В славном городе Вуктыле, где следственные комнаты оборудованы по последнему слову техники середины двухтысячных, разворачивались драматические события. Все началось с того, что у следователь Илья расследовал уголовное дело. А в этом деле фигурировал неуловимый Сергей, личность, как выяснилось, с богатым внутренним миром и весьма специфическим чувством справедливости.
27 февраля, в районе пяти вечера, когда честные люди уже планируют ужин, в ИВС «Вуктыльское» наступил момент истины. Следователь Илья, адвокат Антон и целый десант из представителей власти в лице начальника ИВС Виктора и его зама Александра собрались в святая святых — следственной комнате, где в металлической клетке томился Сергей.
Илья разложил на столе бумаги, принял официальный вид и начал было: «Гражданин ...», но договорить ему не дали.
— Это что за балаган? — Голос Сергея прозвучал на весь кабинет. Он сидел в клетке на табурете, грозно сжимая в руках черный тапок 41-42 размера (весом 79 грамм, что позже будет занесено в протокол). — Я требую адвоката Степанова! А вы, Илья, вы вообще кто такой, чтобы мне обвинение предъявлять?
Илья, сохраняя ледяное спокойствие, ответил:
— Сергей, ваши требования будут рассмотрены. Сейчас мы с вами проведем следственные действия в присутствии вашего защитника Антона. Прошу успокоиться и проследовать к столу для ознакомления с постановлением.
— Успокоиться? Я спокоен, как удав, а вы меня наручниками сковали, в клетку посадили, как зверя какого! И вы, Виктор, смотрите на меня своими глазами, и вы, Александр! Это что, допрос с пристрастием?
Виктор, стоя у клетки со сложенными руками, вздохнул:
— Сергей, прекратите кричать. Вы находитесь в следственной комнате на законных основаниях. Ваше поведение дезорганизует работу нашего учреждения.
— Дезорганизует? — Сергей картинно схватился за сердце. — Да меня тут убивают, у меня давление и температура. У меня руки от наручников затекли, — он продемонстрировал скованные руки через прутья клетки. — Это произвол, я буду жаловаться в Гаагу!
Александр, не выдержав, сделал шаг вперед:
— Сергей, прекратите. Вы мешаете следователю работать. Ваши жалобы будут приобщены к делу, а сейчас прошу вести себя тихо.
— Сам ты… тихушник! — выкрикнул Сергей, переходя на нецензурную лексику, от которой у адвоката Антона начали медленно загибаться уши. — Вы все тут заодно, меня этапировали из СИЗО, чтобы пытать!
Илья поднял руку, призывая к тишине.
— Вызывайте скорую, — спокойно сказал он. — Пусть осмотрят.
Приехала скорая, и пока Сергея водили на осмотр, в следственной комнате воцарилась блаженная тишина. Илья пил чай, Александр читал сводку, а Виктор проверял надежность замков.
— Ну что там? — спросил Виктор фельдшера.
— Давление повышенное, но участвовать может.
Илья снова раскрыл папку.
— Итак, продолжим. Гражданин, вам предъявляется обвинение в совершении преступления, предусмотренного…
— Да пошел ты, — перебил Сергей, и в этот момент его рука с зажатым тапком совершила молниеносное движение. Тапок, описав идеальную дугу, приземлился прямо в грудь Ильи, оставив на пиджаке отчетливый след.
Илья, человек не робкого десятка, даже не вздрогнул. Он аккуратно стряхнул тапок на пол и продолжил:
— …предусмотренного статьей 319 Уголовного кодекса Российской Федерации. Ваши действия, Сергей, квалифицируются как публичное оскорбление представителя власти.
— Публичное? — взревел Сергей. — Это где тут публика? Антон, он адвокат, а эти двое - мои личные надзиратели. Это не публика, а должностные при исполнении.
Антон, сидевший в углу, тихо спросил у Ильи:
— Илья, может, сделаем перерыв? Сергей явно не в себе.
Но Сергей уже вошел в раж. Он вскочил на табурет, возвышаясь над клеткой, как Наполеон на Вандомской колонне.
— Сейчас я вам устрою! Сейчас я справлю на вас… нужду! — объявил он, засучив рукава .
В этот момент Виктор, устав от театральных постановок, принял соломоново решение. Он быстро открыл клетку и шагнул внутрь.
— Сергей, спускайтесь. Вы нарушаете правила внутреннего распорядка, — сказал он твердо.
— Не подходи, — заорал Сергей, пятясь в угол. — Это моя территория!
— Я сказал, спускайтесь, — Виктор протянул руку, чтобы помочь Сергею слезть.
И тут, словно в замедленной съемке, произошло то, что позже будет подробно описано в приговоре. Сергей, действуя «рефлекторно» (как он сам скажет), нанес Виктору один удар ногой. Куда именно пришелся удар, красноречиво подтвердил тот факт, что бравый начальник ИВС, крякнув, согнулся пополам и на несколько секунд потерял дар речи.
— Ах ты ж! — прохрипел Виктор, хватая Сергея за плечи.
— Я рефлекторно, я не хотел! — заверещал Сергей, пытаясь забиться в угол. — Он сам зашел, без предупреждения.
Александр мгновенно оказался рядом. Через минуту Сергей был аккуратно, но твердо уложен на пол лицом вниз. В следственную комнату влетела дежурная Светлана, принеся специальные средства «Ажур-К», которые надели на буйного обвиняемого, окончательно ограничив его подвижность.
— Несите тапок обратно, вещественное доказательство, — спокойно сказал Илья, делая пометку в блокноте. — Сергей, вам добавляется еще часть 2 статьи 321. Применение насилия к сотруднику места содержания под стражей. Продолжим?
Сергей, лежа в луже собственного достоинства и спецсредствах, устало прохрипел:
— А чего вы сразу не сказали, что так нельзя? Я бы тогда… просто адвоката Степанова позвал…
— Степанов, кстати, в командировке, — вздохнул Виктор, всё еще держась за ушибленное место. — Я же вам утром говорил.
— Обманули! — простонал Сергей, но в его голосе уже не было прежнего огня.
Илья поправил очки, одернул пиджак со следом от тапка и открыл папку с обвинительным заключением. В комнате, где только что бушевали страсти, наступила тишина, нарушаемая лишь счастливым урчанием радиатора отопления и звоном цепей спецсредства «Ажур-К». Следственные действия продолжились.
Дело направили в суд, Сергей за такие чудачества получил вполне реальный срок:
... Признать Сергея виновным в совершении преступлений, предусмотренных ст. 319, ч. 2 ст. 321 УК РФ, назначив наказание....в виде 3(трех) лет 1(одного) месяца лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.
Приговор № 1-4/2025 1-56/2024 от 17 марта 2025 г. по делу № 1-4/2025, Вуктыльский городской суд