Штирлица. Его рисовали, шили, лепили из глины, ставили на рабочие столы, вышивали на подушках. Ждун был везде.
Как игрушка превратилась в судебное дело
К тому времени в России уже существовала компания, владеющая исключительной лицензией на использование образа Ждуна на территории страны. И она внимательно следила за тем, как именно этот образ используется.
Бар в Шереметьево попал в поле зрения. Фигурка у стойки, фартук, меню в лапках – всё это правообладатель расценил, как коммерческое использование персонажа без разрешения. Был подан иск на четыре миллиона рублей.
Владельцы заведения попытались объяснить свою позицию. Это – декор, никакой рекламы. Игрушка стояла и людям нравилась. Попросили снизить сумму до пятисот тысяч.
Суд первой инстанции выслушал обе стороны и вынес решение – доводы правообладателя обоснованны. Логика была железной. Персонаж стоял у входа, привлекал внимание, создавал атмосферу, а значит, работал на продвижение заведения.
Это коммерческое использование, даже если никто так это не называл. Итоговая сумма компенсации составила чуть меньше двух миллионов рублей. Апелляция ничего не изменила.
Ждун, как бизнес-инструмент
Этот случай, далеко не единственный. Тот же правообладатель регулярно обращается в суды. Иски предъявляются предпринимателям, крупным компаниям, производителям сувениров. Всем, кто использовал узнаваемый образ без лицензионного соглашения.
Прямо сейчас в суде рассматривается дело против производителя копилок в форме Ждуна. Сумма требований составляет около пяти миллионов рублей. Копилка в форме терпеливого существа. Пять миллионов рублей.
Что осталось за кадром
Маргрит ван Бреворт лепила свою скульптуру для больничного холла. Про ожидание, про человеческое терпение, про то общее, что есть у всех нас в момент тревоги и беспомощности.
Образ стал вирусным именно потому, что попал в нерв. Люди увидели в нём себя. Не в момент триумфа, а в момент, когда остаётся только сидеть и ждать. Потом выяснилось, что право на это «просто сидеть и ждать» стоит денег.
Владельцы бара, скорее всего, убрали игрушку сразу после первого письма от юристов. Вероятно, поначалу даже посмеялись. Мол, ну это же мем. Это же Ждун. Какие судебные иски. Потом перестали смеяться.
В мире интеллектуальной собственности нет ничего, что стоит просто так. Даже мягкая игрушка в фартуке с меню в лапках – это чья-то собственность. И кто-то за неё заплатит.
Как оказалось, почти два миллиона рублей.