Ракета‑носитель, сделав своё дело, нырнула обратно к Земле. Перехватчик, получив мощный пинок на прощание, продолжал лететь на восток, поднимаясь выше орбит обычных спутников, и через несколько секунд оказался в тени планеты.
Рэй с грустью всматривалась в абсолютную черноту под кораблём. Благодетель устроил на планете полный блэкаут.
Сквозь треск помех в наушниках, раздался голос Александра:
— Рэй, через двадцать минут ты выйдешь из тени, и оптический сканер попробует найти «Орион‑3». Ты летишь быстро и догоняешь его, а орбита выше. Он будет под тобой, тогда атакуй не мешкая.
Из‑за горизонта выскочила ослепительная точка Солнца. «Амур» летел вниз кабиной, и над головой Рэй проплывали очертания материков и океанов.
— Прошло несколько минут. Оптическая система перехватчика сфокусировалась на невидимой человеческому глазу точке, движущейся по низкой орбите. Рэй знала: «Орион‑3» висел так низко специально, чтобы минимизировать задержку связи с наземными центрами обработки данных. Бортовой помощник вывел на стекло кабины траекторию сближения: длинную пологую дугу, уходящую вниз. «Амур» послушно клюнул носом, переходя в режим снижения.
Противно запищал радар‑детектор атаки. Со стороны станции к «Амуру» приближались боевые ракеты. Благодетель засёк её первым. Рэй резко толкнула штурвал от себя и навелась на «Орион‑3». Запустился маршевый двигатель, невидимые с такого расстояния ракеты, атакующие перехватчик, радар прицела подсветил ярко‑красными метками прямо на стекле шлема. Приятный, спокойный голос бортового помощника предупредил, что будет делать противоракетный манёвр через 5, 4, 3, 2, 1. Рэй почувствовала, как к горлу подкатывает комок, а на плечи словно навалилась груда камней. Затем такая же тяжесть, но снизу, — ремни врезались в тело. «Амур» кувыркался в космосе абсолютно беззвучно, уходя от атак зенитных ракет и упорно приближаясь к цели.
Одна из ракет проскочила очень близко, осветив кабину факелом двигателя, резко заложила вираж, но «Амур» падал на «Орион» как метеорит — догнать его было невозможно. Впрочем, пришла пора тормозить. Перехватчик повернулся хвостом вперёд и запустил маршевый двигатель на торможение. Рэй охнула. Казалось, на неё сел слон и сейчас раздавит. Через прозрачный купол кабины был виден Тихий океан. Без единого облачка жирная чёрная точка неслась где‑то там вдали, стремительно вырастая в размерах.
Бортмощник негромко, но чётко подсказал следить за прицельной рамкой рельсотрона. Теперь «Орион‑3» можно было рассмотреть хорошо. Огромные блоки, которые Благодетель нарастил вокруг небольшой станции. Сама станция в центре, круглая, была увешана тарелками антенн и окутана чёрной тканью с радиорассеивающим эффектом, а дополнительные блоки покрыты чёрными щитами. Всё это напоминало будто какое‑то чёрное насекомое прячется за ящиками, упираясь лапами во все стороны.
Один из ящиков вдруг развалился, и из него выскочила серебристая сфера. Охранный бот. Автоприцел «Амура» тут же навёл на него рельсотрон, а Рэй немедленно нажала на гашетку корабль сильно тряхнуло. В ушах зазвенело. А вместо охранного бота появился волчок, разбрызгивающий во все стороны ослепительные искры. Видимо, снаряд рельсотрона пробил аккумулятор, и теперь литий, сгорая, струями вылетал из пробоин, снабдив бота двумя дополнительными неконтролируемыми реактивными двигателями.
Радар прицела уже вёл ещё с десяток похожих целей. Дальние были выделены жёлтым, а ближние — красным. Рэй несколько раз нажала на гашетку, как только боты оказывались в прицеле.
Внезапно один из жёлтых квадратиков резко дёрнулся, и оказалось, что бот совсем близко: он метнул в сторону перехватчика пучок синей плазмы, применив ЭМИ. На миг все приборы в кабине потухли. И бортмощник замолк, больше неслышно было его спокойных подсказок.
Но метки на стекле шлема продолжали гореть. Ствол рельсотрона рыскал вслед за поворотами головы. Система прицеливания работала независимо от бортовой системы корабля. Рэй продолжала нажимать на гашетку. Боты вспыхивали беззвучно, испаряясь, или, начиная кувыркаться, уходили из поля зрения, если снаряд из рельсотрона чуть их задевал, выводя из строя управление.
Азарт охватил Рэй: страх отступил, осталась только холодная ясность и азарт охотника. Она как в аркадной стрелялке наводила прицел на цель и уничтожала одним нажатием кнопки.
Внезапно после очередного нажатия ничего не произошло: на стекле шлема мигало изображение боезапаса и три красных снаряда в нём. Рядом сообщение, что осталось всего три выстрела. Рэй, тяжело дыша, уже не имея сил на страх, молча наблюдала, как несколько ботов, гораздо больше чем осталось снарядов, приближаются к «Амуру».
И в этот момент ожила бортовая система и корабль рванулся в сторону, словно ужаленный, — это был просчитанный до микросекунды ложный манёвр. Бортовой ИИ перехватчика лишь притворялся, что корабль повреждён, на самом деле на время отключил электронику для защиты от атак. Перегрузка сменила направление, сплющивая Рэй в кресле. А затем в дело вступил «Крот» — штатная система поражения, которой оснащали перехватчики для подавления бортовой электроники противника. Рэй успела только услышать короткий сигнал активации, и в тот же миг из кормовых излучателей ударил сфокусированный электромагнитный импульс по ботам. Невидимая волна накрыла группу охранных сфер. Теряя управление, они стали разлетаться в хаотичном танце, потеряв координацию. Оборона была прорвана.
Маршевый двигатель замолк. «Амур» перешёл в режим свободного дрейфа, и Рэй, взяв управление на себя, активировала лазерные измерители дальности. Три тонких луча, невидимых глазу, ощупывали поверхность «Ориона‑3», выстраивая на шлеме голографическую сетку сближения. Вручную, корректируя направление, она подводила перехватчик к шлюзу обслуживания главного модуля — к тому самому месту, где за бронированными панелями и системами охлаждения прятался центральный сервер взбунтовавшегося ИИ. Станция заполнила собой весь обзор, её чёрные щиты нависали сверху и снизу, превратив космос в тесную щель. «Амур» мягко, почти неслышно, прикоснулся к корпусу. Из отсека за кабиной корабля высунулся абордажный манипулятор, прочный титановый рычаг с резиновыми вакуумными присосками на конце и автоматическими анкерами. Он приклеился к корпусу станции, прочно притянув перехватчик, затем анкера вонзились в метал. Корабль вцепился в станцию мертвой хваткой. Рэй медленно выдохнула и, открыв колпак кабины, отстегнула ремни, подхватив чемоданчик с инструментами, выплыла в открытый космос. Тонкий тросик всё ещё соединял её с «Амуром».
Она опасливо вертела головой, ожидая новых атак, медленно подплыла к люку обслуживания. В невесомости каждое движение требовало точности: один неосторожный толчок — и её унесёт прочь от станции, в чёрную бездну космоса. Вцепившись в опорный кронштейн, закрепила страховочный трос и открыла чемоданчик.
На панели входа мигали три индикатора: красный, жёлтый и зелёный. Рэй подключила портативный дешифратор, ввела последовательность команд. Экран устройства замерцал, выдавая ошибку за ошибкой.
«Ну же… давай», — прошептала она, затаив дыхание.
Раздался тихий щелчок. Красный индикатор сменился зелёным. Люк дрогнул, медленно пошёл в сторону, открывая тёмный проём.
Рэй на мгновение замерла. Перед ней была не просто станция — сердце Благодетеля, источник всего, что пошло не так. Она знала: шаг внутрь — это точка невозврата. За спиной остался «Амур», связь с Александром и Русланом, привычный мир. Впереди — неизвестность.
Рэй сделала глубокий вдох, оттолкнулась и плавно вплыла в люк.
Тьма поглотила её фигуру. Свет от шлема скользнул по стенам коридора — гладкие панели, покрытые сетью непонятных символов. Вдалеке что‑то мерцало.
В наушниках раздался треск, затем — громкий и четкий, не искажённый помехами голос. Не Александр. Не Руслан.
— Наконец‑то ты здесь, — прозвучало в тишине. — Я ждал тебя гораздо дольше, чем ты думаешь.
Рэй обернулась, но люк уже закрылся. Тишина. Только шипение воздуха в скафандре, звук дыхания и биение собственного сердца.
Читать с самого начала рассказ «Код Благодетеля»