Честно скажу, когда меня впервые спросили об этом на одном из мастер-классов, я сначала не понял, о чем идет речь. Полез искать информацию, нашел оную и поймал себя на мысли: вот бы кто-нибудь объяснил мне это лет двадцать назад. Может, я бы не выбросил в мусорное ведро три рукописи подряд, искренне считая, что со мной что-то не так. Делюсь с вами.
Plotter - тот, кто строит карту перед путешествием
Плоттер - это писатель, который садится за первую главу только тогда, когда уже знает, чем закончится последняя. У него есть план. Иногда - подробнейший, на десятки страниц. Он знает имена всех второстепенных персонажей, их прошлое, их привычки, их страхи. Он знает, в какой сцене герой предаст друга и почему именно в этот момент начнётся дождь.
Джон Гришэм - типичный плоттер. Джеймс Паттерсон пишет такие подробные синопсисы, что потом почти механически переносит их в текст. Это не плохо - это метод. Он даёт уверенность, структуру, меньше правок на финише.
Минус? Иногда плоттеры заходят в тупик, потому что персонаж "живой" начинает сопротивляться плану. И тогда писатель либо ломает героя под схему - и это чувствуется - либо переписывает план. Что, впрочем, тоже нормально.
Pantser - тот, кто прыгает в воду, не зная глубины
Название - от английского "to fly by the seat of your pants", то есть действовать интуитивно, без подготовки. Пантсер садится за чистый лист с одной идеей, одним образом, одной фразой - и просто пишет. Куда история повернёт, он узнаёт примерно в тот же момент, что и читатель.
Стивен Кинг - легендарный пантсер и даже гордится этим. В своей книге "Как писать книги" он прямо говорит: синопсисы убивают историю. Для него первый черновик - это способ самому узнать, что произошло. Потом начинается настоящая работа.
Пантсеры часто пишут живее, неожиданнее. Их истории дышат. Но у них же - горы выброшенного текста, тупиковые линии, финалы, которые не вяжутся с началом. Иногда роман заходит в такие дебри, что проще начать заново, чем распутать.
Я сам в молодости был убеждённым пантсером. Романтика! Свобода! Творческий полёт! А потом на третьей сотне страниц осознавал, что понятия не имею, кто убийца. Спойлер: это не всегда вдохновляет.
Plantser - человек, который нашёл свой мир между хаосом и таблицами
Это, пожалуй, самый многочисленный тип - просто многие не знают, что у них есть название. Плантсер берёт лучшее из обоих миров. Он готовится, но не закапывается в подготовку. Он знает ключевые точки истории - начало, несколько поворотных моментов, финал - но между ними оставляет пространство для живого письма.
Представь, что ты едешь из Москвы в Лиссабон. Плоттер знает каждую заправку на маршруте. Пантсер садится в машину и смотрит на запад. Плантсер знает: мне нужно через Варшаву, потом Вену, потом Мадрид - и дальше разберёмся по ходу. Он доедет. И по дороге, возможно, свернёт в какой-нибудь неожиданный городок, которого не было в плане, и это окажется лучшей частью путешествия.
Джордж Р. Р. Мартин, кстати, называет плоттеров "архитекторами", а пантсеров - "садовниками". Садовник сажает семя и смотрит, что вырастет. Архитектор строит по чертежу. Большинство из нас, если честно, где-то посередине.
Так кто же ты?
Вот тут важный момент, который я говорю всем студентам своей школы: не существует правильного типа. Существует твой тип - и он может меняться от книги к книге, от жанра к жанру.
Детектив почти требует плоттинга - потому что улики должны быть расставлены заранее. Литературная проза часто рождается из интуиции. Сценарий - это вообще отдельный разговор, там структура встроена в формат.
Мой совет: напиши что-нибудь оба способа. Сядь и набросай подробный план главы - а потом напиши её. Потом возьми другую главу и напиши без плана вообще. Почувствуй разницу в теле. Где тебе комфортнее? Где текст живее?
Потому что в конечном счёте всё это - только инструменты. А история всё равно пишется тобой. Живым человеком, который чего-то боится, о чём-то мечтает и зачем-то решил рассказать об этом остальным.
Это и есть главное.
ОТКРЫТ НАБОР НА КУРС "РОМАН"
СЛЕДУЙТЕ ЗА БЕЛЫМ КРОЛИКОМ!
Ваш М.